Hydra Dominatus – 40к способов подохнуть. Том 6 (страница 8)

— Приступайте, — рыкнул я, закончив мародёрствовать, после чего взглядом тут же всех остановил. — По очереди.

Не то чтобы я был прямо борцом за справедливость, просто я хотел всем дать понятно, что теперь правила здесь определять буду я. И желающих со мной поспорить не нашлось, по крайней мере в данный момент. А к тому моменту когда какая-нибудь стая шакалов решит бросить мне вызов, я уже подготовлюсь. Или даже разберусь с ними куда раньше.

— Неплохо! — вдруг раздался голос Элатикса и задрав голову я увидел его, стоящего в окне особняка, стеная которого также была на краю шпиля и выходила как раз на сторону с финишем.

После этот засранец ещё и подмигнул мне, а улыбка его была широкой настолько, что почти доставала до ушей. Ещё и перчаточкой играет, ублюдок. И ведь своими действиями я только ему на руку играю, но иного пути того же нет. Если бы не задача по поиску атама, который где-то в Комморре, и не семья этого раба, то я бы чисто назло ему сейчас взял бы и прыгнул вниз. Но нет, приходится терпеть.

— Ничего-ничего, смеётся тот, кто смеётся последним, — приободрённо произнёс Мордред и был полностью прав.

К тому же козырей тут больше всего у меня, как и этот Элатикс даже не представляет того, во что уже вляпался. Пусть и дальше верит в свою всесильность, а когда придёт час… по заслугам получит каждый, включая и меня, и его… всех.

Глава 207

Одно жестокое испытание за другим, каждый день нас выводили из этого гадюшника четыре раза. Трижды это было вызов ловкости, силы или смекалки. Четвёртый раз нам давали доступ в тренировочный зал, когда большинство уже было вымотано и предпочитало остаться отдыхать в гадюшнике. Оставался ли я? Конечное же нет.

Даже после силового испытания, когда приходилось держать голыми руками нагревающуюся железную цепь, что держала механизм, активирующий верную смерть над собственной головой, я скрипел зубами и терпел, чувствуя как скрежещут кости о металл. А затем с таким же каменным лицом брал в эти же незажившие руки плечи, после чего тренировал группы мышц, превращая тело раба в тело воина.

Попутно также нам предоставляли возможности убивать друг друга, однако очень быстро я буквально вырезал сердца всех тех, кто отказывался принимать новые порядки. Поэтому несправедливых смертей стало меньше. Решать выживешь ты или нет стал не случай и подлость, а именно навыки. Еда начала делиться поровну, не согласных я сначала бил, а потом калечил или убивал. Убивал из милосередия, потому что иначе их ждала бы более мучительная смерть.

И хоть все как один здесь были тварями, что не заслужили жить, но… они не заслужили пыток. По крайней мере в моём понимании, что благодаря праву силы стало вторым законом, после закона природы. Это Элатикса забавило и устраивало, ведь он никак не мешал мне и ничего не менял в новой системы. Однако спустя всего лишь месяц обитания в этой дыре настал тот день, которого я ждал уже давно.

Я долго пытался понять, что задумал Элатикс. Каждый раз я предполагал самое худшее, но в то же время выгодное в контексте Комморры. Да, наши страдания их питали, однако в то же время Элатиксу нужен был сильный раб, что будет сражаться на арене. Поэтому помимо причинения страданий, он также преследовал и цель взращивания гладиатора. Поэтому он не пытал и не мучал нас больше нужного. Как и в испытаниях выживали как правило сильнейшие, пусть и несчастные случае и фактор ман’кей никто не отменял.

И да, когда этот день настал, я уже понимал, что меня ждёт. Это было одновременно и грамотным решением, и под стать этому гнилому месту. Нас всех вывели в просторный зал, напоминающий арену, приказав построится вдоль стены.

— Что происходит? Почему из центра выезжает платформа? Зачем эти трубы в потолке? — с издёвкой и смехом спрашивал Элатикс по громкоговорителю. — Вы знаете? Я не знаю. Но может чуть позже станет понятно? Или нет? Ха-ха-ха… ман’кей… какие же у вас тупые рожи…

А затем из труб начала литься странная жижа. Сама арена не была особо ровной и шла под небольшим углом к центральной платформе. Поэтому заполнялось всё от края к краю, а платформа в центре была настолько маленькой, что там мог стоять только один раб, да и то, поставив одну ногу, на другую. Тогда все и всё поняли, выживет только один.

И сразу же начался краткий бой, сильные перебили всех слабых и самых глупых. В одно мгновение за секунд двадцать нас стало в два раза меньше. В основном пострадали те, кто был новенькими и ещё не совсем понимали куда попали. А старички, что были здесь хотя бы неделю-другую, как раз без сомнений тут же повтыкали заточки в глотки тех, с кем ещё делили подачки Элактиса.

Потом же случилось то, чего я и ждал. Я был самым сильным среди них, был так скажем… вожаком? Ха, нет, так сказать нельзя, ведь такого понятия у нас не существовало, несмотря на то, что я прививал свои порядки и правила. Как и против меня сыграло то, что многие из них так-то были живы благодаря мне. Вон того мужика я не дал забить ногами, когда он просто косо посмотрел на какого-то зверолюда. Другой не мог пройти полосу и я ему тоже помог, а он потом с благодарностью отдавал часть еды мне, как и в целом мы с ним общались, шутили, словно друзья, которыми никогда не были.

И теперь все они… они не били друг друга, они медленно окружали меня. Толпа в двадцать рабов, которые все как один не сговариваясь объединились, чтобы убить того, против кого у них нет шансов. Да, потом они начнут убивать и друг друга, но при таком раскладе после смерти слабейших теперь умрёт сильнейший. Забавно, да? Хотя чему тут удивляться? Чем выше ты поднимаешься, тем больше находится желающих сбросить тебя с вершины. Это правило работает даже в спокойных индустриальных мирах, что уж говорить про эту дыру.

Я же посмотрел прямо в камеру, через которой за нами точно следил Элатикс. Как же он хотел увидеть во мне хоть каплю страдания, душевных мучений. Я так их защищал, не позволял воцариться хаосу, а они… они меня предали. Так ещё и этот паренёк, обязанный мне жизнью, теперь желал лишь убить меня. Такое должно было сломить меня, но ни единого мускула не дрогнуло на лице, как и никаких иллюзий не питала моя душа.

И оскалившись прямо в камеру, я первым же выстрелом из трубки разорвал лицо этого паренька, которой хоть и не умер, но упал на спину и закричал в агонии, держась за разорванное картечью лицо.

— ВСЕХ НЕ УБЬЁТ!!! — закричал какой-то раб, после чего вся толпа хлынула прямо на меня.

Среди рабов было много кого, каким-то образом выжила даже юная девушка, восемнадцати лет, такая невинная и дрожащими руками сжимающая меч. Она не умерла или не стала игрушкой для развлечения только из-за того, что попала сюда после меня. Как и сейчас не погибла только потому что стояла между другими слабаками, которых убили и таким образом она оказалась слишком далеко от отморозков.

Но что в момент раскалывания топором черепа сущего маньяка, что при булькающих звуках захлёбывающей в крови этой девушки… я не испытывал вообще ничего, полностью закрыв свою душу от лишних эмоций. Этого удалось достичь как просто огромным жизненным опытом, в котором уже терялась ценность чужой жизни, так и благодаря моим психическим практикам, благодаря которым я создавал саркофаг вокруг души, дабы просто не сдохнуть из-за нехватки энергии и создать самодостаточную зону для поддержания.

В этом плане я пошёл по тому же пути, что и друкхари. Правда пока что мои эмоции были цикличными и проходили через разные отголоски. В том числе речь шла о разных эмоциях и куда менее сильных, но в процессе… в процессе я понимал, что мне нужно будет куда больше и что негативная нестабильная энергия подходит для этого куда лучше. И хоть душа моя не такая огромная и древняя, как у представителей эльдарской расы, но… взятые с собой запасы из варпа подходят к концу и мне… мне нужно будет больше и больше.

И либо я научусь эффективному конвертированию эмоций в варп энергию, либо сдохну раньше, чем меня убьёт что-нибудь другое.

— Отлично, ты просто зверь, — произнёс Элатикс, досрочно отключив трубы. — Меньше минуты.

Я же стоял в окружении изуродованных трупов. Сам тоже ранены был, некоторые раны выглядели особенно жутко, из спины торчало две заточки, которые мешали двигаться. Однако в целом это не было каким-то эпичным сражением. Это была бойня волка в овчарне.

— Твоя семья будет рада об этом узнать. А то я уже подумывал продать их… особенно твои дочки очень милые. Таких на цепь да к трону… ну, после обучения всему необходимому для роли питомца, — говорил Элатикс, подходя ко мне в упор и совсем не боясь того, что в левой руке у меня до сих пор была сжата последняя трубка с картечью, а в правой находился короткий меч, лезвие которого забрало только что тринадцать жизней.

Он так хотел вызвать у меня эмоции, вкусить страданий, которые всегда отличаются от смертного к смертному. Однако я довольно хорошо сопротивлялся, что немного его бесило, а с другой стороны ещё сильнее возбуждало. Ведь чем сложнее выбить страдания, тем они сладостнее. И всё же своего Элатикс смог добиться, при чём не из-за моего дозволения, а из-за крайне меткого словесного выпада, который нанёс куда большие повреждения, чем я ожидал.