Hydra Dominatus – 40к способов подохнуть. Том 4 (страница 67)

— И никто его не остановит. Ни ты, ни Слаанеш, ни любая другая тварь, — продолжал говорить я, ведь ничего другого мне теперь не оставалось. — Скоро здесь будет и флот Империума, ведомый Габриэлем, который не менее силён, чем примарх. Сам Бог-Император смотрит сюда и он сломит вас также, как он это уже сделал с Мортарионом и его легионом. Тебе не поможет покровительство Слаанеш, которая уже избрала другого.

— Другого? — ухмыльнулся Фулгрим и только после этих слов повернулся, ведь они попали точно в его уязвлённую душу. — Да-а-а, я слышал эти слова ещё раньше. Не от тебя, а от других своих слуг. Мерзкие, подлые, слабые… они думали, что являются ровней моему легиону…

И в одно мгновение взметнулись клинки Фулгрима, все четыре его меча одновременно нанесли удар и его демоническая свита упала на землю. Их души потекли в скважину, в то время как невредимыми продолжали стоять его дети.

— Так пусть отравятся навстречу к тому, кем они так восхищаются. Глупцы… есть только одно совершенство и это я! — закричал Фулгрим и со всей силы вонзил ключ в замочную скважину.

И в ослепительном сиянии засияла его душа, очереди из пленников начали падать ниц, поглощаясь на расстоянии даже в сотню метров. Механизм жаждал ещё больше душ и вдруг он попытался сожрать самого Фулгрима. Но примарх Детей Императора только этого и ждал. Он изначально не собирался уступать своего лидерства. Он был первым после Слаанеш и планировал им оставаться ещё очень долго, до тех пор пока сам не станет Богом.

— ХА-ХА-ХА!!! — раздался его хохот, от которого задрожали своды всей усыпальницы. — А РАЗГОВОРОВ ТО БЫЛО!!!

Фулгрим вступил в неистовую схватку с самим механизмом и заключённой в его глубинах душой. И эту схватку он выигрывал, может и не очень быстро, но зато крайне уверенно подчиняя своей воли всё вокруг. А вместе с тем с грохотом частика его внимания обрушилась и на меня, заставив коленями пробить металлическую поверхность одного из кругов.

Механизм приходил в движение, все эти круга начинали вращаться, внешняя оболочка, что была невероятно старой, рассыпалась в пыль, но под ней находились шестерёнки, что были размером с целые дома, а некоторые наоборот казались меньше руки. Скрепя старостью эпох усыпальница оживала и стенала от боли, вынужденная подчиняться воле демонического примарха.

Он хотел не просто отстоять своё первенство, он хотел поглотить душу той легенды, которая ковала своё величие ещё до его рождения. Получив её в свою власть он станет ещё сильнее, как когда-то стал совершенством после подлого удара в спину своего брата Пертурабо. Он будет первым после Слаанеш ещё очень долго, до того момента как сам станет Богом.

— И ты можешь добиться большего… — сладострастно шептала мне Слаанеш, вторгаясь в мой разум. — Зачем быть чемпионом Тзинча, если можно быть моим принцем? Приди ко мне… И я отдам тебе весь этот мир, если он так важен для тебя… Увидеть мой свет… и я подарю тебе целую систему и ту силу, с которой ты однажды придёшь в его хрустальный лабиринт… Вкуси запретный плод и я исполню все твои мечты…

Глава 136

— Приди ко мне, Я твой свет во тьме… — шептала Слаанеш и её голос ласкал слух нежнее слов матери или первой любви. — И все твои мечты и всё чего желаешь ты…

— Ха, ты совсем не разбираешься в людях, — усмехнулся Тзинч, который надменно вторгся в мой разум, чтобы уязвить гордыню Слаанеш, хотя и сам не так давно допустил ту же ошибку.

Ведь любое прямое воздействие на меня вызывало лишь прямопропорциально обратный эффект. Я чувствовал как мной хотели воспользоваться и этот сладкий привкус наслаждения… он был ничем не лучше того соблазна, что в одной из первых наших встреч швырнул мне в лицо Тзинч, чтобы унизить. А теперь и вовсе никакой шёпот и никакие слова не могли заставить меня подчиняться Тёмному Богу. Ей нужны были куда более весомые аргументы, такие как… например личное присутствие, ведь любой падал во власть Слаанеш, если посмотрит на неё хотя бы единожды.

Но лично Слаанеш приходить не захотела, как и за столько времени… её не видел лично даже Фулгрим, но видел тот самый Король Демонов, возвращение которого пытались остановить сразу несколько сторон. Я же в ярости стиснул зубы и несмотря на титаническую волю начал подниматься с колен. Тело моё в процессе этой борьбы хрустело, вдребезги разлетался хрусталь и даже пласталь силовой брони покрывалась трещинами. Но даже если мне не удастся встать, то значит я умру пытаясь это сделать.

— Упёртость достойная Нургла, да? — ухмыльнулся Тзинч, влепливая пощёчину Слаанеш и выгоняя её из моего разума окончательно.

— Ты проиграл, глупец. Даже если Фулгрим сломается, то я всё равно стану куда сильнее… меня удовлетворит любой из исходов! — воскликнула Слаанеш, вопль которой родил ещё тысячи демонов, что тут же ринулись в бой на поверхности Шелеста.

— Иногда надо отдать одну фигуру, чтобы через четыре хода забрать более ценную или и вовсе поставить мат. Но боюсь в данном случае… ты проиграла и в моменте, и в перспективе. Ведь четыре хода уже прошли, а ты так ничего и не поняла.

И в этот момент варп пронзил клёкот, после чего шторм окутал весь шелест. Сам Тзинч своей волей разрезал Имматериум и помог своему слуге проникнуть в физический мир. Корфлик Преисполненный Ненависти явился в мир вместе с хрустальной бурей и одним за другим он начал раскрывать разломы, в то время как по его зову в физический вторгались и бессчётные легионы Тзинча.

— Хочешь войны⁈ Я покажу тебе войну! — воскликнула Слаанеш, не ожидая что Тзинч решится на прямое противостояние именно сейчас, когда на Шелесте уже присутствовал целый легион Детей Императора, в то время как Тысячи Сынов были заняты в другом конце галактики. — Я УНИЧТОЖУ ВСЕХ ВАС!!! ВЫ НЕ СМОЖЕТЕ ПОМЕШАТЬ МОИМ ПЛАНАМ!!!

И в этот же момент физический мир начал окончательно сливаться с физическим. Лес Калибана благодаря этому достиг пика своей мощи и без какого-либо шума прямо с потолка чёрной молнией слетел Лев Эль Джонсон, лишённый своего щита, но вооружившийся своим тяжёлым цепным мечом «Волчьим Клинком», а также ещё одним силовым клинком, но менее известным.

Вихрь ударов в тот же миг обрушился на Фулгрима и удивился тому, насколько быстро ещё старый лев может двигаться. Из-за этого схватка с механизмом была прервана, как и в целом завязался нешуточный бой с Тёмными Ангелами. Но в этот раз не только они приняли участие в бою.

Сыны Злобы хоть и были малочисленны, но они уже вели огонь с платформы и без страха прыгали на своих ранцах вниз прямо на шквальный огонь терминаторов. Никто здесь не боялся смерти и в бой шли все козыри, как демон-хосты, так и ментальные вопли избранников Слаанеш, что глушили привыкших к тишине Сынов Злобы. Внезапно удар в спину нанёс и Альфа Легион, чего Дети Императора давно уже ждали.

Но случилось и то, чего никто не смог предсказать, хотя казалось бы… разве могло быть иначе? В какой момент можно было подумать, что плану Слаанеш не решит помешать её главный враг? И столько только моргнуть, как теснить Детей Император начали уже арлекины, что нашли путь сюда уже давно, используя свои ходы в паутине. Сам Смеющийся Бог вёл их и направлял каждый выстрел, пока солитёры без страха смотрели прямо в лицо Той Что Жажде, принимая ту судьбу, к которой их готовили.

Пьеса была поставлена давно и все актёры начали кружиться в танце без конца. Редчайшее зрелище наблюдали все собравшиеся, ведь уже сам факт присутствия даже одного солитёра был сродни появлению примарха. И пьесу эту эльдары ставили крайне редко, ведь солитёра нужно было не только найти, ему нужно объяснить почему он должны был исполнить роль Слаанеш и в конечном итоге отдать душу Той Что Жаждет.

И пьеса эта игралась, смеялись шуты смерти и под буквально убойным юмором падали даже терминаторы, во всю звучал смех, но необычный, а полный иронии над самими собой. То Цегорах заливался под стук сапог арлекинов, что прогуливались по телам ситуатиавных союзников и врагов столь легко, словно бы это они шли сцене некогда навсегда покинутого родного корабля-мира.

Во все стороны в страхе разбегались слуги Слаанеш, если Дети Императора ещё хранили самообладание, то демоны… демоны трусливо отступали от одного вида этой сцены. Во всю извивался солитёр, чьи выстрелы не знали промаха и каждая цель которого умирала ещё до того, как хотя бы успевала даже почувствовать ледяную кисть смерти на затылке. Падали одним за другим эльдарские боги, а само воплощение Слаанеш… оно рождалось внутри солитёра, становящегося ещё более смертоносным.

Эта пьеса не только рассказывала всему миру об истории эльдар и их падении, но и несла в себе чудовищную силу, являясь в равной степенью как сложной аллегорией, так и смертоносным оружием. И сама реальность менялась вокруг из-за чего в варпе можно было увидеть прошлое, настоящее и будущее одновременно.

Всё смешалось в безумном круговороте жестокой войны, где никто даже не мог предполагать какого-либо исхода. Истинный Хаос в котором лишь смертоносное оружие и держащие его руки определяли путь, по котором пойдёт история. В неистовом противостоянии Боги отстаивали здесь свои интересы, а мы… мы лишь следовали их приказам.