Hydra Dominatus – 40к способов подохнуть. Том 12 (страница 46)

И вот она уже забирала последние камни душ, что не были обменяны и встала пред пьедесталом на котором покоился один камень. Тот который принадлежал Милране Кхар, предавшей свой род и отринувшей руки её собратьев и сестёр. Подойдя к нему, Иврейн замерла, едва коснулась поверхности камня. Да, она знала, что в этом камне нет души Милраны, ведь место там заняла неэльдарская душа.

А затем Иврейн почувствовала на своём затылки взгляд самой смерти. В одно мгновение сам Иннеад сплотил вокруг неё силу, готовясь к смертельной схватке. И обернувшись Иврейн увидела как само пространство слилось с варпом и из глубин ада на неё смотрел Видар Многоликий. Смотрел сверху вниз, окутанный силой, которая могла сокрушать миры. Иннеад спешил, Визарх стремительно направился к Иврейн, арлекины переполошились, но никто уже не успевал.

Однако встав в защитную стойку, Иврейн обнаружила, что её никто не атакует. Видар не нападал, просто продолжал смотреть сверху вниз, взглядом полным... нет, не презрения, не ярости и не жажды мести... он словно... словно был разочарован? И тут же в его спину пришёлся ещё один удар, вслед за тем, который нанесла Иврейн.

– КРОВЬ!!! – взревел огненный исполин в броне из чёрной стали, вгоняя меч всё глубже в спину Видара.

С грохотом Видар упал на колени, кровь залилась из его груди. Гниль начала ползти вверх по его ногам и рукам. Иврейн отшатнулась, спешно взяла камень и думала как ей выжить. Ведь позади Видара уже нависла тень Той Что Жаждет и тень эта была невероятных размеров, куда больше Иннеада, что казался маленьким божком на фоне Погибели Эльдар. Но прежде чем взгляд Слаанеш разрезал её, чёрно-белая молния взметнулась и с грохотом повалила Слаанеш.

– ПРОЧЬ!!! – взревел в недовольстве исполин, оставив торчащий из груди меч в спине Видара, чтобы сразиться с Повелителем Чумы.

Хаос сражался и сражение то было ужасным. Сущее безумие, в котором не выжить никому. Надо было бежать, пока они сцепились между собой. И вот Иврейн скользнула вслед за солитёром, уходя к выходу из Аллеи Душ, как вдруг прямо ей наперерез помчался та самая чёрная-белая молния, полная жажды мести и злобы. Когти Малала устремились к ней, чтобы та познала участь, на которую вела других.

Иврейн закрыла глаза, поняв что не выйдет сухой из воды. Однако в последний момент случилось то, чего она никак не могла ожидать. Стоящий на коленях Видар взмахнул рукой, воплотив в ней меч. И вместо смерти под ноги её упала рука чёрно-белой твари, не дав той свершить задуманное, несмотря на то, что тварь находилась на стороне Видара в его борьбе.

Вой поднялся и всё спуталось ещё сильнее, пока когти и клюв крылатого демона с голубым оперением рвали душу Видара. Но несмотря на это, с треском и вопреки, он встал на ноги, после чего отвернулся от неё. А затем громовой голос разрезал реальность и оглушил Иврейн и всех пришедших с ней иннари.

– Измельчали нынче те, на кого всем стоило равняться.

Таков был ответ Видара, что не стал мстить и не позволил другим исполнить его желание. А затем в его грудь пришёлся новый удар, а ответом стали яростные атаки меча. В сущем безумии проходила битва и рвалась реальность по швам в схватке с тем, кто не мог выиграть, но и отказывался проигрывать. Но следить за этим Иврейн уже не стала, убравшись как можно дальше...

И преследуемая эхом сказанных слов, она не сможет никогда забыть ни их, ни того взгляда свысока и унижения, что последовало за её поступком.

Глава 449

Когда последний свет потух и Многоликий ушёл в варп, то он оставил всех своих подданных одних. Никто даже представить не мог, что происходит там и жива ли вообще та душа, что явилась к ним однажды и собрала всех вместе. Казалось это был конец времён, но никто даже не представлял, что всё происходящее лишь прелюдия. Передышка и так была слишком долгой, позволив целым двум поколениям вырасти и не застать тотальной войны.

– Прими Хаос в душу, – произнёс лидер одного из многих культов, что одним за другим появлялись и захватывали власть в столице Куама.

А затем протянул ржавый нож следующему кандидату. Юноша... он дрожал всем телом, ещё вчерашний кадет, а сегодня уже должен был стать предателем. Или умереть. Ему дали выбор и приказали начертить проклятым оружием остроконечную звезду. Так Хаос напоминал Видару, кому он должен поклоняться и кому обязан платить десятину. Что вся его независимость мнима, как и сила.

Пауза затягивалась. Юноша не хотел умирать, но и не мог стать одним из предателей. Хотя смерти ему никто не дарует... ведь Хаос действовал куда более жестоко. И вот холодное культиста исказилось в удивлении.

– Это твой выбор, Дедушка у тебя его не забирает, – ответил он, после чего собирался показать альтернативу.

И одним прикосновением к плечу, он заставил кадета упасть на колени. Чума проникла в душу, отчаяние начало сводить его с ума, он начал вопить и кричать, сдирать с себя кожу, умолял... умолял о смерти и о том, чтобы это закончилось. Но этого было мало, он должен был упасть на самое дно, пролететь как можно дальше к низшей точки, чтобы затем стать ещё сильнее.

Наблюдая за тем как дрыгается упавшее на пол тело, культисты думали как далеко сможет зайти их будущий брат. Чем дольше сопротивляешься Хаосу, тем более сильным его прислужником станешь. Это знали все. Однако они кое-что упустили из вида...

И с грохотом в их обитель влетел космодесантник. За считанные секунды он словно таран пронёсся через ряды культистов, нанеся лишь два удара и превратив всех в трупы. А затем огнемётным пистолетом поджёг тела. Ненадолго он задержался взглядом на юноше, а затем вернул меч в ножны и взял его за шкирку, вытащив на улицу и бросив в залитую кровью улицу столицы.

– Пади и сгори заживо, – прошипел Закеиль, глядя в глаза юноши. – Или найди в себе силы, чтобы не увидеть то дно, которое тебе не понравиться.

Невероятно низко пал Закеиль, он видел такое дно, которое не снилось большинству последователей Нургла. Однако когда началась бойня, он первым вступил в сражение. Вырезал всех тварей варпа, культистов и прочую нечисть. Не потому что он был добр или милосерден, не из-за того, что хотел кого-то спасти.

Нет, единственная причина его действий была в том, что он был на дне. На самом дне, прошёл через тот ад и знал цену всему происходящему. И единственное чего он хотел – чтобы никто не повторил его судьбы. Хотя со стороны так могло и не казаться, ведь в жестокости и ненависти своей Закеиль был бескомпромиссен. А если он видел, что кто-то повторяет его судьбу и не верил, что тот может справиться с тем, что уже однажды сломало даже его, Ангела Императора...

Силовой меч одинаково хорошо разрезал и силовую броню, и женщин, и детей. И видя, что юноша начинает превращаться в порождение Хаоса, Закеиль спокойно зажал гашетку, а затем ушёл, оставив ещё одно тело извиваться в муках.

– Проверьте здание, я ликвидировал лидера культа и тех, кто был с ним, но не более того, – произнёс Закеиль капитану Оливеру Кромвелю.

Старый вояка, он сражался бок о бок с Алиссией, когда ещё был молодым мужчиной. Теперь же... теперь же он был седым стариком, которому даже омолаживание не помогало. Хотя к этому он и не стремился, как и давно уже покинул Золотых Гончих, вступив в армию.

Кто-то считал это глупым решением, ведь перспектив на прошлой должности у него было больше, но... Оливер устал быть псом аналога Инквизиции в Куаме, а среди солдат ему было куда спокойнее. Да и солдаты его уважали, ведь редко когда встретишь капитана с таким большим опытом. В его возрасте уже и генералом стать можно, да вот... стратег из Оливера был так себе.

Тем не менее он был тем, кто дожил до глубокой старости в мире, где умирают молодыми. И потому одно его появление на поле боя, это покрытое сединой и морщинами лицо – оно вселяло ужас во врагов. Именно поэтому без сомнений Закеиль первым делом пришёл к нему, взял его роту и пошёл делать то, что надо было начать делать ещё в самом начале.

Перестать полагаться на других, не искать помощи извне, а искать её внутри. И несмотря на слабость большинства в час тьмы одним за другим начали разгораться огни. То пылали души, которые ранее были незаметны из-за подавляющего сияния Многоликого. Привыкшие полагаться на то, что их мир под защитой создания куда более могучего, чем они... эти массы были просто вынуждены оглядываться в этой тьме, искать... искать надежду и тот свет, что сиял раньше, но не имея возможности найти его, они невольно находили эти маленькие огни.

В соседе, в страже порядка, в солдате, в работнике службы эвакуации, в брате, в друге, да хоть в Закеиле, который гордо шёл туда, откуда все бежали. И будь он трижды проклят за все свои грехи, что приковывали его ко дну, но пока остаётся в этом аду – для других там будет меньше места.

– Мой мир... искажённый и изменённый, – таща за собой отрубленную ногу космодесантника и держа в правой гудящий цепной топор, шагал жуткий избранник Бога-Отступника. – Какое право имел ваш идол превращать мой храм в свою мастерскую?

Едким пеплом была окрашена его чёрная силовая броня. Кем он был до? Сколько копил в себе планы по отмщению? Кто смог сделать его астартес и когда? Точных ответов дать не мог, однако одно было неизменным. Изменения всегда создают и разрушают. Ведь невозможно создать что-то из ничего, как и невозможность разрушить, не оставив после пустоту.