Hydra Dominatus – 40к хемо-псов и летописец (страница 22)

– Лейтенант Коршун, – тем временем ко мне сзади подкрался дознаватель инквизитора.

Лысый бледный и жуткий мужик, который вечно ходил в сопровождении элитных телохранителей. Он меня сильно напрягал, как и тот факт, что этот гад явился вовремя боя прямо ко мне сулил лишь о проблемах. В добавок к этому он был ещё из Ордо Малеус. А этот Ордос один из самых херовых, потому что чуть что, эти начинают расстреливать союзниками первыми и не из-за связей с ксеносами или ересь, а... просто из-за того, что слишком высок риск скорпатиться.

То есть... ты ещё даже ничего не сделал, но уже виновен, потому что в теории можешь сделать. И с одной стороны я конечно понимаю, что так делать надо, ведь варп штука опасная и даже астартес слабы перед ним. Но... всё равно в дрожь бросало от взгляда этого типа: сущий душегуб, психопат и монстр.

– Так точно, – огрызнулся я, но всё же повернулся лицом к дознавателю. – Чем могу быть полезен?

Долт Онермак, так звали дознавателя, не ответил сразу и просто перевёл взгляд мне за спину, к тому пятому этажу. За считанные минуты Медведь преодолел приличный путь с тяжёлым грузом, уже разместился на позиции и зажал гашетку. С той точки открывался прекрасный вид во фланг позиций врага. И вот отрабатывать во фланг было уже куда продуктивнее, как и в целом работать с неожиданной для врага точки.

– Почему именно этот этаж? – поинтересовался Долт Онермак, а на лице его появилась садистская улыбка.

– С него простреливается переулок, хоть и под кривым углом. Но осколки точно там всё порешетят.

– А как вы это поняли?

– Послал разведчика.

– Наверное того ратлинга, да?

– Именно, – ответил я, а дознаватель уже с помощью аугментического глаза смотрел прямо на позицию Шныря.

Шнырь был хитрым и умным, стрелял лишь когда на поле боя стоял грохот. Кроме того его глушитель жрал вспышку и звук гасил тоже неплохо. Позиция у него была разумеется отлично замаскирована. Очень ценный кадр, мне капец как повезло забрать его в свой отряд. Ведь снайперы в целом очень ценные, а снайперы ратлинги с боевым опытом и талантом – вообще бесценны.

– Вы псайкер? – догадался я, ведь иначе трудно было объяснить этот взгляд на позицию моего бойца, а также странную злость, которая появлялась внутри меня.

– Да, – ответил Долт Онермак. – Удивительно хорошая операция. Вы очень инициативный командир. Обычно другие хемо-псы просто зачищают всё от дома к дому, повторяя одни и те же действия. Потери же они принимают как должное, это же штурм. Как и бойцы ваши весьма хороши. Ведь мало кто ожидает, что прямо над их позициями будет сидеть маленький ратлинг, а с позиции, где меньше пяти минут назад были ваши союзники, вдруг откроет огонь гранатомётный расчёт. При чём не просто гранатомётный, а со станковым вооружением.

– Не хочу показаться грубым, но что вам надо, дознаватель?

– Демонов всё больше, их угроза существенна. Поэтому ваш отряд переходит под мой контроль для содействия в уничтожении проклятых артефактов и прерывания опасных ритуалов.

– Ясно. Что от нас требуется?

– Исполнять каждый мой приказ без лишних слов.

– Циклоп, слышь, тут дознаватель пришёл... – тут же я включил командирскую частоту, дабы предупредить капитана. – А... ты уже в курсе, ну ясно, держи там в уме этот факт. Я в его распоряжении.

– Не любите инквизицию?

– Открою вам тайну, вас никто не любит. Но причина моего обращения в другом: я тут выполнял задачи капитана и полка, а теперь вы решили меня выдернуть прямо в бою и... я не хочу чтобы из-за выполнения ваших приказов фланги моих союзников оказались открыты.

– О-о-о, понимаю-понимаю. Что же, на данный момент моя цель совпадает с вашей, лейтенант. Нам надо прорваться вперёд и занять этот район.

– А после?

– После видно будет. Но если будет не хватать лазганов, то вы окажете мне огневую поддержку.

– Скорее штурмовую.

– Верно, простите мне мою неточность, – широко улыбнувшись и став похожим на больную лейкемией жабу, ответил Долт Онермак.

И в целом всё было логично, естественно и только один вопрос у меня оставался: почему именно мы? На этой планете действовали огромные силы, множество полков, миллионы солдат участвовали в наземной операции. Дознаватель мог взять себе любой отряд любого полка, но почему-то выбрал хемо-псов, у которых вечно проблемы со снабжением и дисциплиной.

Но на этот вопрос Долт не ответил мне ни в первую нашу встречу, ни после. Хотя по сто раз спрашивать одного и то же я не посчитал нужным, просто забив на этот момент. Всё равно деваться некуда, Святая Инквизиция же работает на самого Бога-Императора, только Он выше них. Одной только инсигнии хватает для того, чтобы планетарные губернаторы падали на колени, а астартес начинало отчитываться за свои действия.

– Как же всё это задрало, – поправив респиратор произнёс я, после чего опустил забрало шлема. – Ладно, псы, пора и нам поработать, а то эту улицу никогда не возьмём.

И уведя за собой первое отделение, я отправился в соседний дом, где уже вовсю шла подготовка к новой операции. В это же время продолжал вести обстрел Медведь, уже успевший перезарядиться. Суету он наводил знатную, а все кто пытался его снять, попадали в прицел Шныря, для которого также всё разнюхивал ещё и Крыс, наблюдая за подходами к нашим позициям.

Во всём этом хаосе нещадно работали кирками и лопатами псы в подвале, делая подкоп из подвала нашего дома в подвал соседнего дома. Тут было немного, метров пятнадцать. Но даже в десять пар рук, которые время от времени сменялись, работа шла уже почти сутки. Впрочем, пока у затылка не стоял пистолет комиссара, время у нас было. Ну и тратили мы его с пользой, не желая просто штурмовать дом про простреливаемой улице.

К удивлению, план оказался реально надёжным и сработал на все сто. Несмотря на все создаваемые работой шумы враг нас не услышал и не заметил. Конечно, снаружи всегда стоял лютый грохот, но всё равно был риск, что нас заметят. Как и в целом очень важно было не выкопаться к врагу. Однако и тут всё сыграло нам на руку, ведь госпиталь был расположен в центральном подвале, который находился в центре дома, а позиции держались не в подвалах, а в пролётах на этажах, откуда можно было вести наблюдение.

Поэтому подвал пустовал и как только через дыру можно было пролезть, то внутри оказался уже я со своим первым отделением. В это же время на позиции вышли и все остальные отряды с более опасными задачами. Ведь как только ударим мы, то настанет время и брать переулок, в котором сейчас наводил суету Медведь с гранатомёта, и другие точки. И делать это мы будем вместе, чтобы когда слабину даст одна позиция, то туда сразу мог бы навалиться отряд.

Стараясь дышать как можно реже, я прижался боком к стене, начав подниматься по ступенькам. Прижался настолько плотно, чтобы даже в случае ранения не полететь вниз, а иметь хоть какой-то упор. Конечно при таком раскладе из-за угла на каждому этаже на меня можно было напасть и легко схватиться рукой за моё оружие. Но такое обычно только во всяких книжках и фильмах происходит, ну либо когда арбитры здание с террористами штурмуют.

У нас же были боевые действия и вероятно того, что какой-то супер-пупер хитрожопый еретик с ножом стоит за углом, готовый устроить рукопашный бой стремилась к нулю. А вот вероятность того, что зачищая сектор я словлю пулю была куда выше. Поэтому да, я шёл вплотную к стенке и держал палец на второй гашетке, которая отвечала за подствольник, заражённый "Иглами Саламандры", которые могут пробить с такого расстояния рядовой фрагжилет, ну и поджечь врага попутно. Даже если не сдохнет, то боеспособности лишится.

За мной же следовали и другие псы, самые надёжные, те которые оказались у нас либо после перевода из других отрядов, либо имели военное прошлое, как тот же Вепрь. Другим бы я спину не доверил. И поднявшись уже на первым этаж мы заметили первого врага.

Еретик так удобно лежал, прижав приклад пулемёта. Впереди себя блоков наложил, мешков с бетонной крошкой и прочим наполнением, которое заменяло песок и землю в условиях боя в городе-улье. Смотрел в дверь, с которой видел часть улицы.

Указав на него рукой, я оставил одного бойца, на этом пролёте. В это же время другие начали рассредоточиваться по квартирам первого этажа. Медленно, не спеша, хоть и потея от напряжения, ведь в любой момент пулемётчик мог просто обернуться. Без особой причины, чисто из-за человеческого фактора. Или же в квартире один из бойцов мог лицом к лицу встретится с врагом, что начало бы бой.

А где ты будешь в этот момент? В коридоре, где слева и справа ещё две комнаты, из которых в момент стрельбы выбегут враги? Так или иначе я уже поднимался на второй этаж, когда в одной из комнат раздались стрельба и крики. Тут же оставленный боец прошил затылок пулемётчика, в соседних комнатах раздались взрывы, а я за три шага преодолел подъём и уже высунулся полубоком из-за перелил, ожидая пока из комнат второго этажа хлынут враги.

Правой рукой я упёр приклад своего оружия в плечо настолько сильно, что казалось вот-вот вывихну его. Дышать я вообще перестал, по лицу начал течь холодный пот, а время... время сошло с ума и казалось, что проходит целая вечность. Раздавался топот выше, сердцем моё билось и словно пыталось сломать грудную клетку. А я подрагивающей левой рукой осторожно вынимал из подсумка гранату, у которой уже были распрямлены усики, что можно было и зубами чеку вырвать без труда.