Ху Хуэй – Пластиковый океан (страница 17)

– Все ли камеры в лаборатории работают?

Чэнь Янь хлопнул себя по лбу:

– Как я мог забыть, что за лабораторией все еще ведется наблюдение?!

Они привели двух полицейских в серверную на втором этаже. Чэнь Янь заикался:

– Я обычно дежурю здесь… господа полицейские…

– Это ваше личное дело, нас сейчас интересует только происшествие, – сказал полицейский.

Чэнь Янь включил систему наблюдения и перемотал время на несколько минут назад. На экране было видно, как дюжина людей окружила дверь инкубатора, а Ли Шили метнулся к кучерявой женщине. На видео он излишне торопился, а лицо было настолько искажено, что и правда казалось, будто ученый задумал что-то плохое.

И вот он подбежал к женщине, а та закатила глаза и рухнула в обморок, Ли Шили протянул руку, чтобы помочь, и они оба одновременно упали на землю. Затем толпа начала клокотать, их лица исказились от зловония. В разгар хаоса кто-то нанес Ли Шили точный удар в голову.

Экологи ворвались внутрь, выбили дверь и принялись громить инкубатор, хватая все, что попадалось под руку. Погром продолжался около десяти минут, и когда им надоело, один за другим они покинули помещение.

Затем на мониторе появился Чэнь Янь, который растолкал Ли Шили.

Камера записала все происходящее, и всех было хорошо видно.

Полицейские попросили Чэнь Яня сделать копию видеозаписи с камеры наблюдения на флешку.

– Мы объявим в розыск этих людей, а затем будем проводить разбирательство с каждым из них отдельно. Вам позвоним, когда будут новости, – сказал полицейский Чэнь Яню.

– Хорошо, вы уж постарайтесь!

Чэнь Янь и Ли Шили вывели полицейских за дверь лаборатории и, стоя на пороге, смотрели вслед полицейской машине.

На улице было серо, издалека надвигались тяжелые кучевые облака. Похоже, скоро польет сильный дождь.

Ли Шили вдруг вспомнил о чем-то и, повернувшись, рванулся обратно в лабораторию. Чэнь Янь последовал за ним:

– Сяо Ли, ты чего?

Тот вернулся в серверную, выдвинул стул и заставил Чэнь Яня сесть.

– Поставь-ка запись еще раз.

Чэнь Янь с недоумением пожал плечами, но просьбу коллеги исполнил.

– Останови, – велел Ли Шили. – Отмотай-ка назад немного.

Чэнь Янь принялся перематывать видео кадр за кадром, и тут Ли Шили, ткнув пальцем в экран, воскликнул:

– Смотри сюда!

В просвете между экологами виднелся опрокинутый на землю экспериментальный образец – маленькое зеленое пятно посреди хаоса.

Чэнь Янь вытянул шею, едва ли не носом прижавшись к экрану.

– Не может быть, как ты это увидел?!

Зелеными были только две или три пикселя, невозможно было разобрать очертания. Это мог быть узор на пластиковой упаковке или обрывок бумаги.

Но оставалась и еще одна возможность: они наконец-то продвинулись в своем эксперименте.

(9) Подлинный пункт назначения

Жизнь на борту «Кувата мару» оказалась не такой ужасной, как представлялось при посадке: не слишком тяжелой, не слишком утомительной и даже скучной. Каждый день только сон и еда, а матросы собирались в трюмах и смотрели один и тот же фильм десятки раз. Другие играли в карты или бесцельно бродили, и так продолжалось в течение десяти дней.

Ватанабэ поручили драить палубу: он сбрасывал ведра с борта, зачерпывал воду и поднимал на веревке. В нем оставалась от силы треть, и Ю молча выплескивал ее на палубу и тер шваброй, пока не станет сухо.

Он сам вызвался на эту работу, потому что первые пару дней больше всех пачкал все вокруг – Ватанабэ Ю мучила морская болезнь.

Судно не было особо большим, и на нем не трясло. Ю поначалу ничего не чувствовал, кроме духоты и слабости в ногах. Но на второй вечер, когда матросы собрались на палубе за ужином, у него закружилась голова и зазвенело в ушах, но не от шума волн, а от неприятного ощущения внутри черепной коробки. Он проглотил несколько комков вареного риса и пару кусочков маринованной рыбы, но тут в груди поднялась внезапная волна тошноты, и его фонтаном вырвало прямо на палубу.

Рыбаки особо не удивились, просто встали и медленно отошли от Ватанабэ Ю. Другие разразились смехом, а люди вокруг совали друг другу деньги, видимо, заключили какое-то пари.

Первый помощник Ямада зашагал к Ватанабэ Ю, который выпрямился и вытер рукавом уголок рта. Во рту стало кисло, он заставил себя сглотнуть неприятный привкус, глядя на мрачную физиономию Ямады.

– Я думал, ты сможешь продержаться три дня, – процедил тот. – Из-за тебя я потерял пять тысяч йен.

– Простите, – пробормотал Ю, опустив голову и борясь с неприятным ощущением в желудке.

– Придется тебя наказать. – Ямада махнул рукой, и кто-то принес давно приготовленный набор – швабру и ведро – и поставил его перед ним. – Отныне ты драишь палубы.

– Хорошо… – Ватанабэ Ю взял ведро и швабру. – Простите, Ямада-сан, а сколько раз в день убирать?

– Да сколько хочешь, я тебя не ограничиваю, главное, чтоб я не нашел грязи. – Первый помощник достал несколько купюр и сунул их рыбаку, с которым заключил пари, затем отвернулся, не глядя больше на новичка.

В университете было не так тяжко, как на борту судна. Здесь никто не мог дать совет Ватанабэ Ю, и даже дядя сторонился племянника, боясь запятнать свою репутацию общением с незадачливым матросом. К счастью, Кэйта время от времени подсказывал, что делать и чего не делать, но и он не решался подойти слишком близко. Ю не стремился расширять круг общения, пусть народ издали наблюдает за салагой-неумехой. Он именно этого и хотел.

Ватанабэ Ю поднял еще одно ведро воды из моря и плеснул на палубу, чтобы вытереть пятно птичьего помета. Несколько чаек, парящих над головой, уже три или четыре дня летали вместе с «Кувата мару», расправив крылья и скользя против воздушных потоков, внося хоть какое-то разнообразие в монотонную жизнь. Кэйта сказал, это признак того, что суша рядом. Ватанабэ Ю спросил, что это за суша, но Кэйта вместо ответа лишь рассмеялся.

Матросов, кажется, немного взволновало появление чаек, но Ватанабэ Ю радоваться не приходилось. Присутствие птиц означало, что в любой момент на палубу мог упасть птичий помет. Если его не убрать в течение двух минут, то мимо обязательно пройдет кто-то рангом повыше Ватанабэ – то есть любой – и устроит ему выволочку.

Вытерев птичий помет, парень набрал еще одно ведро воды. Во время перерыва он облокотился о поручень и прищурился, глядя вдаль. Морская болезнь отступила, от солнечного ожога кожа на шее и плечах покраснела, а воротник неудобно топорщился. Однако от постоянного тягания ведер с водой мышцы рук обозначились четче, он сбросил вес и стал значительно худее, но сильнее.

Кто-то прошел мимо Ватанабэ Ю и протянул ему жевательную резинку. В этой скукотищи маленькая пластинка жвачки заряжала моряков бодростью, и некоторые жевали ее едва ли не круглосуточно.

Ватанабэ Ю улыбнулся и кивнул в ответ. Уже несколько человек проявили к нему доброту, но пока что до настоящего моряка ему было еще очень далеко.

Он отколупал обертку и засунул в карман брюк, не собираясь выбрасывать мусор за борт, хотя прекрасно понимал, что, куда бы он ни засунул бумажку на этом корабле, она все равно окажется в море.

Даже этот кусочек жвачки во рту тоже окажется в море, и какая-нибудь невезучая черепаха или рыба проглотит его и задохнется.

Он жевал, ощущая во рту кислый вкус лимона. Давным-давно моряки брали с собой в море много лимонов, чтобы получить достаточно витаминов для избавления от цинги, гнилых зубов и грибка стопы. Теперь он смотрел на рыбаков, которые громко говорили о женщинах и богатой жизни, которой им никогда не видать, и понимал, что им не хватает чего-то такого, что не компенсировать витаминами.

Ватанабэ Ю витал мыслями где-то далеко, когда на корабле вдруг раздался сигнал к сбору, ленивые матросы поднялись, как заведенные игрушечные солдатики, и на палубе стало оживленно.

– Что происходит? – спросил Ю у проходившего мимо рыбака.

– Собирайся, – велел тот, надув из жвачки пузырь, а потом запустив ее за борт корабля, как пулю. – Скоро приступим.

– Начнем ловить рыбу?

– Не, пересядем на другое судно.

– В смысле? – У Ватанабэ Ю крутились на языке вопросы, но рыбак уже ушел заниматься своими делами.

Парень оглядывался по сторонам: на горизонте показались несколько мачт, затем зелено-белая рубка. Мимо проходил еще один член команды, Ватанабэ Ю привлек его внимание и спросил:

– Что это за корабль? Мы на него переберемся?

– Скоро узнаешь, – ответил моряк.

Его глухой голос показался Ватанабэ Ю кирпичом, засунутым ему в глотку, откуда тот ухнул прямо в желудок. Парень повернул голову направо, а там стоял Ямада и смотрел на него сверху вниз.

– Простите, господин первый помощник.

– Хочешь разузнать побольше об этом корабле? Тогда жду тебя с твоими манатками через пять минут, и я позволю тебе первым подняться на борт.

– Что? – Ватанабэ Ю сначала не понял, это он серьезно или шутит, и уставился на Ямаду, не зная, идти ему или остаться.

– Четыре минуты и сорок секунд, – отчеканил Ямада.

– Есть! – Ватанабэ Ю выплюнул жвачку в руку и быстро побежал в свою каюту собрать вещи.