Холли Ринглэнд – Восьмая шкура Эстер Уайлдинг (страница 10)
– Эстер, да ты вся дрожишь. Иди сюда, садись. – Отец подвинул стул к кухонному столу.
Эстер села. Джек шагнул к чайнику и залил чайный пакетик горячей водой.
– Так где мама? – спросила Эстер.
– Ушла понырять. – Джек так и стоял к ней спиной. – С утра пораньше.
Ну да. Если Фрейя не в салоне, то она в море. У них с Аурой была одна страсть на двоих – исследовать глубины, где растут подводные леса и плавают тюлени.
Джек повернулся к Эстер, но все еще не мог взглянуть ей в глаза. Поставив перед ней чашку имбирно-лимонного чая, он сел рядом.
– Вчера я тебя почти не видел. Узнал только, что вы с Нин в конце концов оказались в Звездном домике. Как ты?
Эстер с наслаждением сделала глоток – очень хотелось горячего.
– А покрепче ничего нет? – пошутила она.
– Есть. – Джек поднялся.
– Папа, я пошутила.
– Есть виски, сливовая наливка и глинтвейн. Налью чего хочешь, только скажи, как ты себя чувствуешь. – На этот раз отец взглянул ей в глаза.
– Виски.
Отец взял бутылку с полки над плитой, открутил крышку. Налил немного в дымящуюся чашку Эстер. Снова сел и выжидательно посмотрел на нее. Эстер вздохнула.
– Я приехала домой, и мне нелегко. Вот и все.
– Понимаю.
– Нет, папа, я… сука.
– Не ругайся, Старри.
– Я убила лебедя. – Эстер снова села и убрала волосы со лба, чтобы показать Джеку шишку.
– Что ты сделала?
– Куини осмотрела меня вчера перед поминальным вечером. Со мной все в порядке. Это случилось в роще, возле гранитных валунов. Я его сбила. Лебедя. Или он упал на мой пикап. Не знаю, как эта херня вышла…
– Не ругайся, Старри. – Отец, ласково обхватив ее за щеки, осматривал ушиб на лбу. – Расскажи, что произошло.
Эстер пересказала, как ехала домой.
– А птица?
– Она у меня под кроватью.
– Не понял.
– Я должна ее похоронить, – тихо сказала Эстер.
– Давай я похороню.
– Папа, я должна сама ее похоронить. – Голос Эстер дрогнул.
Джек кивнул, что-то обдумывая.
– Хорошо. Тебе понадобится лопата. Схожу в сарай, принесу.
– Спасибо.
Эстер снова отпила из чашки.
– А что с пикапом?
– Ветровое стекло в трещинах, капот погнулся. Нин взяла его на себя.
От виски немного расслабилась челюсть, из глаз ушло напряжение.
– Значит, какое-то время ты побудешь дома.
– Да, несколько дней.
Каминные часы, стоявшие на верхней полке, – подарок датской родни – прозвонили четверть второго, запнувшись на последнем «динь», как всегда.
– Как на работе? – спросил Джек. – Управлять «Каллиопой» – задача не из легких.
– Все отлично. Дел по горло.
– Я горжусь тобой. Из тебя вышел прекрасный менеджер. Для такой работы нужна недюжинная сила характера. Учитывая, какой год мы пережили. Тебе пришлось нелегко.
У Эстер запылали щеки.
– Ну… – Она выдавила улыбку. – Мои ребята – лучшие в мире. И потом, это всего лишь «Каллиопа». Я же не отелем «Риц» управляю.
– Конечно. У тебя под началом всего-навсего историческое поселение-заповедник, персонал и туристы.
– Ты так говоришь, потому что я твоя дочь.
– И я очень этому рад. – Джек подмигнул ей. Поколебался. Вздохнул. – Ты ничего не сказала про вчерашний вечер.
Эстер припала к чуть теплому чаю.
– Хорошо, что ты приехала. Как жаль, что возвращение вышло тяжелым. – Джек обнял ее.
Эстер вспомнила, какое выражение появилось у него на лице, когда он заметил ее в толпе, и у нее заболело сердце. Она положила голову Джеку на плечо.
– Может быть, расскажешь, как ты себя сегодня чувствуешь? – спросил он ей в макушку.
Эстер окаменела, не позволяя себе повестись на психотерапевтические интонации Джека. Она вспомнила, как когда-то выкрикнула ему: «Я тебе не пациентка!»
Тикали часы. Эстер молчала.
– Эрин искала тебя вчера вечером – ты ее видела? – Джек сменил тему, и голос зазвучал повеселее.
Эстер помотала головой:
– Нет, но хотела увидеть.
– У тебя будет время с ней пересечься, пока пикап в мастерской.
Эстер залпом допила сдобренный виски чай и встала.
– Я, пожалуй, пойду. Мне скоро ракушки собирать с Нин и Куини.
– Старри, – Джек потянулся к ней, – послушай… – Его лицо исказило отчаяние. – Сама понимаешь: несчастный случай с лебедем не знак судьбы. Твое присутствие ее бы не спасло, и ты это знаешь.
Эстер потерла грудь ладонью и хмыкнула.
– Не думай, что видишь меня насквозь.
– Боюсь, что я вижу тебя насквозь, – улыбнулся Джек. – Извини.
Эстер вытерла нос тыльной стороной ладони. Болела голова – Эстер устала и не знала, как быть. Она снова сделала шаг к двери.
– Может, начнем сначала? – Джек вздохнул. – Я просто очень рад тебя видеть. Если ты не хочешь о чем-то говорить – значит, не будем. Но поесть все-таки надо. Согласна? Хочешь, я приготовлю яичницу? С острым соусом, твою любимую?