Холли Бин – Тед Банди. Полная история самого обаятельного серийного убийцы (страница 14)

Сам Кеппел никогда раньше не видел человеческие кости и понятия не имел, как правильно проводить такие поиски. Как выяснилось, остальные не знали тоже. Помог опыт криминалистов: участок разделили на квадраты, как при археологических раскопках, и каждую находку отмечали на карте. Ее фотографировали на месте обнаружения, отмечали дату, время и координаты, а также имя того, кто ее нашел.

Всего было найдено и задокументировано около четырехсот человеческих костей и других вещественных доказательств. Сюда входили монтировка, отвертка и двухфутовые ножны, предположительно, от мачете. Бойскауты также нашли засохшую кучку помета койота, в которой сохранилась маленькая кость человеческой руки, и светлые волосы, вплетенные в птичье гнездо.

На холме было обнаружено три скопления разлагающихся останков. По нижней челюсти удалось установить принадлежность одного набора Дженис Отт. Ее череп так и не был найден. Также по нижней челюсти и черепу опознали Дениз Насланд. Ее ударили по голове тупым предметом – возможно, монтировкой.

Но это было еще не все. Третья жертва, от которой нашлись только кость ноги и несколько позвонков, оставалась неопознанной еще пятнадцать лет.

Никаких указаний на личность «Теда» на холме близ Иссакуа найдено не было. Тем не менее теперь можно было сделать кое-какие выводы о том, с каким убийцей столкнулась полиция. И эти выводы не обнадеживали.

Он тщательно выбрал место: изолированное и уединенное, но в то же время легко доступное на машине. Там «Тед» мог не беспокоиться, что его потревожат. Любую подъезжающую машину он заметил бы издалека, и у него осталось бы время, чтобы спрятаться. Осторожность в выборе места, планирование и внимание к деталям – все соответствовало предположению Либерта, что «Тед» уже убивал раньше и наверняка продолжит убивать, пока его не остановят.

Хотя страшное открытие, сделанное 7 сентября, не продвинуло правоохранительные органы в поисках преступника, оно заставило их признать очевидное. На пресс-конференции, устроенной с целью успокоить общественность, страх которой стремительно нарастал, капитан Ник Макки из департамента полиции округа Кинг заявил: «Наши худшие опасения подтвердились».

Это был поворотный момент не только для детективов в разных юрисдикциях, занимавшихся поисками пропавших девушек, но для всех граждан штата. Больше не осталось надежды, что исчезновения не связаны с умышленным преступлением.

Мысль, что какой-то человек может запросто похитить девушку из ее постели и скрыться с ней в ночи, как случилось с Линдой Хили, или увезти двоих молодых женщин из парка, полного народу, в солнечный летний день, не укладывалась в голове. Такое случается только в фильмах ужасов. Однако теперь фильмом ужасов стала реальность. И у полиции не было никаких ответов и никакой возможности положить конец убийствам.

Преступления без мотива, совершенные незнакомцем против незнакомца, да еще и в разных юрисдикциях, представляли собой практически неразрешимую загадку.

Студент в Юте

День за днем Лиз Кендалл читала в газетах об исчезновениях девушек с озера Саммамиш 14 июля. В одном из репортажей упоминалось о новом методе поисков с использованием инфракрасной камеры – та могла показать, что землю недавно вскапывали. Но никаких захоронений – свежих или старых – полицейские не нашли.

В то время как раз разгорелся Уотергейтский скандал, и в деканате медицинского факультета, где Лиз работала, сотрудники постоянно слушали радио. Но Лиз было не до Уотергейта. Ее снедала тревога. Тед – ее Тед – ездил на «Фольксвагене-жуке» коричневого цвета. Его манеру речи можно было принять за британский акцент. Он любил элегантно одеваться, а в воскресенье в первой половине дня, когда девушек похитили, его не было с Лиз. Мог ли ее Тед оказаться тем «Тедом», которого разыскивала полиция?

После выхода статьи, связывавшей жертв с озера Саммамиш с похищениями из университетских кампусов, стало очевидным сходство Лиз с ними: она тоже была юная, хорошенькая и носила волосы на прямой пробор.

На работе один из коллег показал ей вырезку из газеты с фотороботом подозреваемого.

– Как, по-твоему, он ни на кого не похож?

Под фотографией коллега подчеркнул имя «Тед».

– Кажется, твой приятель тоже ездит на «жуке»? Цвета коричневый металлик.

– Вовсе не металлик, – фыркнула Лиз.

Она старалась вести себя как ни в чем не бывало, но, вернувшись домой, кинулась перебирать фотоальбомы и рассматривать в них фотографии Теда.

Пожалуй, очертания подбородка немного похожи… Морщинки под глазами. Взгляд. Но и разница значительная. Например, у подозреваемого прямые волосы, а у Теда вьющиеся. Схватив фоторобот и одну из фотографий, Лиз помчалась к подруге Энджи. Та жила теперь в плавучем доме, и они часто загорали там на палубе. Но на этот раз Лиз приехала не загорать.

Прихватив по пути упаковку из шести банок пива, она ворвалась к подруге и с порога заявила:

– Поклянись, что никому не расскажешь!

– Что с тобой такое? – изумилась Энджи.

– Кажется, я схожу с ума.

Лиз сунула ей фоторобот и снимок Теда.

Энджи посмотрела на них, потом на Лиз:

– И что?

– Понимаю, это невероятно, но мне кажется, они похожи. И еще я заметила кучу разных совпадений… Все так странно!

– Так, – перебила ее Энджи, – давай-ка присядь и расскажи толком. Что за совпадения? Почему тебе вообще пришло такое в голову?

Они открыли по банке пива, и Лиз начала рассказывать:

– Во-первый, акцент. Свидетели говорят, у него британский акцент – а ты помнишь, когда мы познакомились с Тедом в баре, нам показалось, что он откуда-то с востока? Может, и из Британии. А еще тот парень из парка был в дорогой одежде, как для тенниса. Ты ведь знаешь, как сильно Тед любит красиво одеваться?

– Послушай, дорогуша, тот факт, что он носит «Адидас», еще не делает из него преступника, – резонно возразила Энджи. – И потом, вы же с ним встречались в то воскресенье!

– Вечером! А весь день я сидела одна. Я просто не могу выкинуть это из головы! Его имя, машина, одежда. И гипс – я как-то нашла гипсовый бинт у него в комоде.

– А ты спросила, зачем он ему понадобился?

– Спросила. Он ответил, что стащил его, когда работал на складе медицинских товаров. А теперь я думаю – что, если тот парень с озера специально намотал на руку гипс? Это же отличное оружие! Если ударить им кого-то по голове, человек, скорее всего, сразу отключится.

– Я тебя умоляю! – воскликнула Энджи. – Сама смотри: зачем парню, который собирается похитить девушку, представляться собственным именем? Это же полнейшая глупость! Приди в себя, Лиз! Ты знаешь Теда уже сколько – четыре года? Или пять? Ты не можешь подозревать его всерьез. Или ты чего-то недоговариваешь?

– Ты знаешь, что он ворует вещи? Да, крадет из магазинов. Я пыталась придумывать для него оправдания, но даже теперь, когда у него хорошая работа, он продолжает. Все, что у него есть – дорогая одежда, даже его телевизор, – все это краденое. У меня такое ощущение, что ему нравится сам процесс.

– Слушай, такое воровство – просто дурачество. Глупая шутка. Между кражами и убийством целая пропасть!

– И все равно я не могу отделаться от чувства, что с ним что-то не так! У меня голова идет кругом! Что, если нам позвонить в полицию?

– Нам? Ты о чем?

– Понимаешь, если я позвоню сама, звонок могут проследить. Тогда Теда заподозрят по-настоящему, а вдруг он ни при чем? Я подумала, может, ты позвонишь из телефона-автомата?

– И что я скажу? Что подозреваю бойфренда подруги в похищениях девиц с озера? Ты с ума сошла?

– Нет. Мы позвоним анонимно. И постараемся выяснить подробности. Смотри: надо уточнить, какой все-таки цвет был у того «Фольксвагена». Потом, у Теда тогда была простуда. Кто-нибудь из свидетелей упоминал, что у преступника был заложен нос? А еще он носит часы на правой руке, потому что сам левша. Вдруг свидетели запомнили, были у него часы или нет и на какой руке?

После долгих уговоров Энджи согласилась, и подруги поехали к телефону-автомату возле супермаркета. Энджи позвонила, и ей сказали, что цвет машины точно был коричневый металлик. Спросить про часы она забыла – от волнения. Тогда Лиз позвонила сама; ей ответили, что про часы никто из свидетелей не упоминал.

В конце концов девушки отправились в университетскую библиотеку и битый час листали подборки газет, выискивая все статьи о «Теде». Там писали, что рост подозреваемого около 175 сантиметров – Тед был выше. У «Фольксвагена», который видели на озере, не было сзади рамы для велосипедов. Да и на других фотороботах и набросках подозреваемый на Теда походил очень слабо. Это немного успокоило Лиз.

Расставшись с Энджи, она поехала к Теду. Она была счастлива найти его дома, спокойного и приветливого. К нему она тоже привезла пиво, и они попивали его, валяясь на полу и болтая о пустяках. И все равно время от времени Лиз тревожно обводила глазами комнату и замечала детали, которых не видела раньше. Пару костылей в углу возле двери. На ее вопрос Тед сказал, что это костыли хозяина пансиона – тот брал их напрокат и попросил Теда сдать обратно. На столе лежал большой нож – Тед объяснил, что им удобно резать овощи. Под вечер они поехали к Лиз, и Тед остался на ночь. Они занимались любовью, и она уснула в его объятиях. До отъезда Теда в Юту на учебу оставалось несколько недель.