Хо Тхэён – Фотостудия Таккуда (страница 15)
Я, конечно, позлилась для вида, но потом приняла извинения ха-ха. У меня все отлично!
Чувствуя себя последней идиоткой, Чеби опустила телефон и пнула одеяло. Ее одурачили.
Чеби резко вскочила, схватила телефон и начала быстро печатать, тяжело дыша.
…
Думаешь, любовь – это развлечение?
Разве можно так легко прощать?
Но в итоге так и не смогла отправить эти сообщения. Перед глазами стояло грустное лицо Боры. Чеби закрыла мессенджер и открыла контакты. Не успела она пролистнуть страничку и несколько раз, как список закончился. В основном здесь были телефоны коллег. В этот момент Чеби почувствовала, как дорога ей Бора. Конечно, их отношения было сложно охарактеризовать – то ли друзья, то ли приятели, – но таких людей можно пересчитать по пальцам одной руки.
Чеби задумалась; возможно, она выполняла обе роли, а возможно, и нет.
Девушка вспомнила гонщиц, с которыми они попрощались вечером. Тех самых, кто днем мчался по прибрежной трассе на крутых байках. Они вместе со старших классов. Вот уже тридцать лет связаны судьбой.
Чеби вспомнила старшую школу, перед взором появились лица тогдашних друзей. Сейчас она ничего не знала о них: ни где они, ни как живут. Да и приятели не спешили найти Чеби. В голове вдруг вспыхнул образ возлюбленного из училища. Девушка тут же зарылась лицом в подушку. Ей не хотелось даже вспоминать о самом неправильном, самом темном периоде ее жизни.
Чеби обняла подушку, ворочаясь из стороны в сторону. Наверное, это невозможно: она уже не в том возрасте, чтобы искать друзей и наивно доверять людям. Вдруг снаружи раздался громкий шкрябающий звук. Чеби подползла на коленях к окну и второй раз за утро приоткрыла шторы. Бабуля из Мокпхо закончила поливать огород и теперь подметала двор большим веником. Вдруг на ее образ наложился образ бабушки, которая покинула Чеби прошлой зимой.
– Почему пожилые женщины так много работают? – пробормотала девушка. – Может, потому что у них нет друзей?
Чеби взяла в руки телефон и вернулась в постель. Открыв галерею, она увидела прекрасное лицо Согёна. В тот момент, когда девушка сделала фотографию Чонми, она незаметно поймала на камеру и своего начальника. Он как раз слез с мотоцикла, переводя дух.
– Ты повлияла на них. Сделала так, чтобы они встали и запели, – сказал ей той ночью Согён, когда провожал до дома.
Именно так он оценил фотографию Чонми, которую сделала Чеби. Девушка опустила голову, испугавшись, что в свете фонарей ее покрасневшее лицо будет прекрасно видно.
– Ну что вы. Разве это сравнится с вашими фотографиями, – смущенно сказала она.
– Оценивать себя можно и нужно, но вот сравнивать с другими – плохо, – произнес Согён. – Стефан Герц как-то сказал, что фотографии годятся не только для любования. Я тоже так считаю. Снимок можно назвать хорошим, если он заставляет людей размышлять. Такие великие фотографы, как Стефан, влияют на зрителей своими работами. Как сделала это сегодня ты фотографией Чонми.
Впервые в жизни Чеби услышала те самые слова поддержки, в которых нуждалась. Сердце стучало так быстро, что казалось, оно вот-вот выпрыгнет.
– Д-до свидания! – Смущенно прикрыв рот рукой, Чеби скользнула в свою комнату, спасаясь бегством от начальника.
Спрятавшись под одеяло, Чеби ворочалась из стороны в сторону. Ей вдруг вспомнилась Янхи. Сердце сжалось от ревности и тоски.
Девушка крепко зажмурилась и постепенно начала проваливаться в сон.
После обеда Чеби не спеша направилась в студию. Вчера они трудились до поздней ночи, поэтому Согён предложил выйти на работу позже обычного. Взобравшись по крутому холму к студии, девушка увидела, что дверь открыта. Большое окно тоже было распахнуто, по всему первому этажу гулял легкий морской бриз. То и дело раздавался звон ветряного колокольчика в форме осьминога. Согён сидел у окна и что-то писал в дневнике. Рядом с ним, на полу, расположилась Белл и вылизывала переднюю лапу, но стоило ей заметить Чеби, как она тут же бросилась навстречу. Девушка, присев на корточки, поцеловала щенка в лоб и нежно погладила. Затем встала и сняла ветряной колокольчик с двери – в студии стало тихо.
– Спасибо. А то он уже начал действовать на нервы, – рассмеялся Согён, проводя рукой по волосам.
На стенах все еще висели фотографии гонщиц. Чеби внимательно разглядывала их, стоя в переднике с логотипом студии. Вчера в каждом кадре они казались задорными и счастливыми, но сегодня все было иначе. Возможно, потому, что девушка понимала: женщины вернулись к своей повседневной жизни. Интересно, как они выглядят, когда говорят по-обычному? Не используют в речи сленг? Вдруг стало тоскливо, и Чеби обняла себя за плечи.
– Я отлучусь в уборную.
Согён вышел из зала, Белл побежала следом.
Намочив подсохшую тряпку, Чеби стала вытирать столики. По стакану Согёна, где был кофе со льдом, текли крупные капли. Она тщательно все вытерла. В раскрытом дневнике фотограф подсчитывал доходы за съемку и вечеринку. Чеби улыбнулась, разглядывая его мелкий, плохо различимый почерк. Чуть ниже, в углу страницы, была заметка:
– Не может быть!
Девушка огляделась по сторонам. Сердце громко стучало в груди. На секунду показалось, что деньги уже на карте, и Чеби принялась предвкушать долгожданный момент. Согён разговаривал с кем-то по телефону на втором этаже. Из открытого окна подул сильный ветер, перелистывая страницы дневника.
– Нет-нет-нет!
Чеби в панике отступила на шаг назад, протерла другие столики и бросила взгляд на лестницу. Фотограф все еще разговаривал по телефону. Время вокруг будто застыло. Не в силах перебороть любопытство, Чеби подошла к столику, где лежал дневник. Она надеялась, что может найти еще одну запись о себе.
Пробежав взглядом по строчкам, Чеби впала в ступор.
Девушка перелистнула на несколько страниц назад.
Чеби снова перелистнула дневник на несколько страниц назад.
Сунув тряпку в карман передника, Чеби застыла перед дневником, пребывая в смешанных чувствах. Она хотела прочитать еще, но со второго этажа донесся лай, который испугал девушку так сильно, что та убежала на кухню. Вскоре по лестнице спустился Согён, сжимая в руках телефон. Чеби стала промывать тряпку под струей воды.
– Ласточка, не поверишь, у нас новый заказ! – воскликнул начальник. – Только что разговаривал с клиентами, хотят выездную свадебную фотосессию. Наверное, увидели фотографии гонщиц, которые ты выложила в соцсети. Говорят, хотят кадры в похожем стиле.
Чеби обернулась к нему, широко раскрыв глаза от удивления. С мокрой тряпки на кроссовки капала вода. Согён подошел к раковине и быстро закрыл кран. Он стоял так близко, что его губы практически касались ее лба. Девушка замерла, не в силах сделать вдох. Тут же подбежала Белл, поставила лапы на ногу Чеби и потянулась. Девушка отложила тряпку и обняла щенка. Когда ее подбородка коснулась мягкая шерстка, Чеби смогла успокоиться.
– Вы когда-нибудь делали выездную свадебную фотоссесию?
Прижимая к себе Белл, она включила ноутбук. На почте лежало письмо, видимо, от тех же людей: кратко уточняли, можно ли позвонить по поводу свадебной фотосесcии.
– Как-то раз делал фотографии во дворце бракосочетания, – ответил Согён, все еще пребывая в прекрасном расположении духа.
«Разве это одно и то же? Вы ведь работали в помещении», – хотела было сказать Чеби, но передумала.
– А фотосессию в каком стиле они видят?
– Сказали, на наше усмотрение, – ответил хозяин студии.
Чеби внимательно посмотрела на него. Интуиция предупреждала: что-то здесь не так.
– На наше усмотрение? Так и сказали? Жених с невестой?
– Ага. «На ваше усмотрение» и «Сделайте что-нибудь креативное и бунтарское».
Чеби помрачнела, глядя, как Согён светится от радости.
– А где хотят съемку? Может, назвали какое-то определенное место?
Согён пожал плечами.