Хлоя Уолш – Удержать 13-го (страница 10)
– За нее, – со стоном пояснил я. – За нее волнуюсь, Гибс.
– Почему?
– Она в ту ночь сказала мне кое-что, – признался я, теряясь. – А я не могу вспомнить. – Проведя рукой по волосам, я выложил лучшему другу все свои сомнения. – Что-то насчет ее отца. – Скривившись, я постарался поймать воспоминание, но оно продолжало ускользать от меня. Я опять разочарованно вздохнул. – Думаю… – Резко замолчав, я потер переносицу, понимая, что, если скажу это вслух, забрать слова назад не получится.
– Думаешь?.. – подтолкнул меня Гибси.
– Только между нами, – предупредил я.
– Всегда, чел, – кивнул он.
Снова вздохнув, я сел и обеими руками отвел назад волосы, полный неуверенности и тревоги.
– Я видел разные вещи, – медленно начал я, внимательно наблюдая за ним, проверяя его преданность, хотя и знал, что в этом нет нужды.
– Мертвых?
– Да блин!
– Ладно, ладно, прости, – поспешил сказать он, становясь серьезным. – Рассказывай.
Я сердито посмотрел на него, убеждаясь, что в его глазах нет насмешки, а потом продолжил:
– Видел на ней.
– На ней? – Брови Гибси сдвинулись.
Уронив руки на колени, я беспокойно мял простыню.
– У нее на теле. – С виноватым видом я глянул на него и выпалил: – Слишком многие вещи происходили слишком часто, и эти совпадения никак не объясняются случайностью.
Глаза Гибси сузились, когда до него дошло.
– Вещи типа синяков?
Я медленно кивнул.
– Где?
– Везде, – болезненно вздрогнул я. – По всему телу, Гибс.
– Хреново.
– Сначала я думал, что над ней опять издеваются… – Я помолчал и почесал нос, чувствуя себя полным дерьмом из-за того, что предаю ее доверие, но это пожирало меня изнутри. – У нее было поганое время в Баллилагинской муниципальной школе, Гибс. Реально херовое. И я с этим разобрался – ну, мне казалось, что разобрался, но…
– Но?
– Но я знаю, что тут что-то еще, Гибс. Может, я сейчас похож на психа, но для меня все по-настоящему. Уверен: что-то есть. Я помню, как она мне что-то сказала в ту ночь. – Я ненавидел себя за то, что не мог восстановить критически важную часть мозаики. Я ведь нутром чуял, что упускаю нечто жизненно важное. – Но теперь мне кажется, я догадался.
– Да? – Гибси теперь говорил так серьезно, как никогда в жизни. – И ты знаешь, кто?..
Медленно кивнув, я посмотрел ему в глаза, молясь, чтобы он не осудил меня за слова, которые я готовился произнести. Оставался ведь шанс, что я ошибаюсь, – огромный, колоссальный, размером с Большой каньон шанс, – но я так не думал, а риск того стоил, речь ведь шла о ее безопасности.
– Думаю, это ее отец, Гибс. – Подавив неуверенность, я заглянул в глаза лучшему другу и сказал: – Думаю, что Шаннон избивает ее отец.
Я был математиком по натуре, а общим знаменателем в каждой проблеме, которую я пытался решить относительно Шаннон Линч, был ее отец.
Она произнесла «отец».
Сказала мне это.
Я
Сказала что-то о своем проклятом отце.
Я просто не мог прийти к конкретике.
И много дней мой ум кружил, возвращаясь к каждому разговору с ней, пытаясь найти нечто такое, что я упустил.
И что бы я ни делал, как бы упорно ни думал об этом, память неизменно возвращала меня к тому первому дню, к нашему диалогу, когда Шаннон не слишком осознавала, что говорит.
«– Вот об этом. – Снова провел пальцем по старой отметине. – Откуда шрам?
– Отец, – ответила она и тяжело вздохнула».
«– Отец меня убьет, – давилась она словами, держась за порванную юбку. – Форме конец».
«– Джонни, – простонала она и поморщилась. – Джонни. Джонни. Джонни. Это плохо…
– Что? Что плохо? – стал допытываться я.
– Мой отец, – прошептала она».
Если я ошибался, а такой шанс был велик, Шаннон никогда меня не простит. Я уже был в опале из-за всего, что сделал, но, обвинив ее отца в насилии, мог забить последний гвоздь в гроб наших потенциальных отношений.
Дерьмо.
Я просто терял рассудок, когда мозг сталкивался с самыми отвратительными, грязными, бесчеловечными мыслями, навеянными наркотиками.
Правда ли отец Шаннон бьет ее?
Не дурак ли я?
Я стыдился этих мыслей, но они были тут, в моей голове, они кричали, кипели и приводили меня в безумное волнение.
Он издевается над ней?
Что там происходит?
Я никогда не встречался с этим человеком, но ведь наверняка же брат или мать должны были вмешаться…
Мать Шаннон я однажды видел, хотя эту встречу и не назвать дружеской, – показалось, что эта женщина искренне любит свою дочь.
Выглядела она хорошо.
Здоровая и беременная.
Брат Шаннон был сильным и симпатичным.
Другие братья были просто детьми.
Оставался отец.
– Черт… – покачал головой Гибси. – Это серьезное обвинение, Джонни.
– Я знаю, – простонал я, полный отвращения. – И я знаю, что если я ошибаюсь, то создам себе еще больше проблем, но я просто… – Я встряхнул головой и сжал кулаки. – Я не могу выбросить это из головы. Я думаю, поэтому все так вышло, – добавил я. – Я был без башки весь уик-энд. Я пытался пойти к ней, Гибс. Потому что страшно боялся за нее. – Я вздрогнул, чувствуя себя беспомощным. – Я понимаю, это только подозрения, но я не могу с этим справиться. Я не могу их игнорировать или делать вид, что ничего не происходит. С ней что-то происходит, и я не могу просто сидеть и ничего не делать. – Я тяжело вздохнул. – Она слишком много значит для меня, чтобы просто замести все это под ковер. Даже если я ошибаюсь, стоит ведь проверить, да? Так ведь будет правильно?
– Дай мне минуту подумать. – Наклонившись вперед, Гибси прижал пальцы к вискам. – Слишком много всего сразу…
Вот уж точно.
Я тем временем не мог сидеть спокойно. Меня терзала боль, но мысли были гораздо хуже, они превращали меня в комок нервов и тревоги.
Что-то было не так.
Я это чувствовал.