Хлоя Уолш – Предательство (страница 45)
Вот черт.
Мое тело замерло, и я почти боялась открыть глаза, чтобы посмотреть, кто там.
Ноа, очевидно, не слышал их, потому что продолжал целовать меня, поглощая, как наркоман поглощает свой наркотик.
— На твоем месте я бы не стал, — произнес глубокий мужской голос, и Ноа, наконец, понял, что происходит, и застыл, шокировано распахнув глаза, а его губы все еще были прижаты к моим. — Этот диван похож на святилище плодородия, — добавил тот же голос веселым тоном. — Если бы ты знал хотя бы половину тех, кто был зачат на этой штуке...
— Господи, папа, — пробормотал другой мужской голос.
— Фу, — прошептала я, содрогаясь.
Ноа пробормотал впечатляющее количество ругательств, прежде чем неохотно повернул шею.
— Ты не против? — спросил он ровным тоном.
Я быстро заглянула через плечо Ноа и увидела не одного, а двух мужчин, стоящих в дверях гостиной. Один из них был среднего роста, мускулистого телосложения, с рождественской шапкой на голове и руками, увешанными подарками.
Лысый дядя — поняла я.
— Не совсем, — усмехнулся лысый дядька. — Но помешанная на контроле женщина на верху... эй, это не она облила краской твою машину? Вы ребята теперь вместе?
— Да, у нас все налаживается, Дерек, — сухо ответил Ноа. В голосе
Ноа прозвучала неохота, давая мне понять, что он знает этого Дерека.
— Так что не мог бы ты, пожалуйста, отвалить и дать нам разобраться в ситуации, я был бы тебе очень признателен.
Мой взгляд остановился на другом парне, рост которого превышал шесть четыре с вьющимися черными волосами, и этим парнем был... —Джордан!
Я услышала восторженный возглас Хоуп за несколько секунд до того, как она ворвалась в гостиную и бросилась на кудрявого гиганта.
Джордан легко поймал ее, и их объятия, то, как он вздрогнул, когда она уткнулась лицом ему в шею, были такими интимными и прекрасными.
— Счастливого Рождества, Ключница, — прошептал Джордан, запустив руку в ее кудри. — Я же говорил, что успею.
— Не может быть, — хихикнул знакомый голос Колтона, за которым последовал рокочущий голос Кэма: — Я так и знал, что он ее завалит.
— Черт возьми, Ноа, — закричала Хоуп, очевидно, только что заметив наше обнаженное присутствие. — Не могу поверить, что ты привел девушку в мой... О... Боже мой. Боже. Тиган? Что ты делаешь под Ноа... и голая.
— Нет. — усмехнулся Колт. — Я вижу кружевные трусики.
— Извращенец.
— Привет, Хоуп, — пробормотала я, поглаживая кончиками пальцев шею Ноа и прижимаясь лицом к его груди. — Пожалуйста, забери меня отсюда, — умоляла я Ноа тихим голосом, прижимаясь к нему в полном ужасе.
Глаза Ноа смотрели на меня, и от ласки, которую я в них видела, меня бросало в жар.
— Не хочу прерывать семейное воссоединение, — сказал Ноа, не сводя с меня глаз. — Но не могли бы вы, ребята, уйти на кухню, чтобы мы встали и оделись?
— Да, — приказал властный голос.
Ноа весь напрягся, а я, кажется, слегка вздрогнула.
— Всем вернуться в постель, — приказал мистер Картер, стоя в дверях, и его сердитые голубые глаза уставились на Ноа. — Сейчас же.
Все, включая Дерека, выбежали из комнаты, как наказанные негодяи.
— Все не так плохо, как кажется, мистер Картер, — пробормотала я, покраснев.
— Ты. — Он посмотрел на Ноа. — Отвали от этой девчонки и тащи свою задницу на другую сторону этой комнаты.
— А ты, — огрызнулся он, указывая на меня. — Оденься и приготовься к объяснениям. Я звоню твоему дяде.
— Кайл, тебе нужно...— начал говорить Ноа, но Кайл остановил его.
— На кухню, Тиган, — огрызнулся мистер Картер, разворачиваясь и выходя за дверь. — Одна минута.
****
ГЛАВА 18
Я смотрел, как Тиган ворвалась в свой дом и захлопнула входную дверь, прекрасно понимая, что сегодня я не смогу зайти в свой дом.
Появление Джей Ди возле отеля означало, что мне нужно держаться подальше от дома, пока он не успокоится.
Черт, я рисковал, даже возвращаясь на улицу, но я ни за что не мог оставить Тиган после того, что произошло, между нами, в лифте.
Я отправил сообщение Лоу, спрашивая, можно ли переночевать у него, а сам сидел в машине и смотрел на дом Тиган, пока в ее спальне не зажегся свет. И тогда мне пришлось зажмурить глаза и заставить свой разум перестать представлять, что она там делает...
Девственница...
Я не ожидал этого — даже не осознавал, пока не увидел ее бедра. Я никогда раньше не спал с девственницей, и это знание никак не помогало сдержать бушующие во мне эмоции.
Черт возьми, я крупно облажался, взяв эту работу у Гонсалеса. Джордж собирался заставить меня заплатить за это, и это было прекрасно. Мне не составляло труда расплатиться за свои ошибки, но, черт возьми, в глубине души я знал, что ставки изменились.
Сегодняшняя ночь изменила все, и я непреднамеренно подверг опасности единственного человека, который что-то для меня значил...
Неохотно заведя мотор своей машины, я выехал из дома Тиган и решил поехать привычным маршрутом на восток, тем самым, которым я одновременно и жаждал, и боялся, в клинику Хейвен— Бей, ожидая ответа Лоу.
Пока я сидел в комнате для посетителей реабилитационного центра Хейвен—Бей, мои мысли то и дело возвращались к Тиган и к тому, что она мне сказала...
Боже, эти слова заставили меня вздрогнуть, и я со вздохом опустил голову. Тиган и не подозревала, насколько она была права...
— Привет, Ноа.
Все мое тело напряглось от звука ее голоса.
Медленно выдохнув, я встал и посмотрел в лицо хрупкой, светловолосой женщине, стоящей в дверях, женщине, которая была частично ответственна за мою разрушенную жизнь.
— Привет, мама.
— Что ты здесь делаешь? — спросила меня мама, оглядывая комнату. Ее взгляд остановился на моем лице, и она посмотрела на меня с безразличием... в ее глазах не было ни любви, ни даже ласки, и это причиняло яростную боль. — Где Джордж?
— К черту Джорджа, — огрызнулся я, чувствуя себя невероятно разъяренным. Это был гребаный позор, что мне нужно было просить у него разрешения, чтобы увидеться с собственной матерью, но, опять же, это была ее вина, что этот ублюдок имел над нами такую большую власть. — Мне нужно было тебя увидеть, — сказал я ей настолько спокойным тоном, насколько смог. — Нам нужно поговорить.
Ее темные глаза расширились, и она насторожилась, когда она поправила очки на носу — «признак нервозности» — и медленно двинулась дальше в комнату.
— Почему ты не написал мне? — спросила она, опускаясь на коричневый кожаный диван напротив меня. — Ты же знаешь, я не люблю с тобой видеться.
Можно было подумать, что после восемнадцати лет выслушивания подобного дерьма у меня выработается иммунитет к ее отсутствию чувств по отношению ко мне, но нет, это все еще чертовки жгло сердце.
— Есть много вещей, которые мне тоже не нравится делать, мама, но я делаю их ради тебя, — жестко ответил я, изучая ее безэмоциональное выражение лица. — И то, о чем я хочу с тобой поговорить, это не то, что я бы хотел написать в гребаном сообщении.
Темные глаза моей матери вспыхнули от негодования. — С каждым днем ты все больше становишься похожим на своего брата, — выплюнула она, обхватив руками колени. — Этот поганый рот. — Она почесала тыльную сторону ладоней, и я заметил, что сегодня ее ногти не были заклеены скотчем. — Надо бы вымыть тебе рот с мылом.
— Мне уже восемнадцать, мам, а не восемь, так что я бы хотел посмотреть, как ты будешь пытаться это сделать, — сухо ответил я. — И, пожалуйста, не начинай снова это дерьмо про брата. Это, правда, уже устарело.
У меня не было брата. И сестры тоже не было, если уж на то пошло. Я был единственным ребенком у своих родителей, но, когда мама злилась, она всегда обвиняла меня в том, что я реинкарнация моего призрачного брата.