Хлоя Уолш – Переплет 13 (страница 200)

Вместо этого я ждала.

И я волновалась.

И я отчаянно боролась с желанием ворваться в раздевалку для посетителей.

Притаившись снаружи в темноте, я наблюдала, как игроки Ройса и Томмен вышли из здания клуба, сопровождаемые тренерами, мистером Малкахи и врачом матча.

Никто, казалось, не замечал меня, и я не была удивлена.

Все эти мальчики, казалось, были по крайней мере на фут выше меня.

Так было, пока не появился Гибси.

— Привет, малышка Шэннон, — сказал он, сразу заметив меня. — Что ты делаешь, стоя здесь под дождем?

— О, я просто…Я хотела… Он был… и я… — Беспомощно взмахнув руками, я сдалась и пожала плечами. — Я волновалась.

— О Джонни?

Мои плечи поникли, и я кивнул в знак поражения. — Все плохо?

Гибси нахмурился, выглядя неуверенно.

— Давай, Гибси, — умоляла я. — Просто скажи мне.

— С ним все в порядке, малышка Шэннон…

— Не лги мне, — выдавила я. — Пожалуйста. — Прерывисто выдохнув, я продолжила: — Мне нужно знать.

— Он в плохом состоянии, — тихо признался он. — В зависимости от того, что скажут врачи, когда он попадет в больницу, ему грозит серьезный перерыв в игре. — Тяжело выдохнув, он провел рукой по волосам. — Он наверняка выйдет в финал.

— Я не хочу знать, сможет он играть в регби или нет, — выдавила я, когда волна вины поглотила меня. — Я хочу знать, все ли с ним в порядке! С ним. С Джонни! Человеком. Только не с гребаным игроком в регби!

Гибси склонил голову набок, изучая меня любопытным взглядом:

— Ну, разве ты не та, за кого нужно держатся? — он, наконец, задумался, понизив тон.

— Что?

— Неважно. — Гибси покачал головой и тяжело выдохнул. — Я слышал, как тренер обзванивал отели, чтобы узнать, может ли какое-нибудь место приютить нас на ночь. — Поморщившись, он добавил: — Думаю, Джонни сегодня вечером сразу отправят на операцию.

О, боже.

Мое сердце упало.

Я знала, что он не должен играть.

Я знала, что ему было больно.

Я знала это и ничего не сделала.

Я должна была что-то сказать его матери.

Я должна была что-то сказать тренеру.

Я знала, что он играл травмированным.

Как всегда, я нихера не сделала.

— Это моя вина, — выдавила я.

— Потому что ты знала? — Прошептала Гибси.

Я опустила голову от стыда.

— Тогда это и моя вина тоже, — сказал он мне. — Заходи, малышка Шэннон, — добавил он, слегка улыбнувшись мне. — Он там один, ждет, когда его отвезут в больницу.

— Э-э, может, мне не стоит…

— Ты должна, — прервал он меня, сказав.

— Я должна? — Спросила я неуверенно.

Гибси кивнул:

— Ты должна.

И, не сказав больше ни слова, он пошел в сторону автостоянки к школьному автобусу.

Я стояла там еще целых пять минут, пытаясь уговорить себя спуститься с уступа, с которого я угрожала прыгнуть.

Это не сработало.

Казалось, ничто больше не имело смысла.

Ничего, кроме как найти его.

Дрожа с головы до ног, я сделала решительный шаг и поспешила внутрь здания и вниз по коридору с бетонным полом, не останавливаясь, пока не оказалась перед белой дверью с выгравированным на ней словом «Посетители».

Сделав глубокий, успокаивающий вдох, я толкнула дверь внутрь и вошла в пустую раздевалку, только для того, чтобы сразу же почувствовать зловоние Глубокой жары.

Это было так сильно, что у меня слезились глаза.

Из арки, которая, как я предположила, вела в душевую, валил пар.

Большинство раздевалок имели одинаковую планировку: большая комната, стены из белого кирпича, деревянные скамейки по обе стороны от комнаты и душевые, расположенные в задней части.

Он в душе, идиотка.

Что ты делаешь?

Убирайся.

Убирайся сейчас же!

Смутившись, я развернулась и бросилась к двери, но остановилась как вкопанная, когда Джонни позвал меня по имени.

— Шэннон?

Униженная, я повернулась к нему лицом.

— Привет, — выдавила я, заставляя себя дышать, хотя при виде него мне показалось, что мое сердце ускорилось в груди.

У Джонни через плечо было перекинуто полотенце, в руке он сжимал металлический костыль, и на его лице было страдальческое выражение. На нем снова были CalvinKlein.

Сегодняшние были черными.

— Привет, — ответил Джонни, отвлекая меня от опасных мыслей. — Что ты здесь делаешь?

— Я хотела проведать тебя, — выпалил я, отчаянно пытаясь не смотреть на то, как сокращаются мышцы его живота, когда он подошел к скамейке, перенося весь свой вес на костыль. — Я волновалась.

Он снова хромал, теперь это было совершенно очевидно, и я мгновенно насторожилась.

Настороженная и обеспокоенная.

— Я волнуюсь, — пробормотала я.

— Один из этих придурков из Ройса ударил меня своим ботинком, — проворчал Джонни.