Хлоя Пеньяранда – Трон из пепла (страница 18)

– Что же нам делать? – спросила Тория.

Ник опустил взгляд, чувствуя стыд и бессилие. Из-за того, что дошел до такой точки отчаяния, что мог довериться только Тории и двум людям, и был в полной растерянности, не зная, что делать. Он был жалким королем.

– За мной следят. За каждым действием, каждым шагом. Я не знаю, кому могу доверять, поскольку приближенные моего отца едины только в своих злобных намерениях. Не этого я хочу для королевства. – Он посмотрел на Торию в надежде, что она примет его извинения и поймет. – Эти стервятники кружат повсюду, выискивая любую причину усомниться во мне. Я не настолько самонадеян и глуп, чтобы верить, что мое положение в безопасности. У Зариаса есть власть, влияние, и он это знает.

– Что тебе от нас нужно? – Голос Марлоу звучал мягко.

Ник не был уверен, как ответить. Ему нужно было связаться с Агалором. Если король будет осведомлен о назревающих планах Олмстоуна, они смогут сохранить свой союз и знать, что объединятся, если ситуация ухудшится. Ник хотел быть готовым и нанести удар первым, если потребуется, но не мог этого сделать без союзников с юга. Они с Агалором могли бы разработать стратегию и с обеих сторон атаковать лежащий между их королевствами Олмстоун.

– Мне нужно найти способ легко общаться с Райенеллом, – наконец сказал он. Король ненавидел поселившуюся в голове идею и гадал, простит ли его Фейт за то, что он собирался предложить ее дорогим друзьям. – Передвижение по суше слишком опасно. Безопаснее всего море. Но мне также нужен тот, кому я могу доверять.

Его туманное предложение было сразу же принято. Тория посмотрела на людей как раз в тот момент, когда Джейкон выпрямился с уверенностью, достойной восхищения.

– Я пойду, – ответил он вот так просто, не сомневаясь и не обдумывая риски. И Ник убеждал себя, что такое рвение вызвано исключительно желанием встретиться с Фейт.

– Мы пойдем, – поспешила поправить Марлоу и взяла Джейкона за руку, когда они обменялись понимающими взглядами.

– Это будет опасно. О пиратах и суровой погоде Черного моря ходит дурная слава. Как ваш друг, и ради Фейт, я бы никогда не попросил вас об этом. – Ник выпрямился, его искаженное болью лицо стало бесстрастным. – Но как твой король, я доверяю тебе, Джейкон. Будучи моим посланником, ты доказал свою верность и преданность. Ты связан с Хай-Фэрроу и с наследницей Райенелла. Поэтому являешься лучшим политическим кандидатом для этого дела.

Джейкон встал:

– Мы отправимся в Райенелл. Но как я смогу передать послания, если столько времени буду в пути?

– С помощью Ночных странствий, – просто ответил Ник. – Раньше я никогда этого не делал, но верю, что мне хватит силы дотянуться до тебя в Райенелле. Все, что мне нужно, это получить в подарок дорогую тебе вещь.

– Почему ты не можешь проникнуть в разум Фейт? – спросила Тория.

Ник провел рукой по лицу, проклиная собственную невнимательность.

– Я подарил Фейт кое-что свое – что-то ценное для меня. Считайте это знаком позволения. Предмет открывает ей доступ ко мне с более далекого расстояния, если она достаточно сильна. – Невысказанные слова повисли в воздухе: спустя столько месяцев молчания логично было предположить, что способностей Фейт было недостаточно. – Когда я дарил ей ожерелье, то не подозревал, что оно пригодится. Ее отъезд был таким внезапным, и я не подумал попросить что-нибудь взамен, чтобы попытаться самому связаться с ней. У магии есть пределы. Без такого предмета Фейт за пределами моей досягаемости.

Джейкон задумчиво нахмурился, словно не зная, что ему вручить. А затем просиял и потянулся к поясу, вытаскивая короткий кинжал:

– Фейт подарила мне его давным-давно.

Ник замотал головой:

– Должно быть что-то еще.

– Но у меня больше ничего нет. – В глазах Джейкона застыла боль, когда он протянул ему оружие. – Она бы хотела, чтобы я отдал его тебе. Я в этом уверен.

Ник не хотел, но все же принял подарок и положил его на стол рядом с собой.

– Спасибо вам. Я знаю, чем вы рискуете ради этого.

Джейкон кивнул и слегка улыбнулся. Но это никак не облегчило зарождающее чувство вины от того, что он отправляет друзей Фейт в опасное путешествие. Он поклялся ей защищать их и мог только надеяться, что подруга простит его, когда поймет, что иного выбора просто не было.

– Как нам отслеживать действия Варласа? – спросила Тория.

Ник снова потер лицо, поскольку это было главной проблемой, решение которой он так и не нашел. Даже если они с Агалором будут начеку, нужно найти способ получать информацию из логова врага, чтобы знать, с чем предстоит столкнуться. Одно мрачное воспоминание часто навевало страх: последний разговор с отцом, который все не давал ему покоя.

– Нужно найти способ следить за Варласом. Если Олмстоун на стороне Вальгарда, думаю, нам грозит куда более серьезная опасность, чем армия фейри с мечами. – В воздухе повисло напряжение. – Похоже, история действительно повторяется, и темные фейри возродились.

Тория ахнула, в то время как Марлоу крепче сжала руку Джейкона. Она слегка побледнела, но не была удивлена.

– Ты прав, – подтвердила она, и все взгляды устремились на девушку. – Ориелис уже говорила нам, что Мордекай жив. И мы не знаем, сколько времени ему понадобилось, чтобы собрать армию темных фейри.

– Их не может быть много. Даже если он веками взращивал и тренировал достигших зрелости воинов, потребуется куда больше времени, чтобы сформировать хоть какую-то армию, – сказал Ник, но выражение лица Марлоу вселяло в душу леденящий страх и лишало всякого утешения.

– Если только он не создает их, – добавила она.

Ник выпрямился, по спине побежали мурашки.

– Это возможно?

Марлоу мрачно кивнула:

– Они называют это Заклинанием Перерождения. Темная и запретная магия крови. Я многое видела. Кошмарные вещи. – Джейкон притянул ее ближе, когда голос Марлоу стал тише от ужаса. – Тьма сгущается с силой, которая может превзойти самые захватывающие легенды.

Все застыли от страха и молчали, пытаясь осмыслить откровение Марлоу.

– Если Варлас занимается именно этим… – Мрачный голос Тории вывел Ника из оцепенения. – Мы должны быть уверены.

Ник кивнул:

– Я работаю над этим.

– Ты можешь проникнуть в разум своих шпионов в Олмстоуне?

Лицо Ника было унылым, когда он оперся на стол.

– Можно попробовать, но это огромный риск. Жизнь шпионов всегда под угрозой, им нет пощады. Когда я странствую, все мое ментальное существо проецируется в чужое. Если я буду там, когда их поймают и казнят…

– Ты тоже умрешь. – Сломленный голос Тории стал для него неожиданностью.

Ник утвердительно кивнул, не в силах вынести ее ужаса.

– Тогда не стоит рисковать.

– Согласен. Мы найдем другой способ, – добавил Джейкон.

Ник оглядел готовых сражаться друзей и переполнился гордостью при виде их свирепых взглядов. Каждый из них был настоящим воином, а не просто другом. Они были готовы рискнуть всем ради друг друга, ради своих королевств, ради того, что было правильным в этом мире.

– Спасибо, – произнес Ник, хотя и не был уверен, почему захотел сказать именно это.

– Ты не должен нас благодарить, – ответил Джейкон. – Ты можешь носить корону за всех нас, но никто никогда не правил королевством в одиночку.

Их лица посветлели, и смех Джейкона первым нарушил давящую тишину, пока остальные не присоединились к нему. Они смеялись, потому что он был прав, потому что не знали, сколько еще смогут слышать смех друг друга.

Потому что смех был ярким светом в темноте, которая уже начала сгущаться.

Глава 10. Заяна

Заяна с достоинством и уверенностью шагала за надзирателем и Верховным Лордом. Она не привыкла к страху, но не могла унять дрожь в напряженном теле, вызванную этим низменным чувством. Чтобы успокоиться, темная фейри представляла мучительные способы, которыми могла бы медленно убить Маверика. Это подействовало даже лучше, чем она ожидала, прогнав все тревоги из-за предстоящей встречи с владыками; было радостно представлять, как он умирает от ее руки.

Теперь Заяна поняла, что он намеренно насмехался над ней, провоцировал ввязаться в драку, чтобы заставить продемонстрировать свою безудержную ярость и редкое отсутствие дисциплины прямо перед Верховным Лордом. Маверик всегда была злобным и наслаждался колкими замечаниями, которые уже давно ее не трогали. Это было его развлечением. Но сегодня подлец знал, за какую ниточку потянуть, чтобы заставить ее сорваться и навлечь на себя гораздо более суровое наказание, чем обычно.

Верховный Лорд Мордекай редко посещал гору. Он предпочитал жить в Вальгарде, в городе у побережья неподалеку от Унгардии. Как можно дальше от остальных королевств. В конце концов, он ведь считался мертвым.

Но разве не все они были таковыми?

Заяна не понимала, что делало Мордекая избранным и таким страшным. У него не было способностей, и, кроме устрашающих размеров и силы, Лорд едва ли обладал уникальными чертами характера, отличающими его от остальных. Это была глупая иерархия, основанная на происхождении, а не пригодности к правлению. Заяна не присутствовала при завоевании Далруна, но слышала, что это была легкая победа. Монархи оказались жалкими трусами и практически сами привели себя на бойню. Но она возглавляла легион в атаке на Фенстед, который, по крайней мере, оказал доблестное сопротивление. Их ценности мира и благополучия стали их главной слабостью, не оставляя ни единого шанса противостоять ее свирепости.