Хлоя Гонг – Наш неистовый конец (страница 83)

Селия сжала зубы, чтобы не вскрикнуть от боли, и не стала противиться, когда Розалинда попыталась поставить ее на ноги. Она пошатнулась, но Розалинда обняла ее и не дала упасть. Хотя у Селии кружилась голова, она все же разглядела красные следы на запястьях своей сестры.

– Ты можешь идти? – спросила Розалинда. – Пойдем отсюда, иначе ты истечешь кровью.

Селия еле-еле переставляла ноги, но все-таки шла.

– Спасибо тебе, jiêjiê. – Когда в лицо Селии подул ветерок, она ощутила на своих щеках что-то холодное. Что это: кровь, или она тоже плачет? – Спасибо, что ты нашла меня.

Розалинда обняла ее еще крепче и продолжила двигаться вперед, даже когда Селия шаталась, ненадолго лишаясь чувств.

– Я хочу, чтобы ты думала о Париже, – приказала она, пытаясь заставить Селию не отключаться, не поддаваться слабости. – Подумай о его барах, о ярких огнях. Подумай о том, что ты увидишь их вновь, когда мир больше не будет таким темным.

– Наступит ли когда-нибудь день? – прошептала Селия. В глазах у нее темнело, все цвета слились в один.

Розалинда глухо застонала, но продолжала идти вперед. Она сделает так, что ее сестра увидит новый день, увидит еще много новых дней.

– Я погубила нас всех ради любви, которая оказалась ненастоящей, – прошептала она. – И самое меньшее, что я еще могу сделать, это спасти хотя бы тебя.

Глава сорок семь

Солнце заходило.

В Чжабэе улицы вновь начинали заполняться народом, поэтому Джульетте и Венедикту было нетрудно пройти мимо солдат. Гоминьдановцы могли сколько угодно пытаться заставлять жителей сидеть по домам, но у них это не получалось, и при малейшем намеке на бунт люди высыпали на улицы, чтобы присоединиться к нему. Новость о том, что состоится публичная казнь, разлетелась быстро – и среди рабочих, и среди других обывателей. Оставался только один вопрос – знают ли об этом в Гоминьдане? Но как бы приятно ни было стать свидетелями ареста Воронина, Джульетта все же надеялась, что гоминьдановцы не появятся. Потому что тогда Монтековых тоже арестовали бы или просто расстреляли.

– Он передал тебе всего одну пилюлю? – спросил Венедикт, часто дыша.

Они обошли упавшего рикшу. Джульетта обогнула его слева, а Венедикт справа – и вместе двинулись дальше. Впереди, на перекрестке, стояла плотная толпа.

– Да, только одну, – подтвердила Джульетта и похлопала себя по карману. – Думаю, он не успел сделать больше.

– Черт бы побрал Лауренса. Он дал нам что-то, но этого совершенно недостаточно, – с сожалением пробормотал Венедикт. Он тоже заметил толпу впереди. – В связи с чем возникает вопрос. Мы используем чудовищ, чтобы устроить хаос… но что если они выпустят насекомых? При такой близости это будет означать неминуемую смерть.

Джульетта обдумывала этот вопрос с тех самых пор, как они покинули тайную квартиру, и мало-помалу в ее сознании забрезжил ответ. Она посмотрела на небо – его затягивали фиолетовые тучи. Чем дальше они заходили в Чжабэй, тем бледнее выглядели лавки и магазины – влияние иностранцев слабело, блеск уходил из города.

– У меня есть идея, – сказала Джульетта. – Но не мог бы ты прибавить шагу? Отсюда до пожарной части нужно пройти несколько улиц.

Они шли быстро. Когда впереди показалась пожарная часть с красной черепичной крышей и четырьмя арочными воротами, Джульетта немного удивилась тому, что здание никто не охраняет, хотя в нем немало ценных припасов. Возможно, солдат, которые сторожили коммунальные здания и сооружения, спешно отозвали в другие места, поскольку в городе постоянно вспыхивали бои – все же шла гражданская война. Коммунисты, подобно кротам, вылезали из своих укрытий, и гоминьдановцы отчаянно пытались разогнать их или уничтожить, чтобы удержать власть.

Джульетта вбежала в здание пожарной части и сразу же начала искать то, что им было нужно. Ее каблуки громко стучали по линолеуму. Венедикт медленно разглядывал полки с надписями, а Джульетта тем временем залезла на крышу пожарного автомобиля и начала осматривать второй этаж.

– Я не вижу здесь никакого оружия, – со злостью крикнула она. – Тут нет даже топоров. Тоже мне пожарная часть.

– Остается надеяться, что все пройдет успешно и нам не понадобится оружие. – Венедикт обогнул пожарный автомобиль и показал свои находки. На руку он намотал шланг и нес две канистры, в которых, надо думать, плескался бензин. – Но как нам доставить это туда?

Джульетта спрыгнула на капот автомобиля.

– Ты умеешь водить?

– Нет, – немедля ответил Венедикт. – Я не…

Джульетта уже открыла пассажирскую дверь и нажала на кнопку «старт», запуская двигатель. Вспыхнули фары, освещая пространство впереди.

– Положи канистры с бензином назад, – приказала Джульетта. – И езжай.

– Твоя идея слишком рискованная.

– Это хорошая идея. Ты не можешь возражать против нее просто потому, что тебе придется отстать.

Венедикт сердито посмотрел на нее с водительского сиденья, нажал ногой на педаль газа, и автомобиль медленно поехал по дороге. Они почти доехали до перекрестка, где собралась толпа. Уже стемнело, небо было темным, горели фонари, и кое-где в толпе пылали факелы.

– Это обеспечит им безопасность, – гнула свое Джульетта. – Ты сам сказал, что это ритуальная казнь, символ его превосходства. Дмитрий хочет уничтожить Рому. Ни смерть Алисы, ни смерть Маршалла не дадут ему дополнительных очков. Кроме смерти Ромы для него имеет значение только… Стой, остановись здесь. Мы не можем подъехать ближе.

Венедикт нажал на тормоз. Еще немного, и они окажутся рядом с толпой.

– Кроме смерти Ромы для него имеет значение только моя, – тихо договорила Джульетта.

Наследники двух криминальных империй, двух гангстерских кланов, благодаря которым в город текли капиталы с кружащими вокруг торговцами-иностранцами – оба они падут, сраженные его пулями. Дмитрий не устоит перед таким искушением – на это и рассчитывала Джульетта.

– Он почует подвох.

– Да, – согласилась Джульетта. – Но к тому времени будет уже поздно.

Она предложит обменять себя на Маршалла и Алису. А когда Маршалл и Алиса уйдут, Венедикт активирует чудовищ, Джульетта даст Роме полученную от Лауренса вакцину, и тогда, даже если появятся насекомые, они будут в безопасности и смогут уйти.

Проще простого.

Джульетта сняла пальто и бросила его на пол автомобиля, но тут Венедикт вдруг сжал ее запястье.

– Он будет в безопасности, с ним ничего не произойдет, – пообещала Джульетта, прежде чем Венедикт успел что-то сказать. – Прежде всего нужно спасти Маршалла и Алису.

Венедикт покачал головой.

– Я только хотел тебе сказать, чтобы ты была осторожна. – Он отпустил ее запястье и бросил взгляд на заднее сиденье, где лежал шланг.

Джульетта сделала глубокий вдох и вышла. Улица шла вниз. Двинувшись вперед, Джульетта сразу же увидела небольшую толпу вокруг столба, к которому был привязан Рома. Его руки были связаны за спиной.

Вооруженные рабочие, которыми командовал Дмитрий, заканчивали привязывать Алису к другому столбу. Интересно, вдруг подумала Джульетта, откуда они взяли эти столбы? Вкопаны ли эти столбы в землю или укреплены на трамвайных путях, проложенных посередине улицы?

Ее глаза осмотрели ожидающую толпу. Людей здесь было не так много – это объяснимо, ведь шум привлек бы внимание солдат неподалеку. Пара дюжин зевак, но этого достаточно для того, чтобы разнести по городу новость о том, что Дмитрий совершил благое дело. На их лицах было написано любопытство, и их явно ничего не смущало. Толпу окружали вооруженные рабочие на тот случай, если появятся солдаты.

На краю Джульетта заметила того самого француза из числа Белых цветов, который следил за ними в поезде. Ее бросило в жар, адреналин побежал по венам – ей было тепло, несмотря на то что ее обнаженные руки – на ней было платье без рукавов – обдувал холодный ветер.

Она сняла пальто нарочно, желая сразу привлечь внимание толпы к ее расшитому бисером платью.

Этот план сработал.

Венедикту надо было действовать быстро, но это было нелегко, поскольку его ладони взмокли от пота. Он укрепил шланг на крыше здания и нацелил его на толпу внизу. Они с Джульеттой украли много бензина. Это должно сработать, и ему никак нельзя провалить задание.

От этого зависит слишком многое.

– Ладно, – пробормотал Венедикт. Кажется, все было готово. На улице внизу Джульетта приблизилась к толпе, подняв руки и не обращая внимания на то, что люди повторяют ее имя.

– Я безоружна, – крикнула она.

Венедикт спустился с крыши и торопливо возвратился к бензину, оставшемуся в пожарном автомобиле. Он уже давно не молился, но сегодня был намерен обратиться к Богу впервые за много лет.

– Это же…

Джульетта медленно подняла руки, показывая, что у нее нет оружия.

– Я безоружна, – повторила она. Толпа затихла. Что бы ни говорил Дмитрий, ему тоже пришлось замолчать, и он уставился на нее. На лице Ромы отразился ужас. Он ничего не говорил, не выкрикнул ее имя, потому что понимал – она что-то задумала.

– Ничего себе. Я не верю своим глазам, – проговорил Дмитрий. Он махнул рукой, и ближайший к нему вооруженный рабочий навел на нее винтовку.

– Вы можете обыскать меня и убедиться, что у меня нет оружия. У меня есть только моя жизнь, которую я хочу обменять.

Дмитрий запрокинул голову назад и громко захохотал, заглушив потрясенный вскрик Ромы и недоуменное бормотание Маршалла.