Хизер Грэм – Приходит ночь (страница 9)
— Хорошо. Давай вернемся к самому началу, медленно и чистенько, — сказал он ей улыбаясь. — Сейчас ты будешь работать уже не со мной, а с Ли.
— С Ли? — Ей не удалось скрыть испуг, явно прозвучавший в ее голосе.
— Да, мисс Келлер. Со мной.
Ли спускался по лестнице. И его движения были настолько мягкими, что не производили ни малейшего шума, но, тем не менее, ей хотелось закричать от страха.
Но ведь он точно все это время находился здесь. Наблюдая за ней. Вовсе не прячась, вполне открыто. Она просто этого не знала…
Не чувствовала его присутствия.
А сейчас оно вдруг стало такими очевидным и ошеломляющим.
Брин в остолбенении смотрела на него, а он тем временем спускался к ней по лестнице. Ли был одет в рубашку защитно-зеленого цвета с короткими рукавами. Казалось, зеленый цвет подчеркивал золото его глаз. Руки у него были обнажены, бицепсы свидетельствовали о неукротимой физической силе. Рубашка плотно облегала торс, обрисовывая накачанный, плоский живот и подчеркивая треугольник широких плеч и талии. Барбара опять оказалась права — на расстоянии он казался худым, но чем ближе он подходил, тем заметнее становилось его мощное телосложение.
Она все еще смотрела вверх, а ведь Ли уже был на нижней ступеньке. Просто он был на целую голову выше ее. И когда он оказался прямо перед ней, она опять уловила его запах. Аромат его лосьона после бритья был очень слабым и напомнил ей запах прохладных, туманных лесов. Этот запах был таким приятным, таким расслабляющим…
И таким же пугающим, как тот жар, который исходил от него.
— Доброе утро, мисс Келлер.
От звука его голоса у нее замерло сердце. Сначала накатила холодная волна, потом жар, и кровь снова пробежала по ее телу.
— Доброе утро, — ответила она.
— Тони уже все проработал со мной, так что мы бы могли быстро пройти всю композицию и посмотреть, не будет ли проблем. Мне нравится эта идея с пятью Шагами — если вы можете соблюдать расстояние. Уверяю, я обязательно вас поймаю, когда вы будете падать.
— Замечательно, — пролепетала Брин.
— Тони?
— Я готов. Пройди все от начала лестницы. Потом попробуем под музыку.
Накануне все было так легко… Сегодня, как только Ли положил свои руки ей на предплечья, ей захотелось вывернуться из его объятий и сбежать. Она заставила себя посмотреть на его пальцы, которые мягко, но крепко держали ее. Они были бронзовые от загара, длинные, с ухоженными ногтями. На внешней стороне рук посверкивали агатово-черные волоски. Брин поймала себя на мысли — вот это руки настоящего мужчины…
— Так вы готовы, мисс Келлер?
Брин посмотрела в его глаза. Она его явно забавляла. Брин поняла это по тому, как его губы чуть скривились в сардонической усмешке.
«Поворот!» — напомнила она себе. Надо вырваться от него.
Она выполнила пируэт, чуть задержалась, повернулась вправо, потом влево и быстро побежала вверх по лестница. Один, два, три, четыре, пять…
Она почувствовала его кисть на своей руке, как он хватает, останавливает ее, поворачивает к себе. Не задумываясь, она прыгнула, молясь о том, чтобы он был на месте и смог поймать ее.
И он поймал. Его правая рука сомкнулась вокруг ее талии, и она почувствовала каменную плотность его торса, его левая рука проскользнула под ней, подхватывая под коленями, и ее повлекло вверх, по мере того как Ли понес ее вверх по лестнице. Плавное скольжение и… снова взгляд в его глаза. Ощущение их жара… и то же — от его мощных рук на ее теле…
— Потрясающе! — закричал Тони снизу. — Сыровато пока, но все равно здорово. Брин, прыжок был немного вялым. Ли, больше гнева, но не так напряженно. Ты же не собираешься сбросить ее с лестницы? А сейчас давайте под музыку.
Возможно, первая проба и была «потрясающей», но следующая обернулась настоящим кошмаром. Брин поскользнулась на второй ступеньке. И к ее ужасу, она повторила свою промашку еще и еще раз.
Это все из-за Кондора, подумала она, досадуя на себя со всевозрастающей злостью. Это все его дурное влияние — его полуулыбка пустого любопытства, которой он улыбался каждый раз, когда видел раздражение и ее глазах.
— Мисс Келлер, какие-то проблемы? — спросил он любезно, но она-то понимала, что он просто над ней смеется. — Вы сегодня пили кофе? Тони, как ты мог допустить эту молодую даму к работе, не напоив ее кофе?
Брин попыталась возразить, ей хотелось сказать ему, что все, чего она хочет, так это чтобы репетиция прекратилась. Но еще до того, как она успела что-то сказать, Брин оказалась в буфетной комнате.
И наедине с ним. Брин стояла молча, пока он наминал в чашку кофе из электрической кофеварки.
— Сахар?
— Черный, пожалуйста.
Он протянул ей чашку, налил себе и отпил маленький глоток, глядя на нее так пристально, что ей хотелось провалиться сквозь пол.
— Не встречались ли мы раньше, мисс Келлер?
— Нет.
— Я абсолютно уверен, что нет. Не могу представить, что смог бы забыть вас. Но если мы с вами никогда не встречались, как я мог вас чем-то обидеть? Почему я вам так не нравлюсь?
— Мне… нет. Нет, — запротестовала Брин.
— Нет, не нравлюсь. Почему?
Брин непроизвольно облизнула губы. Бесполезно врать. Он не спрашивает, нравится ли он ей, он спрашивает, почему он ей не нравится. И в этой плотно закрытой буфетной комнате он внезапно показался Брин опасным. Подтянутый, ухоженный и сильный. Способный двигаться беззвучно, с грацией большой дикой кошки. Брин исподтишка изучала резкие черты его лица. Блестящие волосы, короткие спереди и подлиннее на затылке и абсолютно прямые.
Даже в джинсах и рубашке гибкость его тела была весьма заметна. Его сухие, ироничные усмешки еще больше убеждали ее в том, что перед ней полный сил, исключительно мужественный, сексуальный и чувственный мужчина. Чрезвычайно опасный. Сейчас он, изучая ее, был сердечен. Возможно, давал ей шанс. Но она знала, что пока он смотрит на нее таким взглядом, все будет так, как надо ему. Он не потерпит того, чтобы его работники тянули одеяло на себя. Брин будет плясать под его музыку или не будет плясать вовсе.
Злость выхлестнула наружу, вырвалась из самых глубин ее души. Он хочет выяснить отношения? Что ж, она тоже этого хочет.
— Если быть до конца честной, мистер Кондор, я и сама не совсем понимаю, отчего вы мне так не нравитесь. Но я не дам этому чувству повлиять на мою работу — здесь или когда мы будем делать снимки для промо-акции.
Ли беззаботно рассмеялся, и черты его лица уже не казались такими резкими — улыбка, обнажившая ряд прекрасных белых зубов, смягчила его лицо.
— Замечательно, мисс Келлер. Я доверяю вашему профессионализму. Так же как моему собственному.
— Что это значит? — спросила Брин торопливо.
— Это значит, мисс Келлер, что, возможно, я знаю вас лучше, чем вы сами себя знаете. Наверняка вы думаете, что я мысленно раздеваю вас каждый раз, когда на вас смотрю.
— Вполне возможно, — холодно ответила Брин, надеясь, что ее щеки не покроются предательским ярким румянцем.
— Ага. И возможно, вас беспокоит то, что я выбрал вас из остальных танцовщиц потому, что хочу вас получше разглядеть. Или затащить вас в постель…
— Я не предполагала…
Ли снова тихонько рассмеялся.
— Мисс Келлер, вы можете предполагать все, что вам вздумается. Я выбрал вас на роль Лорены, потому что вы талантливы и точно соответствуете моему представлению об этой женщине. А что до остального… боюсь, вы правы. Мне бы хотелось рассмотреть вас получше — и я совершенно определенно хотел бы уложить вас в постель. Но не беспокойтесь — я не позволю этим моим желаниям помешать работе. Здесь или когда мы будем делать фото для промо-акции.
Брин захотелось закатить ему оплеуху. Но она была слишком ошарашена. Она просто смотрела на него — пока он поставил чашку на складной столик и фланирующей походкой вышел из комнаты. Молча и бесшумно.
Эта легкая поступь пантеры совершенно не сочетались с тем, в чем только что пытался убедить ее этот человек.
Он был профессионалом, и он знал, чего хочет, — и он был здесь.
Глава 3
Почти сразу после того, как они сели за стол в большой кабинке китайского ресторана, Брин поняла, что визит сюда был ошибкой. Через секунду лапша была разбросана по лаковой столешнице — так на нее набросились голодные дети. Стакан с водой был моментально опрокинут, а Эдам соскользнул с пластикового стула, ударился головой и разразился плачем.
«И чего я не повела их в «Макдоналдс»?» — спрашивала себя Брин, попеременно утешая Эдама и пытаясь имитировать глас божий для Брайана и Кита, но только на тон тише — лишь бы они сидели на месте.
Да, несомненно, это была ошибка.
Когда изнурительная, выматывающая нервы неделя завершилась в пятницу вечером, Брин была бесконечно счастлива. Она пообещала самой себе, что позабудет все, придет домой тихой и спокойной, будет вести себя достойно и с нежностью относиться к детям.
И полчаса все было прекрасно, просто великолепно. Но она слишком заигралась в Матушку Гусыню. И когда она помогала Брайану читать «Тарзана» Бэрроу, Эдам, оторвавшись от раскраски, спросил:
— Что это воняет?
— Ага, — охотно отозвался Кит, — и горит.
— Ох, не говорите так! Не говорите! Это… у-у, блин горелый! — простонала Брин, взвилась с нижней полки двухъярусной детской кровати, стукнулась головой о верхнюю полку и опрометью бросилась на кухню.