Хизер Грэм – Приходит ночь (страница 44)

Брин поднялась и оделась уже к семи утра — даже раньше, чем Ли вышел из душа. Но несмотря на ранний час, на кухне у Мари уже был готов горячий кофе. Она попыталась заставить Брин что-нибудь съесть, но Брин знала, что кусок не полезет ей в горло. Когда на кухне появился Ли, Брин позволила ему только чуть выпить кофе, поскольку торопилась ехать домой, в город.

По дороге Ли не пытался заговорить с ней. Оба они были на взводе.

Подойдя к дому, Брин нетерпеливо позвонила в дверь. Было только восемь часов утра. Рановато для звонка от похитителя, подумала она. Ли посмотрел на нее, и она покраснела.

— Брин, не надо изводиться попусту. Ничего страшного пока не произошло, — одернул он ее.

В горле у Брин встал комок.

— Я ничего не могу с этим поделать, Ли. Ты не представляешь, каково это.

— Я имею об этом очень неплохое представление, — заявил он сухо. — И я по-прежнему считаю, что нам с самого начала надо было позвонить в полицию.

— Нет! А вдруг что-то случится с Эдамом?

— Ты могла получить его еще четыре дня назад, — отрезал Ли.

— С ним все в порядке, говорю же тебе, с ним все в порядке! — раздраженно сказала Брин, и голос у нее сорвался на истерические нотки.

Дверь открылась, когда она уже была готова закричать. Барбара, одетая в домашний халат, переводила взгляд с одного на другого, встав в проеме двери так, что они не могли войти. Недовольная мина Ли и покрасневшее лицо Брин свидетельствовали о том, что напряжение нарастает.

— У нас кофе готов, — сказала Барбара, взглянув на ручные часы. — Похоже, это будет долгий час. Очень долгий.

Брин уже вошла внутрь, ходила взад-вперед по коридору.

— Ли, когда он позвонит, разговаривать буду я, У тебя привычка раздражать его.

— Извини, что не выказываю желания видеть вас с Эдамом мертвыми, — откликнулся Ли, и черты его лица стали жесткими.

Барбара, уловив искры от разрядов, проскакивавшие между ними, схватила Брин за руку:

— Пойдем, дорогая, на кухню, попьем кофе.

Да, это был долгий час. В коридоре появился Эндрю, и Брин услышала, что он тихо беседует с Ли. Она выбежала из кухни и столкнулась лицом к лицу с ними обоими.

— Пожалуйста, пожалуйста! Ни во что не вмешивайтесь! Никаких проблем не будет! Я отдам ему снимки, и Эдам вернется домой. Вы оба ничего не предпринимайте! Обещайте мне! Поклянитесь, что…

— Брин, — предостерегающе сказала Барбара.

Ровно в девять часов зазвонил телефон. Брин вскрикнула и бросилась к аппарату, не дождавшись второго звонка.

— А, прекрасно, мисс Келлер. Вы на месте. Все готово?

— Да, да! Негативы у меня и пробники тоже, и я ничего не трогала. Пожалуйста, когда я могу забрать Эдама?

В ответ послышался сдавленный смешок.

— Дайте мне Кондора.

— Нет! — запротестовала Брин. — Пожалуйста, обращайтесь ко мне, я хочу получить Эдама, сейчас, ну, пожалуйста!..

— Дайте Кондора.

Приказание было излишним. Ли сам выхватил из ее рук трубку.

— Нам нужен ребенок. Немедленно! Или мы что-нибудь сделаем с фотографиями! — рявкнул Ли.

— Вы его получите. Как только я высажу ребенка, ты позвонишь в вестибюль отеля и скажешь об этом мисс Келлер. Она оставляет пакет и уходит. И не вздумай посылать туда кого-нибудь, слышишь? Если я что-нибудь заподозрю… Не думаю, что ты такой уж дурак, но все-таки хочу сказать тебе еще раз, Кондор, — никаких штучек! Напоминаю тебе…

— Никаких штучек, — согласился Ли, взглянув на Брин. — Но помогай тебе господи, если что-то пойдет не так…

— Не с моей стороны. Скажи ей, чтобы выезжала.

Ли повесил трубку.

— Ну? — спросила Брин, хватая его за руку.

— Ты можешь ехать, — сказал он мрачно.

— Ох, слава богу, слава богу! — пролепетала она. Потом она перехватила его взгляд.

— Никаких штучек, Ли, правда. Ты должен находиться здесь.

— Никаких штучек, — сказал он решительно. — Я буду здесь.

Он взглянул через плечо на Эндрю.

— Позвонишь для меня в справочную? Проверь номер автомата в вестибюле отеля, хорошо?

Эндрю кивнул, ободряюще улыбнулся Брин и пошел к телефону. Ли обернулся к Брин:

— Пусть служащий припаркует твой автомобиль. И как только ты оставишь пакет, сразу выходишь через парадную дверь, отдаешь парковщику свой талон и садишься в машину, как только ее подгонят. Сделай все именно так, Брин. Не испытывай судьбу. Не задерживайся в малолюдных местах, о'кей?

Она вяло кивнула. Похоже, все сработает, все просто обязано сработать!

Эндрю положил трубку и вручил Ли кусочек исписанной бумаги.

Ли взял бумажку, посмотрел на нее и сунул в кармашек своей трикотажной рубашки. Он кивнул Эндрю. Брин показалось, что мужчины обменялись какими-то странными взглядами, но она была слишком взбудоражена, чтобы задумываться над этим.

— Я еду, — тихо сказала Брин.

— Ты ничего не забыла? — спросил Ли.

— Что?

— Фотографии, — сказал он тихо, вручая ей пакет.

Брин побледнела. Она даже и не вспомнила о том, что нужно забрать его из дома Ли. Он единственный, кто вспомнил об этом.

— Спасибо, — сказала она, нервно сглотнув.

— Брин, я серьезно. Успокойся, иначе ты попадешь в аварию, едва выедешь отсюда.

Его спокойный тон смягчил напряжение между ними и вновь возникшее раздражение. Это придало ей уверенности в себе, в его любви и в его силе.

— Я постараюсь успокоиться, — пообещала она.

Ли коснулся ее губ легким поцелуем. Его губы были теплыми, ободряющими. Он через прикосновение будто поделился с ней своей энергией, своим едва уловимым мужским запахом. Брин захотелось плакать более чем когда либо, но она также почувствовала, что сейчас способна выполнить свою часть задачи.

— До скорого, — тихо сказала она и вышла за порог.

Путь до курортного отеля «Маунтин-Вью» занимал не больше двадцати минут, но Брин казалось, что она едет уже двадцать лет. Влившись в поток машин, Брин довела себя до полуобморочного состоянии, все повторяя и повторяя про себя одну и ту же фразу — что, если что-то пойдет не так? Что может случиться с Эдамом, если что-то пойдет не так? Что, если — если что-то случится с Эдамом — что-то пойдет не так в будущем?

Когда она въезжала под внушительную крытую галерею отеля «Маунтин-Вью», зубы у нее стучали. Служитель отеля выступил вперед, чтобы открыть ей дверцу, и она неловко выбралась из своего фургона. Он подал ей руку, она односложно и смущенно поблагодарила его и хотела уйти еще до того, как получила парковочный талон. Он окликнул ее, и она прочла в его глазах, что она — ненормальная туристка, раз поблагодарила дважды за один тот же талон.

Вероятно, в отеле одновременно проходила дюжина разных конференций и заседаний. Люди были повсюду. Брин поспешила к длинному красному дивану, который стоял вдоль десятиметрового панорамного окна, выходившего на парк с фонтанами. Она увидела телефонную будку, которая была изящно вделана в стену, метрах в пяти от красного дивана, оглянулась на стойку ресепшн, над которой висели настенные часы. Ей надо было подождать еще десять минут.

Брин присела на краешек дивана. Отсюда ей было видно телефонную будку, а слегка повернув голову, она могла наблюдать за часами.

По всему ее телу выступили крошечные капельки пота. Нервничая, она полезла в сумку за платком, вытерла лоб и попыталась промокнуть ладони. И снова взглянула на часы — прошло только две минуты.

Брин начала невольно следить за людьми, находившимися в этом роскошном вестибюле. Бизнесмены с атташе-кейсами в руках спешили к лифту поодиночке и группами. В креслах рядом с диваном три роскошные матроны обсуждали, как сыграли в гольф их благоверные. Какой-то одинокий мужчина в темном плаще прохаживался за их креслами. Брин изучающе посмотрела на него. У него были очень жесткие черные волосы, каких Брин никогда ни у кого не видела, и нелепые вьющиеся усы.

Она услышала шаги у себя за спиной и подскочила от страха. Она обернулась, вроде бы для того, чтобы глянуть на часы, но на самом деле, чтобы посмотреть на того, кто был у нее за спиной. Это был мужчина в неприметном черном костюме. Но сам обладатель костюма был далеко не ординарным. Ростом он был даже больше Ли, под два метра, может, и выше. Брин почувствовала, что ноги у нее сводит от страха. Мужчина прошелся вдоль дивана и повернул в обратную сторону.

Брин, закусив губу, взглянула на часы. Еще шесть минут. Она услышала, как открывается дверь, и быстро повернула голову в сторону телефонной будки.

Одна из матрон уютно устроилась в элегантно отделанной маленькой телефонной будке и принялась звонить.