Хиро Арикава – Прощание с котом (страница 6)

На следующее утро Сатору проснулся легко. Вместе с Коскэ они отправились к месту встречи с остальными. Через два дня хозяин должен был вернуться с сувенирами. Должен был.

На следующий день после отъезда Сатору шел ливень.

Хати жутко хотелось спать – дождь всегда так влияет на котов.

Он только доел завтрак и лежал на диване, когда отец, затягивая галстук, долго глядел в окно.

– Все льет и льет… Интересно, как там Сатору?

– По прогнозу на западе сегодня ясно.

– Слава богу, а то дождь бы им всю поездку испортил. Эх, пока до станции дойду, вымокну до нитки.

– Давай на машине поедем.

Отец закончил с завтраком, накинул пиджак; мама быстро убрала тарелки со стола в раковину. А затем они торопливо вышли из дома. Отец сказал Хати: «Скоро будем»; мама промолчала – она должна была вернуться еще раньше.

Капли монотонно били по крыше, и, похоже, дождь прекращаться не планировал. Ливень все наседал, и Хати все сильнее клонило в сон. Кап-кап, бам-бам, кап-кап, бам-бам… В перерыве между ударами капель он услышал далекий звук сирены – или ему просто показалось?

Через какое-то время Хати встал – он хорошо выспался. Кот зевнул, потянулся, спрыгнул с дивана и направился на кухню. Судя по тому, что в животе у него было пусто, настало время обеда. В его миске сбоку от раковины лежали остатки завтрака. Маловато, конечно, но Хати все равно доел. Скоро мама заметит, что в миске пусто, и положит еще.

Однако время шло, но она все не появлялась.

По дому эхом раздавался шум дождя, но шагов мамы Хати не слышал. Промелькнула мысль, что она уже должна была вернуться, но накатившая дремота быстро погрузила его в сон.

Кап-кап, бам-бам, кап-кап, бам-бам, бам-бам, бам-бам…

Дождь прекратился, и скрип ключа в замочной скважине разбудил Хати.

Ну наконец-то, я как раз проголодался! – Он побежал ко входной двери, но мамы там не оказалось. Девушка была похожа на нее, но выглядела намного моложе, – перед Хати стояла ее младшая сестра, тетя Сатору. Она частенько заглядывала к ним в гости.

При виде Хати девушка вздрогнула. Он знал, что она побаивается котов, но все равно решительно подошел к ней.

– Сатору… – позвала она, и мальчик с сумкой в руке появился в дверном проеме.

Хати уже хотел поприветствовать его – потереться о ноги, – но застыл на месте. Казалось, это не Сатору. Лицо мальчика было бледным, на нем застыло отсутствующее выражение, хотя обычно эмоции не успевали сменять друг друга.

– Надень это. – Тетя протянула Сатору пакет, и он неловко принял его.

Двигался он тяжело. Будто робот, которого забыли смазать. Хати почти что слышал, как скрипят его суставы.

Сатору пошел к себе, и Хати последовал за ним, держась на некотором расстоянии. Пустое лицо мальчика пугало кота, но оставлять его одного Хати не собирался.

В пакете, который дала тетя, оказались рубашка, пиджак, похожий на отцовский, брюки, галстук – все абсолютно черное, кроме белой рубашки. Даже носки и те были черные.

Сатору стал переодеваться: снял цветастую толстовку, застегнул рубашку до последней пуговицы, натянул брюки, накинул пиджак, закрепил галстук на застежке. Последними он сменил красные носки в полоску. Старую одежду мальчик побросал на пол.

И вдруг он будто сошел с ума. Пнул вещи: кофта полетела в одну сторону, носки – в другую.

Хати в ужасе забился под кровать. Обычно Сатору сразу извинялся перед котом, когда видел, что испугал его. Но не сейчас. Сегодня хозяин как будто не замечал Хати. Сатору с совершенно пустым лицом принялся топтать толстовку. Делал это беззвучно и не переставая. Словно вещь была виновата во всем.

Раздался стук в дверь.

– Сатору, ты скоро? – позвала тетя.

Потом Хати увидел, что она тоже переоделась в черное.

Мальчик тут же остановился. А затем как ни в чем не бывало вышел из комнаты.

– Поехали к маме с папой.

Сатору кивнул и пошел за тетей, и Хати направился за ними.

Мальчик уже обувался, как вдруг будто вспомнил что-то. Он снял туфли и пошел на кухню. Насыпал Хати еды, поменял воду. Потом зашел в ванную и почистил лоток. Все это время хозяин, как и прежде, сохранял отсутствующее выражение лица, но теперь Хати убедился: перед ним действительно был Сатору.

Тогда Хати потерся о его ноги, и тот, по-прежнему молча, слегка его погладил. А потом они уехали. Куда – Хати не знал, но чувствовал, что там будет очень и очень грустно.

Перед уходом Сатору забыл включить свет, и с наступлением вечера в доме стало темно. Хати поел, попил и лег спать.

Сатору с тетей вернулись поздно.

Хати пошел их встречать и увидел, что мальчик весь дрожит. Тетя прошла вперед, включила свет, разулась и пошла дальше. Лампочки загорелись в коридоре, в гостиной, на кухне. Сатору плелся за ней. На кухне он остановился, увидел, что в миске еще осталась еда, поэтому просто налил Хати новой воды.

Затем мальчик с тетей по очереди сходили в душ и, не поужинав, легли спать – Сатору у себя в комнате, а девушка на матрасе в гостиной. Хати пошел за хозяином и увидел, что истоптанная толстовка по-прежнему лежит в углу.

Сатору лег в кровать, но Хати, запрыгнув к нему на подушку, увидел, что глаза мальчика широко раскрыты – он пустым взглядом смотрел на включенную лампочку на потолке.

Хозяин, как и всегда, чуть подвинул подушку, чтобы освободить место для Хати – тот лег. По дыханию он понял, что Сатору не спит. Вскоре на Хати накатила дремота, поэтому, сколько еще мальчик лежал с открытыми глазами, он не знал.

На следующее утро небо прояснилось. Солнце пробивалось в щель между шторами.

Тетя и Сатору снова оделись в черное и ушли, но перед этим мальчик с горкой наполнил миску Хати и оставил включенным свет на кухне.

Хати решил, что они снова вернутся поздно, как и вчера, но ошибся.

Когда на улице только начало смеркаться, недалеко от дома кто-то завыл, будто зверь. Звук все приближался и становился громче, отражаясь от стен здания.

Хати знал, что тот, кто издает этот звук, сейчас войдет, и сел у входной двери. Она распахнулась – за ней оказался Коскэ. Он придерживал Сатору, который не переставал стонать, как дикое животное. Коскэ проводил друга в гостиную, но как быть дальше, не знал – все, что мог, он уже сделал.

Хати запрыгнул на колени к хозяину. Тот почесал ему шею. Кот в ответ лизнул ему руку.

Все в порядке. Все в порядке. Все в порядке. Я рядом. Я рядом. Я рядом. Он не переставал вылизывать Сатору.

Скоро мальчик устал выть и стих.

Папа с мамой вернулись домой в двух небольших белых урнах.

Тетя решила, что заберет Сатору к себе.

– Вы ведь возьмете Хати с собой? – с надеждой в голосе спросил Коскэ. – С ним на новом месте будет не так одиноко.

– Я не могу взять Хати. Тетя все время переезжает, у нее работа связана с поездками. – Сатору уже смирился с тем, что придется оставить любимца, но говорить об этом с Коскэ оказалось тяжело.

– А что будет с Хати?

– Дальние родственники возьмут его к себе, они согласились.

– А ты хорошо их знаешь?

Сатору покачал головой, и Коскэ от негодования прикусил губу.

– Я… я спрошу у родителей! – крикнул он и ушел.

Мальчик вернулся только вечером, с красными глазами и опухшим лицом.

– Отец запретил мне взять Хати.

По лицу Коскэ было видно, как долго он бился за право оставить Хати.

– Ничего, – сквозь слезы улыбнулся Сатору. – Спасибо, что спросил.

Они заплакали уже вместе, и Хати позволил им гладить себя, пока не успокоятся.

Он был уверен, что увидит, как мальчики повзрослеют, но, видимо, в этом мире желания детей и котов сбывались далеко не всегда.

Потом приехал мужчина – дальний родственник Сатору, пообещавший забрать Хати. Его загорелое лицо было все покрыто морщинами, и, когда он улыбался, его глаза целиком прятались в складках.

Сатору изо всех сил прижал любимца к себе.