Хиро Арикава – Электричка Ханкю (страница 26)

— Дамы, выходим.

— Здесь? Почему? Нам же на следующей…

— По милости кое-кого у меня больше нет настроения туда ехать. Пообедаем сегодня в ресторане при отеле «Такарадзука».

Поезд замедлил ход, и пристыженные дамочки поспешили к дверям. Лишь только двери отворились, шумная компания вывалилась на перрон, оставив тяжелый шлейф из смеси духов, от которых свербело в носу.

— Мои соболезнования официантам, — хохотнул парень. — Непростые клиентки!

— Я не переусердствовала? — с тревогой спросила его спутница.

Токиэ почувствовала, что обязана вмешаться, и успокоила ее:

— Не волнуйтесь, это престижный отель с богатой историей и вышколенным персоналом. Даже если наши новые знакомые попытаются устроить там свистопляску, администратор непременно что-нибудь придумает, и все будут довольны.

— Надеюсь, что так и произойдет, — приободрилась девушка и, вместо того чтобы занять любое из многочисленных пустующих мест, отошла подальше, не желая больше вдыхать резкий запах духов.

— Позвольте поблагодарить вас за поддержку. Если бы не вы… — произнесла ей вслед Токиэ.

— Мне уже неловко за то, что я так себя повела, — отозвалась девушка, оборачиваясь.

— Ты на удивление быстро ввязываешься в драку, — подначил спутницу молодой человек, и она смущенно опустила голову. — О последствиях не помышляешь, а это может обернуться неприятностями.

«Экие оба критиканы», — усмехнулась Токиэ.

— Да, ты прав. И все же сегодня я не смогла не вмешаться.

«Подобающий ответ, умница!» — похвалила попутчицу Токиэ, а вслух сказала:

— Еще раз спасибо за поддержку.

— Я боялась, что вы огрызнетесь: «Не лезь не в свое дело!» — улыбнулась девушка.

Ее спутник задорно рассмеялся:

— По-моему, вы и в одиночку с ними справились бы, но вместе мы сумели как следует проучить эту шайку-лейку.

— Все хорошо, что хорошо кончается, — кивнула Токиэ.

— Золотые слова, — подмигнул парень.

Его спутница наклонилась, чтобы заглянуть в глаза Ами, а потом полюбоваться Кэном.

— Какой очаровательный песик! Это миниатюрная такса, да? Твой питомец?

— Нет. Этот пес принадлежит мне и моему мужу, — с нажимом проговорила Токиэ, многозначительно посмотрев на внучку.

Девочка досадливо поджала губы.

— Я о нем тоже забочусь, бабуля…

— Совершенно верно, ты заботишься о Кэне. Однако он не твой, а мой и дедушкин.

— Но ведь дедушка уже на кладбище…

— И тем не менее. Кэн принадлежит мне и твоему деду, о чем я не устаю тебе напоминать. — В голосе Токиэ послышался металл. — Если ты хочешь завести питомца, повремени с этим до поры, когда сможешь взять на себя всю ответственность за него.

— Но я люблю Кэна…

Парень и девушка ошарашенно наблюдали за этим противостоянием. Судя по выражениям их лиц, отношения между бабушкой и внучкой показались им, мягко говоря, странноватыми.

Токиэ не разделяла мнения, что внукам следует потакать. Когда она чаевничала с подругами-соседками, те удивлялись: «Как так можно? Ты совсем не балуешь внучку! Не боишься, что родители перестанут привозить ее к тебе в гости, если продолжишь в том же духе?»

— И тем не менее. Кэн не твой, а мой и дедушкин пес. Тема закрыта.

«Предыдущего пса породы каи-кэн, который укусил за ягодицу моего будущего мужа, в результате чего он всю жизнь избегал собак, тоже звали Кэн. Я завела песика поменьше и дала ему то же самое имя в надежде, что этого Кэна мой муж точно не испугается».

— Ну, бабушка, ты и жадина!

— Как скажешь, внученька. Но я бы попросила тебя прекратить эти бессмысленные препирательства. Иначе мы не пойдем на площадку для выгула собак и не заглянем в кондитерскую на Хана-но-мити.

Бульвар Хана-но-мити пролегал от станции Такарадзука до театра Такарадзуки и всегда был украшен сезонными цветами. На бульваре находился торговый центр с магазинчиками, в одном из которых продавали любимое мороженое Ами.

— Жадина… — тихо повторила девочка.

Парень расхохотался:

— Знаете, вы перевернули мое представление о том, какой может быть бабушка! Я-то считал, что бабушки потворствуют внучатам с утра до вечера.

— Видимо, я не вполне соответствую общепринятым стандартам, — только и ответила Токиэ, и ее собеседник вновь засмеялся.

— Масаси… — отвлекла его спутница, положив руку ему на плечо. — Мне нехорошо…

Он бросил взгляд на ее побледневшее лицо и всполошился:

— Это из-за запаха духов? Пойдем в другой вагон. — Повернувшись к Токиэ, он пояснил: — Извините нас, пожалуйста. Ее и так укачивает в поезде, а тут еще и духами этими пахнет — совсем дело плохо.

От скамейки, где недавно сидели крикливые модницы, действительно продолжал исходить запах духов, пусть уже и не столь ощутимый. Однако девушке, похоже, и впрямь было дурно.

— Да-да, конечно, я все понимаю. Спасибо еще раз, что поддержали, несмотря на неважное самочувствие.

Девушка подняла голову и, с трудом улыбнувшись, ответила:

— Не за что. Честно говоря, поведение тех дам показалось мне верхом грубости. Но я жалею, что сорвалась. О чем я только думала, когда обвиняла их в том, что они не умеют пользоваться духами? Вероятно, мне просто захотелось их унизить.

— Вы смелая, — похвалила ее Токиэ. Она не стала признаваться попутчице, что та напомнила ей себя лет тридцать назад.

— Всего вам доброго, — хором произнесли молодые люди.

Парень коротко поклонился, взял свою подругу под локоть и повел в дальний конец вагона.

«Значит, его имя — Масаси. Жаль, я не спросила, как зовут ее».

Такарадзука-Минамигути

Простившись с весьма эксцентричной бабушкой и ее внучкой, Масаси и Юки направились к двери, за которой располагался последний вагон состава.

— Юки, ты как? Может, выйдем в Такарадзуке, немного переведешь дух?

Опираясь на его руку, она покачала головой.

— Тут нет этого тошнотворного запаха, так что все нормально. Спасибо.

— Хочешь присесть?

В вагоне оставались свободные места, но устроиться рядом было бы негде.

— Да ладно, ехать-то всего ничего. Постоим вместе.

Между ними действовало неглавное правило: когда поезд проезжал по металлическому мосту через реку Мукогава, Масаси и Юки обязательно смотрели на ту сторону, откуда было видно песчаный островок близ берега.

С некоторых пор он уменьшился в размерах и выглядел совершенно непримечательно. Зато в день знакомства Масаси и Юки сложенный на острове из камней иероглиф был еще цел и невредим и производил сильное впечатление. Из них двоих первой на него обратила внимание Юки, и увиденное пробудило в ней охоту выпить пива. Ранее Масаси знал Юки в лицо, но и только. Он воспринимал ее как соперницу в борьбе за популярные книги в библиотеке, что усиливало его досаду, поскольку Юки была в его вкусе.

В ту памятную субботу, выходя из поезда на станции Сакасэгава, Юки предложила: «В следующий раз, когда встретимся, давайте выпьем пива вместе. Желательно из стеклянных кружек, а не из жестяных банок… Вы ведь часто бываете в Центральной библиотеке Такарадзуки, не так ли? Вот я и говорю: в следующий раз».

Так Масаси узнал, что их интерес был взаимным. И это изменило все в один миг.

Выскочив на перрон, он погнался за ней и, задыхаясь, предложил не дожидаться новой встречи, а выпить пива незамедлительно. На его удачу, Юки была свободна и охотно приняла приглашение. Кроме того, они обменялись номерами телефонов. Все складывалось так естественно и гладко, что Масаси сам не верил в подобное везение.