Хэзер Уэббер – В кофейне диковинок (страница 55)
Я покосилась на Сэма.
А некоторых – особенно!
Я снова отхлебнула воды, и мне неожиданно стало лучше. День вообще начинался очень хорошо. Проснулась я, просто кипя энергией, – и сразу бросилась помогать Дезу расставлять столы. Потом побродила по округе, посмотрела, кто еще что продает. Кое-что прикупила: ткань, фурнитуру, морские стеклышки, пуговицы, набор для создания украшений и коробку бусин. И, конечно, очень аппетитные брауни «Земля Миссисипи» от Сиенны, как она ни пыталась всучить их мне бесплатно. Правда, я их до сих пор не попробовала – не было аппетита.
Наконец усталость взяла свое, руки и ноги отяжелели – и Дез назначил меня ответственной за кассу.
Теперь я сидела под навесом в кресле-качалке и посматривала на часы. Как только церковный колокол пробьет два, я начну помогать Дезу собирать остатки, потом приму душ и лягу подремать.
Завтра ему придется справляться самому – у меня смена в кофейне. Но, если честно, мне показалось, что ему помощь и не нужна!
Ни на дворовой распродаже, ни вообще по жизни.
Зачем он взял меня на работу?
Да, дом у него в ужасном состоянии, но, как только он продаст свою всякую всячину, клининговая служба мигом приведет его в порядок. С тех пор, как я у него поселилась, готовить мне пришлось всего трижды. Завтракал он редко, а обедал и ужинал почти всегда не дома.
Никаких ментальных нарушений я у него не заметила, разве что забывчивость и беседы с призраком. Впрочем, кто мог бы поручиться, что он не обращался вслух к своей покойной любимой жене? Я сама так делала: с Банни разговаривала, да и с Пенни несколько дней назад. Ничего страшного в этом не было, если не считать, что Дез сказал:
Я снова взглянула на Деза. Тот, широко улыбаясь и легко перекрикивая гомон, рассказывал покупательнице о статуе кактуса. Статую он нашел на блошином рынке в Техасе и просто не мог там оставить. Чтобы перевезти ее сюда, пришлось нанимать грузовик.
А теперь он ее продает.
Продает почти все свои вещи!
В смысле, распродает имущество?
И кофейню тоже… Чтобы покончить со всеми делами?
От этих мыслей у меня скрутило желудок. Норман, словно почувствовав это, закряколаял, и я погладила его под столом.
Следующие полчаса я сидела словно в тумане. Люди продолжали приходить и после двух, но Дез никого не разворачивал. Мы как раз собирали и перетаскивали под навес остатки, когда у меня зазвонил телефон. Алабамский номер. Я поспешно сняла трубку.
– Алло?
– Ава, милая, это Джолли.
В животе разверзлась пропасть, а я словно балансировала на ее краю.
– Джолли, как хорошо, что ты позвонила!
Сэм обернулся, и я глазами показала, что иду на задний двор. Там можно было спрятаться от всех в летней душевой с решетчатыми стенами и спокойно поговорить.
– Как Ханна?
– Операция закончилась, сейчас ее постепенно приводят в чувство. Образцы отправили в лабораторию, ответа пока нет, но доктора практически не сомневаются, что опухоль доброкачественная. Точно узнаем вечером; самое позднее – завтра утром. Хотела рассказать тебе, что Ханна с гордостью показывает Джунбер всем, кто входит к ней в палату. Врач даже сделал для нее маленькую хирургическую шапочку. Ты дала Ханне то, чего не мог дать никто из нас. И мы очень тебя любим. Спасибо!
На глаза навернулись слезы.
– Если я еще чем-то могу помочь, только скажите. Я все сделаю! И, пожалуйста, напишите или позвоните, когда придут результаты.
– Обязательно, дорогая.
Я нажала на отбой, прижала телефон к груди и выдохнула.
В душевой было прохладно. Я постояла там еще немного, и вдруг над моей головой раздался резкий отрывистый звук. Сдвинув брови, я запрокинула голову. Знакомый звук! Именно его я слышала на чердаке, когда Дез впервые показывал мне дом.
Тогда он еще сказал, что это призрак.
Насторожившись, я прислушалась, пытаясь понять, что происходит там, наверху.
– Что ты здесь делаешь? Тебе нельзя здесь находиться! – шептал Дез тем же сентиментальным тоном, каким раньше говорил с «маленьким призраком».
Сердце заныло. Я знала, что нужно уйти, ведь подслушивать нехорошо, но никак не могла себя заставить. Особенно после того, как услышала «
Я ужасно испугалась за него, за его жизнь. Что, если он замыслил какой-то непоправимый шаг?
– Все идет точно по плану, – сказал Дез у меня над головой.
Сердце забилось быстрее. По плану? По какому еще плану?
Наверху снова издали резкий звук, а потом новый голос произнес:
– Я скучаю по тебе. Думала, на распродаже будет такая суета, что меня никто и не заметит. Ужасно трудно держаться от тебя подальше!
Я открыла рот от изумления. Это же Кармелла! Хоть я и разговаривала с ней всего пару раз, сразу узнала этот глубокий звучный голос.
– Осталось совсем немного, и мы будем вместе навсегда, – сказал Дез. – Прятаться больше не придется.
И снова этот пронзительный звук.
«Да она же просто чихнула!» – поняла я.
– Дез, ты должен поговорить с Мэгги, пока наша тайна не всплыла. Ава умная. Ее глупыми историями про призрака не проведешь!
Я сопоставляла то, что знала и раньше, и то, что услышала только что, и голова у меня пошла кругом. О призраке Дез заговорил пару месяцев назад – примерно в то же время, когда развел бардак. Вот, значит, как… Привидение он выдумал как предлог, объясняющий, почему так редко бывает дома.
– Однажды она чуть было не застукала нас. Мне больше не хочется прятаться у тебя на чердаке!
Значит, в тот день, когда я приехала пораньше и Дез устроил мне экскурсию по дому, на чердаке была Кармелла… Незаметно выбраться оттуда она не могла. Теперь понятно, почему он сразу повез меня смотреть сарай. А в тот раз, когда я вернулась с прогулки? Наверняка он тоже разговаривал с ней, просто в наушниках.
– Глупые? Не согласен. Уже полгорода верит, что у меня в доме призрак. – Голос Деза прямо-таки лучился гордостью.
Я не понимала, злюсь ли на Деза за то, что он водил Мэгги за нос, или восхищаюсь его находчивостью. И как я раньше не догадалась? Купилась на историю про призрака? Искренне в нее поверила?
Что ж, ясно. Все дело в письме! В бабочке. И запахе водорослей.
– Это очень поможет нам продать дом, – скептически фыркнула Кармелла. – Люди обожают дома с привидениями!
– А я не беспокоюсь, – рассмеялся Дез басом. – Уверен, дом с руками оторвут!
На меня обрушилось слишком много информации разом, и я не успевала ее осмыслить. Так вот почему Дез вел себя так странно! Бродил по округе. Терял вес. Снял обручальное кольцо. Он просто никому не говорил, что завел новые отношения.
Я-то боялась, что он решил покончить с делами, потому что задумал наложить на себя руки, а оказалось, он всего лишь хотел избавиться от лишнего.
Видимо, переезжает к Кармелле, или они вместе снимут что-то новое. А этот дом ему больше не нужен.
– Мэгги давно пора сказать, – продолжала настаивать Кармелла. – Она с ума сходит на ровном месте! Даже домоправительницу тебе нашла, а тебе никакая помощь не нужна. Что будет делать Ава, когда правда откроется? Ты ведь и с ней нехорошо поступаешь…
В груди заболело. Раз Дез больше не будет жить в этом доме, значит, и мне придется съехать.
– Я разработаю план, – вздохнул Дез.
– Нет уж, больше никаких планов! Никаких схем. И никаких призраков, бога ради! Ты должен поговорить с Мэгги, а потом – с Авой. А когда все обо всем узнают, мы сможем вместе решить, как поступить. Тайны только причиняют людям боль.
– Я знаю. – Похоже, взбучка Деза пристыдила. – Я с ними поговорю.
– Когда?
– Скоро.
– Я это уже слышала, Дез! – От раздражения Кармелла словно припечатывала невидимой точкой каждое предложение.
– Нужно действовать деликатно. Ты же знаешь, как Мэгги относится к Пенни…
– А еще я знаю, как она относится к тебе. Она хочет, чтобы ты был счастлив. А сейчас ты счастлив, так ведь?
– Конечно, мой маленький призрак!