Хэзер Уэббер – В кофейне диковинок (страница 29)
Эстрель опасно прищурилась.
Редмонд охнул, с ужасом уставился на выскочивший над коленкой волдырь и принялся судорожно его расчесывать.
– Тот, кто отрицает свои истинные желания, будет несчастен до конца жизни, – провозгласила Эстрель и, выпустив его руку, добавила: –
Повисло молчание.
– Мне… вообще-то мне… – забормотал Редмонд. – Совсем забыл, мне же… Пока! – Он ринулся прочь.
Эстрель, ухмыльнувшись, обернулась к Сиенне:
– Теперь, наверное, твоя очередь?
– Нет-нет, – поспешно отозвалась та. – Я вас пропущу, – и снова принялась фотографировать рецепт.
Если бы миссис Поллард сейчас не наматывала круги по площади, а сидела в кофейне, она была бы вне себя от счастья.
Выпустив мою руку, Роуз как ни в чем не бывало предложила:
– Горячий шоколад, Эстрель?
Та, не ответив, устремила свой серебристый взгляд на меня. Должно быть, решила и мне прочесть лекцию относительно лодки Донована и моего нежелания быть гибкой. Много лет она осторожно пыталась заставить меня смириться с потерей матери и перестать бояться воды, но я не соглашалась даже под угрозой прыщей. К счастью, Эстрель слишком сильно не давила. Иначе бы я, наверное, просто сломалась.
Подхватив коробки из-под выпечки, я обернулась к Роуз:
– Отнесу в мусорный бак и тут же вернусь.
Но стоило мне направиться к черному ходу, как Эстрель произнесла:
– Редмонд здесь не единственный, кому не помешало бы развить гибкость. Согласна, Роуз?
– Да, мэм, – помедлив, проскрипела та.
– Если позволишь, я возьму горячий шоколад. И не забудь булочку с корицей.
Я не решилась обернуться. Но, пробегая мимо все еще стоявшей у доски Сиенны, внезапно ощутила легкую вибрацию. Я резко остановилась, сделала шаг назад. Рядом с Сиенной вибрация ощущалась сильнее. Та самая знакомая волна!
– Что-то не так? – спросила Сиенна и, понизив голос, добавила: – Не считая того, что Эстрель сегодня страшнее тех жутких ухогрызов, что порой лезут из стока ванны… – Она содрогнулась.
– Ты про уховерток? – не сразу догадалась я.
– Ага, такие волосатые, с ногами – бр-р-р!
Меня тоже передернуло. Жуткие твари!
– Все в порядке. Даже лучше! – Я улыбнулась. – У меня для тебя кое-что есть. Диковинка.
Я тысячу раз стояла рядом с Сиенной и никогда ничего не чувствовала. Значит, ее вещица попала в коллекцию недавно! Я сгрузила коробки на стол под доской. На той неделе я добавила к коллекции только одну вещь, так что точно знала, где искать.
– Ты серьезно? – Она сунула телефон в карман и всплеснула руками. – Я давно мечтала получить диковинку!
У меня всегда поднималось настроение, когда удавалось найти хозяина для одной из моих вещиц. Я прямо искрилась от радости! Взяв мерные ложечки, которые принесла с библиотечной распродажи, я закрыла глаза и мысленно поблагодарила маму, где бы она сейчас ни находилась, за то, что передала мне свой дар.
– Это тебе, – и я протянула Сиенне горчично-желтые ложечки.
Та растерянно моргнула.
– Точно? А мне так хотелось пластинку «Крэнберрис»[8] с верхней полки… – Она замурлыкала песню «Зомби».
Эстрель хмыкнула. Я покосилась на нее, она же лишь вскинула бровь.
– Точно! – Я вручила ложки Сиенне.
– Ну ладно. Спасибо, наверное… – надулась она.
– Ты готовишь? – Я попыталась направить ее мысли в нужное русло.
Она покачала головой.
– Может, печь любишь?
– Не знаю. Я никогда ничего не готовила и печь не умею. Мне на кухню вход заказан!
Должно быть, родня не пускала ее в кухню из страха, что Сиенна сожжет дом. Если так, их можно было понять.
– Но я люблю ванильные булочки, – задумчиво протянула она, глядя на доску. – Пару дней назад миссис Поллард предложила научить меня их готовить.
Отважная миссис Поллард…
– По-моему, отличная идея! – Простите меня, миссис Поллард! Надеюсь, ваш дом застрахован на случай пожара. – Поймай ее на слове.
– Может быть. Посмотрим… – Сиенна глянула в сторону стойки. – Раз все разошлись, закажу кофе. И булочку с корицей. А еще одну возьму для Хавьера – просто из принципа.
Я обернулась через плечо. Эстрель в кофейне уже не было. А Роуз с интересом наблюдала за нами.
Сиенна повторила заказ, я же снова взялась за коробки и направилась к черному ходу.
Было немного странно, что ложечки ни о чем Сиенне не напомнили, и в то же время такое уже случалось. Диковинки не всегда вели в прошлое – иногда, наоборот, прокладывали тропинку в будущее. Я от всей души надеялась, что они выведут Сиенну на путь, который поможет ей найти ее истинную страсть в жизни.
Глава 13
К пятнице я уже не сомневалась, что «Снулые улитки» – название ироничное.
Участники группы отдавались тренировкам всей душой: раскачивали бедрами, толкались локтями, высоко поднимали ноги. Во главе нашего отряда выступала Беттина: затянутая в черный спандекс, с развевающимися на ветру светлыми с проседью волосами, она летела вперед, словно летучая мышь из ада.
Еще я обнаружила, что Джолли Смит – сплетница, и это меня ужасно обрадовало. Она уже стала одним из моих любимых обитателей Дрифтвуда, а сегодня утром, отправляясь на вторую за неделю прогулку со «Снулыми улитками», ее я встретила первой.
Эта женщина с пышными волосами и отзывчивым сердцем охотно разрешила мне держаться за поводок ее птички, о чем я попросила в прошлую среду. Клик-Клак, симпатичная черная с белыми пятнышками курочка, воспользовалась моей наивностью, и мне пришлось на бешеной скорости (и со сбившимся дыханием) проделать полный круг, а Джолли хохотала как ненормальная.
– Смотри-ка! Кэнди Читвуд идет в пекарню. Вон та женщина в микроскопическом топике. – Джолли указала на свою знакомую подбородком.
Я глянула в ту сторону и чуть не растянулась на ровном месте. Неделя выдалась непростой, к тому же я так старалась не отставать от спортсменов, что уже валилась с ног. Добрая Джолли нарочно замедлила шаг, чтобы мне было проще за ней угнаться, и я тут же полюбила ее всем сердцем.
Когда мы обходили площадь уже в третий раз, мимо пронеслась внучка Джолли Ханна, распевая во все горло:
– Бибеди-бабеди-бум!
Без сомнения, устала я так потому, что еще не привыкла к новой работе, почти ничего не ела в последнее время и давно не занималась спортом.
Вот и все. Ничего больше!
До начала тренировки «Улитки» обсуждали забег на пять километров, который должен был состояться во время Фестиваля бабочек. Так я и определила себе цель: пройти (не пробежать – я же еще в своем уме!) пять километров. До забега оставалось полтора месяца, так что у меня было полно времени, чтобы более-менее привести себя в форму.
– Эта Кэнди – милейшая девушка! Но даже не представляет, сколько аварий спровоцировало ее глубокое декольте, – поделилась Джолли. – Совсем недавно у нас тут произошел казус с помидорной грядкой, в результате которого молодому человеку пришлось прокатиться на скорой.
За время нашего недолгого знакомства с Джолли я успела узнать, что Беттина прибавила себе лет, чтобы ее приняли в «Счастливые моллюски»; что Мисти Кейт организовала книжный клуб лишь для того, чтобы каждый месяц закатывать вечеринки, ведь выбранную книгу она никогда не читает; а Эрнестина Эйкен постоянно сама у себя ворует садового гнома – все из-за того, что влюблена в Доджа Каннингэма, свежеразведенного офицера полиции.
Слушая Джолли, я не могла сдержать улыбку. Подумать только! С моей удачливостью – и попасть в Дрифтвуд, невероятный идеальный городок с открытки! Где даже люди вроде меня, с «исключительными» слухом и обонянием, могли найти себе место. Пусть я и была белой вороной, Дрифтвуд представлял собой целую белую стаю.
Выходит, в данном случае удача мне все же улыбнулась?
Не получи я то письмо, даже не знала бы, что на свете существует такой городок.
Расслышав где-то невдалеке кряколай, я сразу поняла, что это Норман. И в то же мгновение подумала о Сэме. Вот бы Джолли рассказала какую-нибудь сплетню о соседе Деза! Например, почему он солгал мне насчет скрипки. Но спрашивать прямо я не стала: только задай Джолли такой вопрос, и скоро весь город будет считать, что ты втрескалась по уши. А я вовсе не втрескалась! Мне просто было любопытно.
– Когда переезжаешь к Дезу? – спросила Джолли.
От нее пахло флердоранжем, миндалем, домашним печеньем и терпением.