Хейзел Райли – Игра титанов: Вознесение на Небеса (страница 55)

— Жди. Я в ванную. Знай: если вернусь, а ты будешь голая под одеялом, я буду очень рад.

Он уходит, не дав мне ответить. А я остаюсь с глупой широкой улыбкой. Растягиваюсь на спине, раскинув руки и ноги, уставившись в потолок.

Где-то внутри голос говорит, что я не должна быть такой счастливой, при всех этих проблемах. Другой шепчет — наслаждайся, дай себе передышку.

Телефон мешает в кармане. Я вытаскиваю его ровно в тот момент, когда экран загорается: новое сообщение с незнакомого номера.

Где ты? Оставляешь меня одного в первую ночь соседства? 😔

Я хмурюсь. С какого чёрта у него мой номер? Потом замечаю ещё одно сообщение, полученное двадцать минут назад. От Лиама.

Я дал твой номер Аресу, надеюсь, это не проблема. (Гермес спрашивает, вы с Хайдесом уже переспали?)

Я рычу и бью ногой по матрасу. Совсем забыла, что Арес Лайвли — мой новый сосед по комнате.

Экран снова вспыхивает. Второе сообщение от нового номера.

Я ожидал лучшего отношения от своей соседки. Или, может, сказать… Коэнсоседки? 🤔

Понимаешь, да? «Коэнсоседка» — Хейвен Коэн…

Я блокирую экран и фыркаю. Может, и правда стоит выключить телефон, подождать Хайдеса и думать только о нём. После всего того времени, что мы провели врозь…

Но телефон снова загорается, освещая мне лицо. Я тихо чертыхаюсь. Опять Арес.

Серьёзно, я ведь хотел найти фильм, чтобы посмотреть вместе и заснуть обнявшись. Ну да ладно. Значит, завтра, да? 🤪

Я вздыхаю. Первая часть сообщения была даже милой.

Когда в чате появляются три мигающих точки — он снова что-то пишет — моё терпение лопается. Я со злостью бью пальцами по клавиатуре.

Хватит, Арес.

В тот же миг приходит его ответ.

Спокойной ночи, злая Коэнсоседка. 😾 💔

На твоём месте я бы выглянул за дверь.

Я выскакиваю в коридор. На коврике перед дверью лежит карта, лицом вниз. На чёрной оборотной стороне белый листочек, приколотый скрепкой. Я поднимаю и переворачиваю её. Это не игральная карта, а карта Таро: Луна.

Пора отметить появление новых Лайвли в Йеле — играми Ареса.

21:30, театр.

Глава 21. МЕНЬШЕЕ ЗЛО

Арес обычно предстаёт милым и красивым богом, когда перед ним женщина или богиня, которая ему нравится, но стоит выйти на войну — он без страха превращается в «мясника».

Хайдес

Кто-то точно сказал ему, что я руковожу театральным клубом. Иначе с чего бы он выбрал именно это место для своих игр. Очередной ход, рассчитанный на то, чтобы меня бесить. Только теперь я знаю: не стоит придавать этому слишком большое значение. Я выбрал более расслабленный подход.

— Забавно, что он выбрал именно театр, да? — разрывает тишину Гермес, будто читает мои мысли.

Я недовольно фыркаю:

— Хочет мне нервы потрепать. Вот и весь мотив.

В коридоре слышны только шаги. Мы с Аполлоном идём впереди, за нами Гермес и Хейвен, затем Афина, Афродита и…

— Кто-нибудь объяснит, почему с нами Лиам? — спрашивает Афина.

— Арес меня пригласил, — спокойно отвечает он. Похоже, он не понимает, на что тот способен. — И я согласился. Он пообещал, что будет со мной паинькой. Я ему доверяю.

— С какой стати ты веришь такому, как Арес? Он вас всех обманул, притворяясь Перси, — напоминаю я.

Дверь в театр всё ближе — она открыта.

— Зато он со мной вежлив. Ещё и в Грецию возил. Если бы не Арес, я бы не увидел Санторини.

Аполлон рядом закатывает глаза. Я с ним солидарен.

Но времени волноваться больше нет — мы уже у входа. Я останавливаюсь на пороге и оглядываю всех по очереди:

— Мы точно этого хотим?

— Сначала узнаем, в чём дело, а потом решим, — предлагает Афродита. — Нас никто не заставляет участвовать.

Афина шумно фыркает и, расталкивая Хейвен с Гермесом, обгоняет и меня:

— К чёрту дипломатичность. Они переселяются в наш университет и думают, что могут не только устраивать здесь свои игры, но и нас звать. Аресу нужна хорошая порка.

И прежде, чем кто-то успевает её остановить, она уже шагает по проходу. Аполлон идёт первым следом, затем Гермес. Афродита проскальзывает внутрь, бросив нам с Хейвен лукавую улыбку.

Хейвен мнётся на пороге, нервничает. Я беру её за руку, крепче сжимаю и подношу к губам, целуя в тыльную сторону:

— Всё будет окей.

Она кивает — не слишком уверенно — и мы решаемся войти.

В театре темно; единственный прожектор бьёт на сцену. Луч света — прямо на Ареса. Он сидит на полу, расслабленно. Слева от него — Посейдон, справа — Гера и Зевс. Глаза наших кузенов следят за нами, пока мы не поднимаемся на сцену.

— Располагайтесь, — предлагает Арес. Лицо у него загримировано под череп. Никто не комментирует, но я невольно вспоминаю, что и сам крашусь для своих игр.

Я сажусь прямо напротив, Хейвен — рядом, наши руки всё ещё сцеплены. Арес бросает взгляд на переплетённые пальцы, кривится и оглядывается по сторонам, будто проверяя, все ли расселись.

В напряжённой тишине звучит один голос:

— Добрый вечер, господин Зевс. Всё хорошо?

Вздох.

— Да, Лиам, спасибо.

Арес водит чёрными, как смола, глазами с лица на лицо, лишь на Хейвен задерживается дольше обычного:

— Наконец-то вижу свою Коэнсоседку! Ночь провела у Хайдеса?

«Коэнсоседка»? Мне не нужно смотреть на Гермеса — знаю, что он уже хихикает.

— Какая ты сегодня сияющая, — продолжает Арес. — Наконец кто-то отшлёпал тебя как следует?

Кулак грохает по полу — звук прокатывается эхом и обрывает Ареса.

— Хватит, — бросает Афина, глаза налиты кровью, рука всё ещё сжата. — Мы здесь не затем, чтобы слушать, как ты корчишь из себя похотливого козла. Перейдём к сути, то есть к твоим тупым играм.

Арес вздёргивает обе брови:

— Кто тебя научил таким плохим словечкам?

Но Зевс вмешивается мгновенно: локтем лёгкий тычок в предплечье Ареса.

— Прекрати. Делай то, ради чего всех сюда согнал.

— В смысле «пригласил»? — уточняю я. У меня есть версия.

Хейвен её подтверждает: