Хэйли Джейкобс – Подари мне мечту (страница 39)

— Эй, — тихо позвал ее шепотом Ян, приподнимая рукой за подбородок и заставляя посмотреть на себя.

Его зрачки были расширены, в глазах блестели огоньки страсти. Дани раньше не видела такого выражения на его лице.

Смущение жены снова подстегнуло желание Яна. Но в этот раз поцелуй был нежным, полным любви и трепета. Дани не сопротивлялась, с головой окунаясь в приятные ощущения.

«»»»

На следующий день девушка встала раньше, чем обычно. Пол ночи она не могла уснуть, то проваливаясь в дрему, то просыпаясь. Ее нынешняя жизнь казалась ей чем-то нереальным, словно вот-вот она откроет глаза и окажется в божественных чертогах бестелесным духом, очнувшись ото сна. От прекрасного сна, где она человек, где есть Ян, который признается ей в любви, который говорит, чтобы она бросала его в опасности и спасала свою жизнь, который не требует за свои чувства ничего взамен и просто остается рядом, который так страстно, а потом нежно целует ее…

Дани испуганно накрыла свое тревожно бьющееся сердце. Это не сон. Она — Даниэлла. Ян не плод ее воображения, и эта жизнь — настоящая. Это ее реальность. Ее затопило облегчение. Как хорошо, что это не сон.

Поспать Яну этой ночью тоже не удалось. Но по другой причине. Разгоряченный поцелуями, оставшись в одинокой холодной постели, мужчина не мог успокоиться и уснуть. Даже холодный душ не помог. Под утро его стали терзать сомнения. Правильно ли он поступил, что решился сделать такой смелый шаг? Не испугается ли его олененок и не сбежит ли?

Царящая за завтраком неловкая атмосфера заставила Клавдию Петровну побыстрее накрыть на стол и уйти. Ян внимательно следил за каждым движением, каждой сменой эмоций на лице Дани в то время, как сама девушка не могла даже головы поднять.

Как теперь себя вести? Означает ли ее ответ на поцелуй — согласие стать настоящей женой? Если нет, то сможет ли она уйти, оставить Яна после всего, что вчера произошло? Дани не знала. И ей не хотелось сейчас думать об этом.

— Ты свободна завтра? — прервал неловкую тишину Ян.

— Угу, — кивнула Дани, встречаясь взглядом с пронзительными серыми очами мужа. Завтра был двадцать седьмой день рождения мужчины.

— Хорошо… Не хочешь сходить со мной кое-куда?

— Да, — ответила Дани.

Ян позавтракал и, захватив костыли — физиотерапия и реабилитация шла успешно и теперь по несколько часов в день мужчина уже мог ходить с помощью костылей — отправился в офис. Дани стала свободней и на этой неделе у нее планов не было.

После еды девушка переоделась и отправилась в теплицу, где и пробыла до обеда.

Вечер прошел также неловко, как и завтрак. Дани и Ян сидели у телевизора как обычно, но пока один старался держать себя в руках, чтобы не спугнуть, другая не знала, куда себя деть. Минут через пятнадцать супруги разбежались по своим комнатам.

В полночь в дверь комнаты Яна постучали.

— С днем рождения, — отчего-то тихо произнесла Дани, когда увидела на пороге мужчину.

Он возвышался над ней на добрых полторы головы. С улыбкой ей вспомнилась его обида, когда она посчитала, что он ниже, чем было в действительности.

Ян смотрел на девушку на пороге своей спальни. Его сердце забилось чаще, он гнал непроизвольно возникшие смелые мысли прочь из своей головы.

— Подарок.

Дани протянула Яну коробочку в упаковочной бумаге.

— Спасибо.

Ян улыбнулся. Дани замерла, загипнотизированная этой улыбкой и расцветшими на его щеках ямочками.

Он открыл футляр.

— Это ручка…Для важных подписей…Прости, глупо наверное, я…

— Мне нравится. Спасибо.

— Я рада.

— Ты первая.

— Что? — не поняла Дани.

— Ты первая, кто меня поздравил, — Ян протянул руку и коснулся щеки девушки. Дани покрылась мурашками.

Этого поцелуя она ожидала. Вернее, он не был для нее неожиданным. Ян медленно наклонился, преодолевая их разницу в росте. Дани привстала на носочках, потянувшись к нему, чтобы их губы встретились на полпути.

Он улыбнулся. Она почувствовала вкус этой улыбки.

Яну казалось, что он самый счастливый человек в мире. Все его желания сбылись.

30. «Она сказала «Да»

Как бы Яну не хотелось, торопить Дани он не стал. После поцелуя она ушла спать к себе, оставив взбудораженного мужчину наедине с самим собой.

Во время завтрака — который был немного торжественнее обычного — Клавдия Петровна сердечно поздравила Яна с днем рождения, едва сдерживая подступившие слезы. Все утро мужчина принимал звонки с поздравлениями. Телефон Дани молчал, но ближе к одиннадцати утра ее смартфон тоже запиликал. Девушка посмотрела на подпись входящего вызова и, после небольшого колебания брать ли ей трубку, вздохнула и провела пальцем по зеленому значку.

— Дани, дорогая! Как дела? — воодушевленно приветствовала невестку свекровь.

— Здравствуйте, мама. Спасибо, все хорошо. А как у вас?

— О, чудесно! Ты на съемках?

— Нет, я дома…Вы что-то хотели? — голос Дани стал неестественно выше.

Лидия Львовна засмеялась.

— Не могу дозвониться до своего неблагодарного сына! Я рожала его двадцать шесть часов, и где мои поздравления?!

Дани тихо усмехнулась.

— Да-а…Он сейчас с кем-то разговаривает…

— Ладно, — ответила мать Яна спустя пару мгновений тишины. — Как у вас дела? Все хорошо? Когда я услышу хорошие новости?

— Хорошие новости?

— Я не молодею, хотелось бы поглядеть на внука. Знаешь, если оба родители красивые, то и ребенок должен получиться загляденье. Когда я была беремена Яном, переживала, что ему достанется фамильный нос его отца, но, как видишь, мои гены оказались доминирующими…

Дани оставалось только молча слушать поток изречений свекрови, и, как только Ян положил свой телефон, сунуть ему трубку к уху и быстро покинуть гостиную.

Через полчаса Ян, выглядевший при этом словно выжатый лимон, постучал в дверь спальни Даниэллы.

— Как поболтали? — улыбнулась с ехидцей девушка.

Ян одарил ее тяжелым взглядом и слабо приподнял уголки губ.

— Собирайся, выезжаем через двадцать минут.

Дорога заняла почти час. Дани даже представить не могла, куда везет ее Ян. Мужчина молчал как партизан.

— Вауууу, — Дани восхищенно огляделась вокруг.

Парк развлечений на открытом воздухе был волшебным местом. Дани давно хотелось посетить нечто подобное, но у нее не было много свободного времени, и, честно говоря, она стеснялась приходить туда, куда люди приходят веселиться, в гордом одиночестве. Но сейчас она не была одна.

— Почему здесь так пусто? Неужели в будний день все настолько заняты?

Девушка огляделась. В парке и впрямь никого, кроме работников, не было. Около ларьков с едой и напитками не толпились очереди, дети не тыкали пальцами в понравившиеся игрушки на витрине тира, и продавцы шариков не зазывали никого обещаниями подарить надувную «лошадку» или «жирафа».

— Это мой парк. Я могу закрыть его для посещения когда захочу.

Дани: «Да-да, ты родился с серебряной ложкой во рту, мы уже поняли».

— На каком аттракционе хочешь прокатиться первым? — спросил Ян, и Дани могла поклясться, что в его взгляде были искорки озорства и предвкушения.

— Туда, — показала Дани пальцем на американские горки.

Ян невольно сглотнул. Чего не сделаешь ради этой улыбки.

После горок следующим аттракционом был дом ужасов. Вопреки ожиданиям мужчины, ни капли страха Дани не испытывала и не жалась к нему в поисках защиты и крепкого мужского плеча. Скорее это актеры страшного дома были в ужасе от его жены. Кто еще полезет к вопросам к призраку невесты-утопленнице, с черными как смоль волосами, закрывающими лицо, с вопросами, каким она пользуется шампунем.

На удивленные взгляды Яна и самой девушки Дани лишь повела плечиком. Мол, что такого, погляди только, какие натуральные, густые волосы. От такой похвалы приведение невесты совсем опешила и оживленно принялась пошагово описывать свой ежедневный уходовый ритуал.