Хэйли Джейкобс – Мама для будущей злодейки (страница 46)

Но если окажется, что его высочество не имеет к нам никакого отношения и не может быть отцом Печеньки… то попросить помощи у гильдии в поиске, идея заманчивая. Я же знаю, что Мидасу дворяне, даже самые родовитые и богатые, не указ. Он их не боится, и порой ради заказа одного клиента не стеснялся нанести урон репутации и состоянию большой в столице шишки, руководствуясь собственными принципами и профессиональной этикой. Это в романе не раз так или иначе упоминалось и доказывалось на примерах. Опять же, учитывая этот факт, отношения гильдмастера и кронпринца кажутся весьма необычными и интригующими.

Значит, лучшим решением сейчас для меня является не самостоятельное расследование, а исключение наследного принца из подозреваемых. Если поговорить с ним и выяснить, не вызывая подозрений, что он делал в тот период времени, то шансов вычеркнуть Блэйна из потенциальных отцов Пенелопы станет больше. Потому что, честно говоря, большие сомнения вызывает вероятность его родительства.

Шестое ли это чувство или материнское сердце говорит так, но я уверена, что принц бы не смог оказаться той ночью в спальне Ника. За кронпринцем должны бдеть и днём, и ночью, вне зависимости от его местонахождения, телохранители даже во дворце не должны упускать из вида будущего правителя. Поднять невзначай тему празднества совершеннолетия Блэйна и намеками выяснить, где он был в последний вечер той недели главным образом нужно, чтобы удостовериться наверняка. А уж потом можно и в гильдию пойти, без помощи мне в одиночку второго родителя моей дочурки не отыскать, увы, пора смириться с очевидным фактом.

Верно! Так и поступим. Как бы я не ершилась, поиски нерадивого папаши нельзя откладывать и дальше, мало ли, что еще в будущем может произойти. Вдруг он тоже нас ищет? Ни за что, лучше найти его первым и уже решать, стоит он того, чтобы называться родителем моей малышки или нет.

Что ж, остается только теперь ждать новой встречи с принцем. К счастью, искать предлог мне не нужно, ибо приглашение во дворец ждет своего часа уже несколько дней на прикроватном столике.

Чаепитие закрытого клуба его высочества будущего императора во дворце. А мне, леди без капельки маны усовершенствовавшей все понимание магических расчетов, уготована на нем роль главной диковинки, не иначе.

35

– Эрин, ты уверена?

Я жую губу. Сегодня я уже успела побывать у местного душеприказчика, не у Монтера или похожего на него, а у солидного и внушающего доверие, и составила завещание, пришлось много говорить о гипотетической вероятности моей смерти и о всех аспектах положения оставшейся в этом случае сиротой Пенелопы.

Нотариус сказал, что если я не желаю для несовершеннолетней Печеньки участи оказаться в сиротском доме, мне нужно найти опекунов и получить их письменное согласие на то, чтобы они растили ребенка до тех пор, пока она не выйдет из возраста.

Одни мысли о подобном нагоняют негатив и депрессивные мысли. Но деваться некуда, после произошедшего в здании магической ассоциации у меня появился практически неконтролируемый страх за свою жизнь и будущее моей дочери, которой суждено канвой сюжета стать злодейкой, испытав на себе неоднократно плохое отношение окружающих людей, которым первой она вреда не причиняла.

Образ отца Пенелопы в картине возможного будущего после моей предполагаемой смерти весьма размытый. На этого человека вряд ли можно будет положиться. Даже сейчас, приняв необходимость того, что я обязана его отыскать, шансы на то, что он окажется хорошим человеком и надежным родителем оставляют желать лучшего. Надежды в моем сердце практически нет. Я просто осознаю, что дочь имеет право знать. Вот и все. Но доверит заботу о ребенке, да ни за что!

По этой причине я и отправилась к Кайлу, как только закончила встречу с душеприказчиком. И сейчас терплю, когда друзья смотрят на меня одинаково нечитаемыми взглядами. Я совершила ошибку? Да, мало кто, даже называясь практически братьями, согласиться принять чужого ребенка как своего.

– Я имею в виду, это решение далеко не простое. Мы точно подходим? – уточняет Анвен. – Возможно, у тебя есть родственники, которые в случае чего, смогут позаботиться о Пенелопе гораздо лучше нас.

Качаю головой.

– Тогда, это большая честь.

Улыбка Кайла в конец развеивает все мои сомнения. Не знаю, кто кого тогда в развалинах поместья Синклер спас. Я его или он меня? Могут в мире действительно существовать такие добрые люди?

Мама мне часто говорила, что подобное притягивает подобное. Неудивительно, что эти двое стали семьей, они мыслят в одном направлении это точно. Невольно задаюсь вопросом, будет ли у меня когда-нибудь что-то хотя бы отдаленно похожее? Нет, нельзя, сейчас не время думать обо всяком постороннем.

Не совещаясь друг с другом, Анвен и Кайл удивительно одинаково принимают решение даже такого непростого вопроса, как опекунство ребенка подруги, которую они, если честно, знают не так уж и долго. Но настоящая дружба ведь не о том, как долго она длиться, а о том, насколько много в ней тепла и доверия, искренности и взаимности.

– Правда, Эрин, – подбирает слова Кайл, тряся ногой, как обычно он делает, когда нервничает, – я понимаю, что тебе непросто все это далось. Но ты же не собираешься умирать? Ни сегодня, ни завтра, ни на следующей неделе, верно? Мы с Анвен согласны, да, но и ты это…давай сотрудничай с нами, чтобы такого не случилось. Печенька в тебе нуждается. Не просто до совершеннолетия, а всегда. Ты же мама.

Я киваю, опустив голову и быстро моргаю, пытаясь избавиться от подступающих невольно слез. Нельзя словами описать насколько я благодарна. Какие же прекрасные люди мне встретились на пути.

Кайл подписывает документы и мне остается только передать их занимающемуся завещанием нотариусу, что я и делаю.

Деньги поступают на банковский счет, нужды в финансовом вопросе не имеется, поэтому я со спокойной душой могу немного потратиться. Тем более что повод более чем подходящий. А то, как же, явиться во дворец в непримечательном наряде – пустят ли меня вообще на порог?

В лавке портного рядом с домом приходится проторчать до того времени, когда нужно идти забирать из садика Пенелопу. И даже так, с меня просто взяли мерки и сделали примерный эскиз будущего наряд с учетом моих пожеланий. За срочность – чаепитие будет уже в эту субботу, что значит через три дня – пришлось доплатить сверху. Но, когда я пришла забирать готовую одежду, она однозначно того стоила.

Светло-голубой топ и парящая, словно в ней нет никакого веса юбка платья, кажется простым, но, если приглядеться внимательнее дорогая ткань и качественные пошив говорят сами за себя. Никаких рюш и бантов, нет, этот образ в них не нуждается. Платье так и кричит, что его обладательница уверенная молодая женщина, твердо стоящая на земле на своих двоих, а не юная и невинная девица на выданье.

– Мама, ты такая красивая! – тянет сладко Пенелопа, когда я облачаюсь в свой боевой наряд. Да, мы идем во дворец, чтобы расположить к себе наследного принца и выведать у него информацию.

– Спасибо, зайка. Извини, что тебе придется посидеть дома, но обещаю, мы с тобой хорошо проведем время после, когда я вернусь. Пока же слушайся сестричек и не хулигань, м?

– Да!

Пенелопа остается дома под присмотром двух соседок сверху. За помощь я обещала студенткам хорошую оплату, хотя они настаивали и отказывались от денег. Но мне не жалко, сумма не великая и помочь немного тем, чье положение мне прекрасно понятно – еще бы, я ведь сама когда-то была такой же ученицей в чужом городе – для меня не сложно.

До дворца – он тут не шибко далеко – я смело дохожу пешком. Показываю страже приглашение и меня без лишних вопросов пропускают внутрь. Но на этом далеко не конец, как минимум еще раза три приходится предъявить заветную бумагу, безопасность правящей семьи превыше всего, отсюда и эти меры безопасности. Одна из служанок в проходном холле главного крыла явно ждет меня, стоит только подойти, как она предлагает последовать за ней.

Девушка ведет в восточную часть дворца, в сад, где и будет проходить сегодняшнее мероприятие. Людей тут пока что собралось мало, светловолосого принца Блэйна, я оглядываюсь, нигде не видно. Присутствующие мужчины и несколько сопровождающих их женщин бродят вдоль роскошных клуб и ведут светские беседы. Никто из них мне не знаком. В мою сторону смотрят с явным интересом – вне всяких сомнений, что узнали – но подходить, к счастью, никто не спешит.

Ох, ну и нервоз. Давненько такого не было. Я обычно так даже во время сессии не переживаю. Решаю, что раз уж до официального начала есть еще минут двадцать – все же хорошо, что я приехала пораньше – то можно немного отойти от толпы и перевести дух.

Заметив за одним из раскидистых кустов спинку пустой парковой скамьи, спешу занять место.

М-да. Не зря говорят, что хорошее местечко всегда уже занято. Мужчина развалился во весь рост, глаза его закрыты, но даже так сложно не узнать того, с кем имела честь вести знакомство. Черные одежды бессменны. В этот раз свободная и тонкая на вид, с подвернутыми до локтей рукавами рубашка, три пуговицы сверху которой неприлично расстегнуты, и классические брюки.

Почувствовав присутствие чужака, мужчина распахивает глаза, запрокинув назад голову.