Хэйли Джейкобс – Дорогой, дай лапу! (страница 9)

Новый человек, неместная, чужачка с меркантильными мотивами. Без суда и следствия рыцари живой не отпустят. Вот уж кто предан, так предан хозяину Севера. Отсюда и неприязнь ко мне капитана Бьорна. Этот бугай уже меня в чем-то подозревает. Зацепится за любой повод, и там уже как ни кричи, никто не послушает.

Выглядываю из-за поворота.

Да, не ошиблась. Экономка подпирает косяк приоткрытой двери княжеских покоев. А та служанка, видимо, уже внутри.

Выхожу вперед, но перед этим снимаю со стены висящий в качестве украшения клинок. Ох, острый. Неплохо для бутафорского оружия. На всякий случай, мало ли. Безоружной я больше туда, где держат князя-зверя, не войду.

Госпожа Кора не успевает издать звука и падает без сознания к моим ногам. Есть на шее одна точка, с ее помощью без труда можно обезвредить не ожидающего нападения противника.

Быстро я, однако, нарушила договоренности. Как там было: «не причинять вреда подданым княжества, обходиться без жестокости…»? А при угрозе жизни и здоровью это тоже считается? Главное, чтобы не заставили вернуть потом деньги.

Перешагиваю через тело женщины и вхожу в темную спальню, посреди которой в клетке живет волк.

Свет от фонаря служанки освещает сцену в десяти шагах впереди. Девушка, морщась, пытается протолкнуть на подносе сквозь узкое окошко миску с едой. Его светлость грозно наблюдает за процессом, не пытаясь напасть. Не такой уж и дурак, понимает, что его кормят и ждет терпеливо в сторонке, не рычит и не пугает этим прислугу. Надежды воспитать послушного песика крепнут.

- Что делаешь?

Девица вздрагивает и оборачивается.

- Л-леди?

Я жду ответа, скрестив руки на груди. Клинок неудобно сжимаю в правом кулаке.

- Я принесла еды его светлости, - девица не отрывает округлившихся глаз от оружия.

Явно в шоке от моей дерзости. Ну и плевать.

Перевожу взгляд на содержимое подноса. Сырое мясо и отварная крупа с овощами. С виду вполне себе сбалансированная собачья еда. Но просто так проследить, чтобы князь съел все до последней крошки, экономка бы служанку просить не стала. Им нужно было в чем-то убедиться. Вряд ли этими женщинами двигает забота о здоровье своего господина.

- Попробуй.

- Что? – девушка стремительно бледнеет, ее тело пробивает дрожь.

Не жалко.

- Попробуй, говорю. Давай. Это приказ.

- Но л-леди Ниль, это пища для зверя.

Его светлость в клетке начинает рычать. Торопит, чтобы его накормили. Ничего, подождет. Лучше так, чем к праотцам отправиться. Что они за отраву туда подсунули и кто за этим стоит? Сами слуги бы на убийство своего господина не решились.

Служанка заглядывает мне за спину, отчаянно глядит туда, где, по ее мнению, за дверью ждет экономка. Не дождется, никто ее спасать не придет.

- Долго мне еще ждать? – спрашиваю строго, невзначай играясь с клинком, лезвием отбрасывающим по комнате блики.

Ух, если бы кто со мной в таком тоне говорил, да еще оружием угрожал, я бы испугалась.

Но эта Пегги, так ее кажется зовут, даже не шелохнется.

- Я не п-понимаю…

Так и будет строить из себя дурочку? Делаю шаг вперед.

- Что здесь происходит? – а с этим голосом в грозности мне точно не соревноваться.

Оглядываюсь.

Капитан рыцарей. Суровый, невзлюбивший меня мужчина сорока с хвостиком лет, все его тело просто груда мышц. Как удачно, что именно он нас здесь застал.

- Пегги? Почему ты плачешь? Госпожа Кора без сознания снаружи. Это ваших рук дело, леди?

Глаза капитана полыхают яростью, стоит ему заметить в моих руках клинок, а то, как он выделил обращение «леди», заставило бы кого другого от страха забыть собственное имя.

- Господин Бьорн, всхлип, мы с госпожой Корой всего лишь принесли его светлости поесть. А л-леди появилась внезапно и начала заставлять меня…С-съесть это!

Пегги пальчиком указывает на миску с сырым мясом, утирая тихонько слезы.

Капитан хмуро переводит взгляд с еды на меня. Еще один представитель сильного пола, что не переносит женских рыданий?

- Да, - пожимаю плечами, меня не запугать. – Мне не спалось, решила немного поработать и услышала очень интересный разговор. Подозреваю, что эта пища может быть отравлена.

Пегги трясет. Теперь она знает, как бояться?!

- Потерявшая сознание экономка тоже ваших рук дело?

Киваю. К счастью, откуда я взяла холодное орудие меня не спрашивают.

Волк в клетке снова рычит. Слюна капает с его пасти. Ух, какие зубки!

- Странно, для ужина время прошло уже давно, - добавляю, как бы между прочим.

Время, поди, за полночь уже перевалило.

Капитан Бьорн, прищуриваясь, разглядывает личико бледной Пегги. Из нас двоих самообладание не может сохранить именно она. Как говорится, на воре и шапка горит. А у таких умудренных опытом рыцарей должен быть развит нюх на все подозрительное. Рыцарь делает правильные выводы.

Неплохо. Я думала, ему плевать, кто действительно виноват, и все равно крайней буду я. Как же, такой ведь прекрасный шанс от меня избавиться! А капитан рыцарей, оказывается, человек, которому не чуждо чувство справедливости.

Но он не успевает ничего предпринять.

Почти одновременно происходит несколько событий.

Пегги толкает поднос внутрь клетки, прямо к лапам ожидающего добычи волка, который без лишних расшаркиваний принимается жрать, уж по-другому это не назовешь. А кормили ли его вообще сегодня, учитывая то, с каким голодным аппетитом он поглощает эту отраву?

Сразу после такого приема сама служанка вдруг заваливается на пол. Из ее рта начинает хлестать пена.

- Виверна тебя задери! – ругается капитан Бьорн, бросаясь вперед.

- Тащите ее в медпункт! Я проверю волка.

Его светлость поворачивает голову на бок, в карих глазах так и читается вопрос: «Это ты про меня говоришь?». Облизывается.

Зараза, уже все успел сожрать! Что, вкусно было?! Честное слово, он как будто специально! И смотрит еще теперь так нахально, мол, ну и что теперь будешь делать.

Бьорн сгребает вздрагивающую без сознания служанку на руки и быстро удаляется прочь. А я серьезна была насчет волка. Капитан и не думал, что новая хозяйка так безрассудно полезет в логово хищника, смело оставляя меня наедине со зверем.

Достаю из кармана домашнего платья ключ от клетки.

- Ты же хороший мальчик, да, князь Агнар?

9

Со скрипом дверь клетки открывается. Сумасшествие чистой воды. Но и смотреть, как гибнет величественное и гордое создание не могу. Неизвестно, как быстро подействует на такого здорового волчару местная отрава. Что за вещество, какая была дозировка – много вопросов и мало ответов.

Но, судя по поведению служанки и подслушанному мной разговору в коридоре, благоприятный исход вряд ли возможен. Если уж решились на подобное, то далеко не витаминки примешали в пищу. Из-за пустяков так рисковать никто не станет.

Зверь пятится назад, во тьму, неосвещенную светом от фонаря. Вряд ли ему страшно, скорее наоборот, хочет выждать время для внезапной атаки. Эта клетка воспринимается волком как личная территория, а я, переступившая порог вторженка.

Сжимаю крепче рукоять бутафорского клинка с коротким лезвием, который больше напоминает удлиненный кинжал или женскую версию меча, это единственное мое оружие, роковой ошибкой станет его потеря. Сподручнее были бы транквилизатор или электрошокер, но выбирать не пришлось, надо радоваться тому, что есть хоть что-то.

На лбу выступает испарина. То, что я знакома со смертью, не значит, что мне хочется снова ее испытывать. Не сейчас. Чем позже, тем лучше.

Кажись, яд не быстрого действия. Никаких признаков, что отрава начала действовать пока нет. На меня, не отрываясь и не моргая, смотрят сверкающие во тьме глаза.

Глупая затея. Откровенно идиотская. Тот факт, что я знаю, как обращаться с собаками, не означает, что я всесильна и способна подчинить своей воле дикого зверя. А волки – не собаки, пусть и являются прародителями последних. Но если мой план сработает, то я не просто спасу волка, я еще и смогу его подчинить. Лучшей возможности больше не представится.

Хочу я вступать в схватку со зверем меня не спрашивают. Назад пути нет. Мне нужно победить. Волки выбирают вожака свой стаи поединком. Эти животные знают только то, что слабый подчиняется сильному, но силу эту еще нужно доказать. Настоятельно не советую этот способ в качестве методике по дрессуре вашего волка.

Обстановка накаляется. От напряжения каждая клеточка тела в боевой готовности.