Хэйли Джейкобс – Бесполезная жена герцога южных земель (страница 37)
Следующие несколько дней проходят до тошнотворного спокойно. Ни кареты — ее обломков — ни кучера-предателя так и не находят, словно ничего из этого никогда не существовало.
Я не навещаю Глена. Генри докладывает мне каждое изменение в его состоянии и этого вполне достаточно.
— Снова рвется сесть за эти стопки бумаг. Я ему говорю, что работа никуда не денется, а он продолжает упрямиться. Все дела, что связаны с организацией охоты, тоже пытается контролировать сам…Ева, может, ты… — Генри жует мандарин, составляя мне компанию, вернее, отвлекая меня от чтения.
В этот раз не роман. Непривычно, да? Для меня тоже. Это стопка газет за прошлые года, причем не только нашей империи, но и зарубежные.
— Пожалуй, нет. Как его раны? — не поднимаю головы от чтива, но так и вижу, как Генри закатывает на меня глаза. Встречаться с Гленом я лично не намереваюсь так долго, как только возможно. Лучше нам отдалиться друг от друга. Как говорится, с глаз долой…
— Я что, по-вашему, заделался гонцом? Или шпионом?! Если так интересно, спроси у него сама,
— Вот как, — комментируя я тираду деверя, стараясь не показать на лице ни единой эмоции. Это только больше распаляет подростка.
— Ага! Каждые два часа командир рыцарей к нему с докладом бегает, расследование такое развернули, что этого кучера все герцогство в лицо знает, везде плакаты с его физиономией, живым или мертвым награда за него такая, что нет-нет я сам подумываю присоединиться к поискам.
— Да? — переворачиваю страницу старой газеты не особо заинтересованно в беседе.
— Не веришь?! Глен хочет непременно найти преступника и тех, кто за ним стоит. В этот раз он спуску им не даст. Как он вообще вдруг решился в карету сесть? Ева, вы, северяне, что, владеете особыми чарами? — Генри чистит еще один мандарин и кидает его в рот целиком. — Если бы я знал, что вы на море едете, с вами бы поехал. Но нет, вы предатели, дождались, пока я свалю из дома в этот «поход» и умчались вдвоем. Нечестно вообще.
— Считаешь? — пробегаюсь глазами по заметке в газете о возведении в титул виконта адмирала флота и передачи ему земель в заморской и далекой стране.
— Ну да! — Генри продолжает распаляться, вымещая запал на кожуре нового мандарина, горка очистков на столе заметно растет. — Я и говорю, чары. Мой брат вообще таким раньше не был. Море, пикник на пляже, в карету сел. Не узнать просто. Уж после смерти нашего отца так точно…Да и повстанцы эти тоже стали больно смелыми. Как же подло с их стороны использовать те же приемы! Неудивительно, что Глен сейчас рвет и мечет. Это же не просто покушение, это как плевок в нашу сторону. Но, знаешь, раз имеется такое сходство, то, возможно, что за всем стоит тот же человек, что тогда…
Я убираю газету прочь и поднимаю глаза на жующего Генри, холодея внутри.
— Ну-ка повтори.
Ему удается завладеть моим вниманием, выдавая эти рваные куски информации безо всякого фильтра.
Юноша доедает все мандарины и принимается чистить банан.
— Будешь?
Протягивает руку с желтым фруктом, но я качаю головой, в ожидании подробностей. Генри пожимает плечами и запихивает в себя половину банана.
— Что? Чего ты на меня так смотришь? — с полным ртом бурчит малец.
— Шпионом тебе никогда не быть. Язык как помело.
Подросток демонстрирует глотательный прием и отвечает:
— Ну…раз, говорю, тот же человек стоит за вашим падением в реку, то, может, если его поймают, отец сможет лежать в земле спокойно, да и Глена ведь давно тяготит это дело, пусть он ничего и не говорит. Тогда так никого и не нашли из виновных. И ты знаешь, какой он. Гнев есть гнев, но едва ли он может затмить его рассудок. Пустой резни без гарантии того, что не пострадают невиновные, чтобы облегчить душу, он бы никогда не смог устроить. Поэтому заговорщики так и ходят на свободе…А помело что такое? Оно вкусное?
Я кусаю губу, игнорируя последний вопрос.
Узнала то, что мне явно было знать не положено.
— И все же…Знаешь, Ева, мне кажется, что мой брат не мог просто так сам сесть в карету. Скажи, ты его шантажом заставила? Как в той книге, про наследного принца и святую деву, где она борется с его страхом, угрожая раскрыть секрет о проведенной ночи в…
— Как его раны? — перебиваю я юношу, иначе снова услышу то, что мне не следует.
— А…да почти все зажило уже. У целителя нашего убойное средство. Любого на ноги поставит, — отмахивается Генри и продолжает уничтожать фрукты из корзинки, которую сам же мне и принес.
Я вздыхаю тихонько с облегчением. Это то, что я и надеялась услышать.
— Угощайся. Это Глен передал.
— И ты говоришь это только сейчас? — вздергиваю бровь и оббегаю демонстративным взглядом кожуру и кожицу от банана на столе.
— Из головы вылетело. Я начал эксперименты со изображением света, контрасты пока…
Дальше я уже слушаю вполуха.
Рада, что Глен идет на поправку. Дел у него полно, точно постельный режим как следует пациенту он не соблюдает. Нехорошо же, отдыхать нужно. Он же прямо на моих глазах сознание потерял, и его спина окровавленная мне до сих пор в кошмарах снится…Но это все равно не заставит меня к нему пойти.
Раз уж Генри говорит, что он идет на поправку, значит, так и есть. Да и Глен взрослый уже мужчина, сам разберется, жил же он как-то до моего появления в его жизни. Кто я такая, чтобы следить за тем, ест он, спит и принимает ли лекарства?
Отец нынешнего герцога умер в результате несчастного случая и это все, что мне удалось узнать до сих пор. Спасибо болтуну Генри, теперь я в курсе, что в прошлом произошел какой-то инцидент с каретой. И обстоятельства были похожи на те, что произошли накануне. Если все действительно так, до это ужасно.
Генри обмолвился о повстанцах. Значит, это и вправду их рук дело. Просто доказательств никаких. Чистая работа. Уж больно продуманно для сельских оппозиционеров.
Опять же, это тоже не мое совершенно дело. У меня, бесполезной жены, и поважнее есть заботы.
До развода согласно плану супруга осталось меньше девяти месяцев. Три уже пролетели, и остальные так же пронесутся перед глазами. Толкаю прочь навязчивые мысли.
Признаю, что к мужу у меня появились неуместные чувства. И это первый шаг по решению данной проблемы! Молодец, Ева. Горжусь.
Дальше… должно же быть проще?
31
Проще, да как бы не так!
Кто вообще решил, что избегать источник переживаний избавит от этих самых переживаний? Не видеть Глена в последующие дни стало слишком сложно.
Едва завидев фигуру мужа, я старалась сбежать как можно быстрее. Пару раз он меня даже окликал, но я упрямо делала вид, что ничего не услышала. Молодец, Ева!
Однако, один просчет в этом плане…
— Не откроешь? — звучит жалобно за дверью.
Черт!
…избегать кого-то сработает только если этот кто-то желает сотрудничать и в свою очередь не ищет с тобой новых встреч!
На исходе четвертого дня с нашего последнего с Генри разговора, аккурат во время заката, в выходной день, когда я великодушно отпустила своих горничных пораньше, герцог, будто выпрыгнув из табакерки прямиком на порог моего домишки принялся барабанить в дверь.
По другую сторону массивной двери я прикусываю губу.
— Пожалуйста…
Не припомню, чтобы этот мужчина мог был способен на настолько жалостливый тон.
Вдыхаю поглубже, набирая в легкие воздуха и успокаивая сбившееся с ритма сердечко. Наверняка у Глена снова появились проблемы с бюджетом или он пришел за советом как поступить с дворянами, что атаковали его прошениями принять их земли в долгосрочную аренду — решение земельного вопроса зашло им особенно хорошо — да, не придумывай себе лишнего, девочка.
— Ты все еще злишься, что я раздел тебя без разрешения? Прости… — приглушенный разделяющей нас дверью голос мужчины воскрешает в памяти события в пещере.
Меня бросает в жар.
Не обязательно было напоминать! Раньше я наготы не настолько чуралась, но когда вокруг все так блюдут нравы и приличия, вольно-невольно ты начинаешь делать тоже самое. Обычно после таких ситуаций, что произошла в пещере, мужчина обязан взять за девушку ответственность. Но…мы вроде уже и так женаты.
— Ева, честное слово, ты…хочешь уйти, да? Я тебе противен?
Он все не так понял.
Ну еще бы!
Безо всяких объяснений я держалась от него подальше, конечно, его сиятельство додумался до той причины, которая показалась ему наиболее логичной. Верно. Герцог же не эмпат, мысли и чувства как открытую книги не читает, истинную причину по которой я его избегала он вряд ли при ином раскладе способен распознать, а дать знать ему сама я, очевидно, не намерена. Никогда.
Уходить Глен, судя по всему, не собирается. Как-то это странно…Не похоже на поведение всегда собранного повелителя южных земель. Но все чаще и чаще он открывается мне с новой стороны, ломая прежнее о себе впечатление. Я не могу быть уверена, что знаю мужа до предсказуемости вдоль и поперек.
Бессмысленно продолжать прятаться. Рано или поздно снова предстанем друг перед другом. Не могу же я оставшийся срок годности данного брака сидеть взаперти?
Я тянусь к замку и робко отпираю дверь. Петли скрипят, в лицо тут же врезаются лучи заходящего за спиной Глена солнца. Моргаю и фокусирую спустя мгновение взгляд на лице мужа.