Хэйфорд Пирс – Искра Жизни (страница 52)

— И вы устроили засаду, — я жестоко проклинал себя за то, что оказался таким полным самодовольным идиотом. Если бы я только…

— Да. Как нам стало известно, ваша так называемая шлюпка значительное время проводила в челночных перелетах между двумя точками. Первая находилась на полуострове Дирпасс, а вторая — в центре самого озера. Мы быстро обнаружили вашу замаскированную базу здесь, в пещере, и пришли к выводу, что вы в своем не приспособленном для подводных погружений пузыре вынуждены будете сначала прилететь сюда.

— И вы стали нас поджидать.

— Именно. Стали вас поджидать, — с удовлетворением подтвердил преподобный Шем. — И дождались.

Я снова едва не застонал.

«Чего же дожидается Поплавок? Неужели я все должен делать сам?»

— Ладно, — пробормотал я самым жалобным и обреченным голосом, какой только смог изобразить. — Только не надо рассказывать мне, что вы собираетесь делать с Включателем — я этого знать не желаю.

— С Включателем? Вы так это называете?

— Да. Или Искрой Жизни. Но это не имеет значения. В данный момент. Может, вы позволите мне встать и попрощаться с Эрикой? Или убьете прямо на земле, как ядовитую змею?

Наступило продолжительное молчание. Природная осторожность Шема явно боролась с любовью к показному благородству и честной игре, о которых он читал в наименее кровавых главах Ветхого Завета. Я затаил дыхание, ожидая ответа.

— Пока будете лежать, как лежите, — наконец заговорил он. — Сначала я должен проверить, надежно ли связаны ваша женщина и ваши инопланетные… коллеги. Боюсь, нам придется вести их через лес к нашим кораблям. Однако прежде чем их уведут, я, возможно, и позволю вам кратко… — Его голос стал отдаляться — он отправился на противоположную сторону пещеры. Оттуда донеслись приглушенные голоса. — Хорошо, — через минуту уже громко произнес Шем. — Пускай встанет. Расположитесь так, чтобы в любой момент иметь возможность мгновенно убить его и не угодить в кого-нибудь из своих.

С бьющимся сердцем я поднялся с земли. Ноги дрожали. Ладно, Мэдиган, в бешенстве подумал я, вот ты и на ногах, как хотел, обнаженный, беспомощный и окруженный дюжи-ной религиозных фанатиков с плазменными ружьями. Интересно, что же ты собираешься делать дальше?

«Ну где же Поплавок? Может, она выбрала именно этот момент, чтобы родить, и вовсе не собирается приходить нам на выручку?»

Я бросил взгляд на группу людей в дальней части пещеры. Эрика, как и я, была обнажена, руки и тело крепко-накрепко связаны специальной лентой. Возле нее застыли двое Сыновей Ноя с плазменными ружьями наизготовку. Трое других Сыновей принялись осторожно обматывать лентой гладкое голубое туловище Яйца. Инструментальный пояс Незапамятного с него сняли, и теперь он лежал на полу чуть в стороне. Один из Сыновей отошел, и я увидел, что Невидимку тоже раздели и теперь обматывают лентой так же, как Эрику. В нескольких шагах от них пристально наблюдал за происходящим преподобный Шем в черной боевой форме. А рядом с ним находились еще четверо бойцов в форме и шлемах; двое из них осторожно держали за концы Искру Жизни, как будто ожидая указаний, что с ней делать дальше.

Я ждал, затаив дыхание.

— Ладно, Мэдиган, — наконец обратился ко мне Шем монотонным голосом. — Можете сделать несколько медленных шагов вперед и сказать последнее прости своей женщине. Но не более пяти шагов. После этого мы уходим — а вы остаетесь здесь.

— Нет! — закричала Эрика. — Вы не можете…

Яйцо начало делиться на две половинки.

Все в пещере застыли, наблюдая, как неглубокая бороздка превращается в глубокую трещину, разделяющую верхнюю часть тела Яйца. Выглядело так, будто его разрубили каким-то невидимым топором. Там, где тело успели обмотать прозрачной лентой, появилась тонкая черная линия, а верхняя и нижняя части уже отделялись друг от друга. Единственное, что теперь скрепляет его, с ужасом подумал я, это лента…

Некоторое время Яйцо качалось взад и вперед, затем стало медленно валиться на пол. Стоявшие вокруг него Сыновья Ноя, перепуганные, должно быть, куда больше меня, тут же отскочили от пленника. Те, что окружали Эрику и преподобного Шема, оставались на своих местах с разинутыми от удивления ртами.

«Ми… ми… ми-как-то там, — соображал я, глядя, как медленно валится Яйцо. — Митоз? Так, кажется? Так это он и есть? Вроде бы кто-то рассказывал, как размножаются Незапамятные — делением. Неужели этому способствовало присутствие Искры Жизни?»

Но пока Дари Мэдиган стоял с открытым ртом, парализованный неожиданностью, а в голове у него вихрились совершенно бесполезные мысли, по крайней мере, один из нас решил использовать подходящий момент. Невидимка, чья охрана на время забыла о нем, сделал два быстрых шага вперед и голой прозрачной ногой коснулся нижней части правой ноги Шема.

Пещеру огласил дикий крик. Голова преподобного Шема запрокинулась, а руки дико задергались. Какое-то мгновение я не понимал, что происходит, но, увидев множество маленьких молний, бушующих в теле Паупаутама, вспомнил: ведь он не просто Невидимка, а еще и нечто вроде электрического угря, самая настоящая ходячая электростанция. И сейчас он, похоже, вложил в разряд всю энергию до последнего вольта.

Шема продолжало бить током. Уже не в состоянии кричать, преподобный теперь лишь дико размахивал руками. А потом, будучи все еще в контакте с ногой Паупаутама, будто приклеенной к ней молекулярным клеем, он тоже начал валиться на пол. Когда он упал, я заметил, что его левая рука сжимает стержень Искры Жизни, совершенно ошалевшие от происходящего солдаты продолжали держать ее на весу.

К тому моменту, когда тело Шема коснулось пола, его руки и голова светились ярким зеленоватым светом. А мгновением позже они начали плавиться.

И, к моему вящему ужасу, то же самое стало происходить с Паупаутамом, чья нога по-прежнему касалась ноги Шема. Не более чем за три или четыре секунды все его тело налилось зеленым светом, затем он вдруг начал таять, как снежная баба в печи, и, наконец, превратился в бесформенный зеленый желеобразный ком. Он медленно потек по полу пещеры. Внутри этого кома я различил Искру Жизни и черную боевую форму — все, что осталось от преподобного Шема.

Я едва удержался от крика. Именно в этот момент Поплавок ринулась с потолка вниз и своими длинными тонкими руками сунула в мои онемевшие руки землеройку.

С секунду я стоял, тупо глядя на нее, затем пальцы легли на панель управления и я, не задумываясь, рассек пополам солдата, имевшего неосторожность стоять прямо передо мной. Я развернулся к двум другим.

— Ружья! — крикнул я. — Бросьте их! Бросьте, бросьте, бросьте их!

Они с ужасом уставились на меня, как будто я превратился еще в одно инопланетное чудовище. Ружья выпали из их парализованных страхом рук, еще через мгновение они уже неслись к выходу из пещеры.

— Эрика! — крикнул я, резко разворачиваясь. — Быстро в…

Слова застыли у меня горле. Я увидел, как один из солдат в панике рванулся в прочь от медленно ползущей массы и в отчаянной попытке сбежать, изо всех сил оттолкнул Эрику в сторону. Связанная, она тоже начала падать так медленно, как при замедленной съемке.

Падая, она встретилась со мной взглядом.

— Эри… — закричал я.

Она упала прямо на верхушку светящего зеленого желе, еще недавно являвшегося Шемом и Паупаутамом.

— Ларри, — прошептала она. — Я люб…

Через несколько секунд она тоже превратилась в неотличимую часть кома, когда-то бывшего тремя живыми существами.

Не веря собственным глазам, я не чувствовал, как подгибаются ноги. Не в силах вздохнуть, я стоял на четвереньках, а в это время последние солдаты в панике исчезали в ночи. Неожиданно я остался в пещере с Поплавком, Яйцом и… и…

Будто откуда-то издалека я слышал пронзительный вопль ужаса, и он все продолжался и продолжался. Только через некоторое время я осознал, что кричу сам. Тут я почувствовал, как кто-то тянет меня за руку. Я поднял голову и увидел, что это Поплавок. Она разразилась обычными негромкими раскатами грома, теперь они оставались непереведенными. Переводчик, тупо подумал я, переводчика больше нет. Нас лишили возможности общаться…

Поплавок продолжала тянуть меня за руку. Как во сне, я позволил поставить себя на ноги. После этого она медленно повела меня туда, где лежало Яйцо. Я равнодушно посмотрел на него, без малейшего интереса или любопытства. Теперь Яиц стало два, гораздо более тонких и вытянутых, чем изначальное. Посередине они остались стянуты прозрачной лентой.

Поплавок снова заговорила и принялась тянуть ленты. Я нагнулся и взялся ей помогать. Когда мы сняли остатки ленты, и оба Яйца освободились, я увидел, как их щупальца слабо шевелятся. Без всякого удивления я наблюдал, как Поплавок пытается подкатить одно из Яиц к светящейся массе желе. Я никак не мог понять, зачем Поплавку это нужно, но почему-то решил, что это очень разумно. Но даже длинное тонкое Яйцо оказалось слишком тяжелым для Поплавка. Я опустился на колени и помог ей закатить Яйцо в желе. Когда оно полностью растворилось, мы закатили туда же и второе Яйцо.

В ярко-зеленом свечении желе появились голубые искорки. Где-то в глубине я заметил слабые вспышки белого света — одну, втору, третью…

Заинтересовавшись, я как-то отстраненно подумал, что почти так же выглядели внутренности Паупаутама. Может он все еще жив там, внутри желе?