Хэля Хармон – Непокорный трофей Ледяного дракона (страница 5)
У меня в груди всё обрывается. Вот оно что. Сама. Я сама виновата… Вот
– Не надо… – у меня дрожат губы.
– Неужели? Хм… А если сделка, Линда? Например, за поцелуй…
– Нет!
– Закрой ротик, девочка, – Авалон встряхивает меня за плечи, – и слушай, когда я говорю. За поцелуй… я скажу тебе, где твой брат. Что с ним. И может даже позволю тебе его увидеть… хотя нет. Это много за один поцелуй… Просто скажу где он. И могу разморозить твоего крылатого пони, принцесса. А не расколоть в пыль, как собирался полминуты назад…
Перестаю сопротивляться.
– Кай жив? – шепчу непослушными губами.
Авалон молчит. Его горячие ладони проглаживают мои руки от запястий, к локтям, вверх… на плечи… Проводят по шее – я вмиг покрываюсь мурашками, утонув в ощущении смертельной опасности и… чего-то ещё… непонятного. А руки Авалона замирают на моём лице, он гладит пальцами мои щёки, скулы. Ещё через миг одна его рука уже сжимает мои волосы на затылке, заставляя чуть запрокинуть голову. Другая – еле ощутимо касается подушечками пальцев моих дрожащих губ.
Меня буквально дёргает изнутри. Точно силовой разряд по телу проходит. Я словно загнанная добыча.
Авалон продолжает молчать. Всё ясно-всё ясно. Он и слова не скажет, пока не подчинюсь.
– Хорошо… – выдыхаю, и до меня с ужасом доходит, в какое положение я – принцесса Этны – ставлю себя этим согласием.
Заглядываю в льдисто-голубые глаза своего мучителя. Убеждаюсь вновь – просить, умолять, взывать к королевской чести – одинаково бессмысленно.
И принимаю решение.
Сама приближаю лицо к Авалону. Поднимаюсь на носочки.
Слёзы катятся по щекам.
Я крепко зажмуриваюсь.
Я готова, что губы Авалона будут жестоки. Что он сейчас унизит меня этим поцелуем – как всегда унижал словами.
Но…
Ледяной Дракон прикасается неожиданно деликатно.
Его губы горячи. Он нежно прикусывает мою верхнюю губу, затем нижнюю. Коротко. Колко. И уже знакомая плавкая волна страха…
Весь мир – словно заполнил запах льдистой мяты, от которой у меня пробирает холодок под коленями и ноги хотят подогнуться… Именно это сейчас и произойдёт…
Горячие сильные руки принца Авалона тут же оказываются на моей талии, помогая удержаться.
– Расслабься, Линда… – чуть отстраняется Авалон на короткий миг, лишь чтобы выдохнуть мне в лицо тихий приказ, – ты очень вкусная, девочка…
Я подчиняюсь.
И Ледяной Дракон тут же вновь припадает к моим губам и сразу углубляет поцелуй.
Глава 3
Её поцелуй такой сладкий, и она интуитивно отвечает мне… безупречно. Именно так, как мне нужно. Совсем как когда танцевала со мной драконий виерр. Абсолютное совпадение.
И я усиливаю напор. А она стонет. Стонет мне в рот. Если сейчас прерваться – она, конечно, сделает вид, что пыталась отстраниться. И стон был от её бурного нежелания меня целовать.
Но я слишком хорошо знаю разницу.
Огненная принцесса ещё не скоро признается себе. Но знаки тела бесспорны.
Я провожу рукой по её груди, ненавязчиво. Она тут же дёргается. Ну нет, девочка. Стой, где стоишь.
Моя рука скользит вниз, сжимает аппетитный зад принцессы. Снова нежный стон.
Я не сдерживаюсь.
Нежно глажу и сминаю руками её тело руками вновь и вновь.
Она дышит тяжело.
Затем я заставляю её лечь на землю и вжимаюсь в тело принцессы. Полностью одетой. Пока…
– Авалон, – шепчет на ухо, её голос дрожит.
– Что Линда?
– Ты же сказал только поцелуй… отпусти, пожалуйста… ну пожалуйста…
Лежит подо мной. На спине. Я держу её за бедро, моё колено между разведённых ног трясущейся принцессы.
Я прижимаюсь коленом к её промежности. Совсем слегка. Лишь обозначаюсь.
Она тут же выгибается. И ей не скрыть от меня реакции своего юного горячего тела.
– Так и быть. Я сейчас остановлюсь, Линда. Но ты хорошенько запомни.
Часто кивает, я придавливаю её чувствительную промежность чуть сильнее и тут же убираю ногу, поднимаюсь и церемонно подаю руку растрёпанной принцессе.
Её глаза наливаются гневом. Хочет дерзить. Возможно ударить по протянутой руке. Хочет возмущаться тем как и в каких местах я к ней прикасался.
Хочет, но сдерживается.
Вся зажимается. И подаёт руку. Но я чувствую – она вся закрыта от меня.
Дёргаю за тонкое запястье наверх. Идеально выверяя силу. Лишний раз причинять боль моей нежной пылкой добыче я не собираюсь.
Затем перехватываю крепко тонкую талию одной рукой, подтягиваю Линду наверх, так что её аппетитная грудь оказывается на уровне моего лица. Она не успевает сообразить, что я сейчас сделаю.
Миг, и я рву у неё на груди одежду. Оголяя лишь зону декольте. Сильнее не требуется. Мысленно усмехаюсь: остальное позже.
Припадаю к нежной коже принцессы над левой грудью, частично трансформирую зубы, выпуская пару клыков. Я прокусываю её кожу и впускаю в кровь совсем немного… Ничтожно мало яда.
Да… Ледяные и Огненные Драконы ядовиты. Потому эти два клана и остаются сильнейшими. Прочие – вырожденцы. Яд смертелен для врагов, но для выбранных Драконами…
Тело Линды выгибается в судороге. Мой яд растекается по её венам. Она дрожит. Её скручивают
– Авалон, – дрожащий шёпот Линды. Драконьи боги, она так очаровательно покраснела, – что это… что ты сделал… зачем…
– Ты же понимаешь, что я сделал Линда, – усмехаясь выдыхаю в висок принцессе, всё ещё мелко подрагивающей на моих руках, – я обозначил, что ты моя. Можно было тебя взять сейчас здесь, прямо на земле. Но не хочу комкать. Поэтому Я укусил тебя, девочка. Впрыснул в тебя яд ледяного дракона… пока ты ещё не разделила со мной ложе… другие драконы смогут претендовать. Смогли бы. Но теперь никто не решится. От тебя будет пахнуть моей женщиной. Вот и всё.
Осторожно ставлю Линду на дрожащие ноги, скидываю с плеч накидку – льдистый серебристый мех – достояние Аскарда. Его не дарят даже дорогим гостям – правителям-иноземцам. Он только для членов правящей семьи Аскарда. И их избранниц.
Линда и так была слишком откровенно одета, а теперь я ещё и разорвал ей одежду на груди… чтобы я не сорвался раньше времени – ей лучше прикрыться.
– Уже похолодало Линда, запахнись,– поправляю королевский серебристый мех на плечах принцессы, – не искушай меня.
Уже давно стемнело.
Крылатый жеребец Эфес – лежит на всё ещё покрытой изморозью поляне на боку. Ледяной Дракон разморозил его, как и обещал. Но конь теперь приходит в себя. Периодически по копытам пробегает судорога. Глаза бешено вращаются. Одно крыло то складывается то шумно распахивается, второе – лежит распластанное на земле, точно его парализовало.
Смотреть на благородного страдающего зверя слишком больно. Так что я с тяжёлым вздохом отворачиваюсь от Эфеса. Мы с принцем Авалоном сидим у разведённого им костра на чёрных камнях разваленного храма. Ледяной Дракон сидит так близко, почти касаясь меня. Но к счастью, не пытается больше дотронуться. Даёт мне передышку.