Хэля Хармон – Мой Истинный Дракон – Монстр! (страница 3)
Он медленно хищно опустился на постель, затем просто схватил меня за щиколотку и потащил в направлении изножья огромной кровати. И вот я уже не сижу, сжавшись в комочек где-то на подушках, а лежу на спине примерно на том же месте, на котором проснулась. Гидеон мягко навалился сверху.
– Смотри на меня, Эстер.
Невольно подчиняюсь. Эти грозовые глаза. Меня в них словно затянуло. Мне вдруг представилось, что я одна в бескрайнем поле. Порывистый ветер гнёт к земле длинные травы, а у меня – лишь слегка развеваются волосы. А в сером небе формируется смерч. Прямо надо мной. Бежать некуда да и поздно. Новорождённый смерч опускается с небес прямо на меня. Я зажмуриваюсь, а когда открываю глаза – я уже в его центре. Попала в безветренный “глаз бури” – в центре воронки смерча. Вокруг меня пугающие воздушные потоки ходят по спирали, по ним пробегают редкие иссиня-белые молнии. Но надо мной очерченное ровным кру́гом ясное лазурное небо. Здесь штиль. Маленький рай, окружённый разрушительным клокочущим адом.
Глаз бури расширяется. Теперь это небольшая полянка вокруг которой неистовствует природа. От воздушного потока отделяется фигура.
Гидеон соткался из смертоносных воздушных потоков в сиянии молний. Больше чем магия. Как-то это…
Гидеон в чёрно-серебристых старомодных одеждах, отдалённо напоминающих парадную форму легионеров Тьмы. Каждая деталь подчёркивает мощь мужского тела, силу.
Я задыхаюсь от стихийного притяжения. Оттого что на меня неотрывно смотрят опасные серые хищные глаза, от лёгкой полуулыбки, от тяжести и тепла рук Дракона, что легли только что на мою талию.
– Вот так Эстер, – шепчет Гидеон, а его руки скользят по моему телу, от талии в вверх – по спине, на шею, легко сдавливая, показывая, что
– Ах!.. – тихонько вскрикиваю от неожиданности, и сердце вмиг разгоняется, когда Дракон крепко прижимает к себе, приподнимает, подхватив меня пониже спины. Так что наши лица оказываются на одном уровне.
– В сердце шторма безопасно, Эстер. Видишь, тебе не надо меня бояться.
Гидеон неожиданно нежно и острожно прижимается к моей шее горячими губами. Контраст между его бессовестными руками, изучающими меня везде и нежными опаляющими губами, которые словно просят разрешения.
– Как ты хочешь Эстер, так? – Дракон развратно сжимает мои ягодицы, заставляя жар желания отчаянно пульсировать внизу моего живота, – или так?.. – и Дракон очень деликатно касается моих губ не вторгаясь. Лишь слегка ласково прикусывает мою верхнюю губу и дальше не идёт. От этого в моей груди рождается распирающее нежное тепло.
Заглядываю в глаза Гидеона. И снова это насмешливое выражение. Снова смотрит, как будто он мой хозяин.
Тогда тепло из груди уходит, а жар внизу живота обостряется.
– Что-то тут не так, – выдыхаю я, прикрывая глаза, позволяю Дракону удерживать меня на весу одной рукой пока другая – блуждает по моему телу, обозначая, что всё здесь принадлежит ему, Дракону, – прошу тебя…
– О чём просишь Эстер? – голос Гидеона сейчас звучит как мурлыканье дикого лесного кота.
Я промаргиваюсь.
И понимаю, что нет никакого поля и "глаза бури".
Я лежу на кровати под Гидеоном. На Драконе из одежды по-прежнему лишь полотенце… А может, нет и его… А на мне сейчас только длинная расстёгнутая рубашка. Дёргаюсь, когда рука Дракона проскальзывает под неё. И вот Моя обнажённая грудь – уже в его ладони. Каждое нежное сжатие – новая волна тепла над лоном.
Я накрываю своей ладонью руку Дракона, что сминает мою грудь.
– Мне страшно, – выдаю умоляющим дрожащим шёпотом, – Я не помню, как здесь оказалась. Я боюсь, что не смогу выйти… Я…
Гидеон слегка приподнимает мою голову над подушкой, поддерживая под затылок. Невесомо касается моего лица губами, выпивая слезу. И страх "выпивает" вместе с ней. Удивлённо хлопаю глазами.
– Что так удивляешься, Эстер? Что я не полностью обессилен своими тюремщиками и ещё способен к простейшей чёрной магии? Или что желаю лишить страха свою Истинную?
– Я хочу, – невпопад отвечаю я, – по-настоящему тебя не бояться. А не потому, что ты исправил это магией. Хочу, чтобы рассказал, как выйти за пределы магического контура. Хочу доверия. Чтобы ты позволил мне уйти и вернуться. По своей воле.
– Как много желаний, – усмехается Гидеон, и рука так и замершая на моей груди снова мнёт её, то обходит пальцами широкое основание, то захватывает полностью горчей ладонью, – ты знаешь, что я здесь заперт.
– Да, об этом я слышала. Но… выпустить меня ты ведь можешь?..
Дракон замирает. Вот это – действительно пугает.
– Чтобы ты ушла и не вернулась? – вдруг зарычал Гидеон, его рука прекратила терзать мою грудь и жёстко легла мне на горло. Я вся сжалась под этим мощным хищником. За распахнутым окном засверкали молнии, загрохотало, и начался неистовый ливень.
Я тут же схватила двумя руками Дракона за запястье. Ему ничего не сто́ит сломать мне шею. Но он просто держал, не давил, не препятствовал дыханию. А штормовые глаза были холодны и злы.
– Почему… – сипло шепчу я, от неожиданности, – почему ты решил, что не вернусь?.. Ведь меня тянет. Я знаю про Истинность…
– Будет новый браслет, – рычит Дракон, вжимающий меня своим телом в кровать. Но в его голосе я теперь слышу намного больше боли, чем ярости, – Будет ещё один год без тебя. И ещё. И ещё. Они до одурения будут надевать на тебя артефакты, а я буду сходить с ума в этой ловушке. Так что нет, Эстер. Твоё место здесь. Привыкай.
Глава 4. Беги!
Сначала я затаилась. Лежала тихо как мышка. Не понимаю, сколько времени прошло после вспышки гнева Гидеона.
Дракон позволил мне мягко вывернуться из его объятий. Лёг на спину, на подушки и слепо уставился в потолок, словно впал в транс. А я медленно приблизилась, как будто я заперта с хищником в клетке. (Как будто я сама не хищник!)
Осторожно устроилась рядом, положила голову на плечо своего Истинного. Он не возражал. Только запахнула рубашку, одеваться не стала. От Драконов нельзя закрываться, их это бесит. Читала. Слышала. А этот мой Дракон ещё диковат и малость озверел от одиночества.
Я думала, он забыл, что я здесь.
А потом вдруг почувствовала, что Гидеон медленно и осторожно гладит мои волосы. И пока его рука ласково меня касается, я медленно вспоминаю вчерашний день. Затем вечер. Память неохотно заполняет чёрные лакуны:
Мне нужно всё обдумать дома. Обсудить. С папой, например. Маме лучше не рассказывать.
А я, кажется, начала дремать… Так и лежала почти голая, уютно угревшись на горячем плече дракона, вдыхая его запах. Слушая шум дождя и далёкие громовые раскаты за окном.
И вдруг Гидеон заговорил:
– Ты ведь не вернёшься ко мне, Эстер. Максимум вместо тебя явится Серебряный Змей. Принесёт мне
Почему-то мелькает мысль:
– Почему улыбаешься, Эстер, – хрипит Гидеон, словно раненый зверь, – нравится когда я такой? Злой и хватаю тебя за твою хрупкую шейку?..
Я невольно касаюсь кончиками пальцев шеи. Он давно отпустил её. Но кожа горит, как будто помнит его прикосновения. Он держал жёстко, но осторожно. Насчёт “понравилось ли мне”… может, и да. Что-то в его руке на моей шее однозначно было. По крайней мере, плотское желание, когда он взял меня за горло, – однозначно усилилось. Но в этом я ему, конечно, не призна́юсь.
Вот только моя улыбка стала чуть шире. А брови Дракона удивлённо поползли вверх.
Кажется, он понял?! Надеюсь, это просто моя выразительная мимика, а не полное отсутствие ментальной защиты.
Кажется, настроение у него чуть улучшается. Дождь стал тише. Гром глуше. Ветер за окном не сгибает пополам деревья. Я уютно двигаюсь Дракону под бок, и теперь касаюсь его всей поверхностью тела.
– Значит, хочешь покинуть своего Истинного, Эстер, – холодно заключает Дракон.
– Я не хочу, чтобы ты страдал, – тихонько отвечаю, беру Дракона за руку (Изначальная сила, как же всё странно!!!), сплетаю свои пальцы с его. Второй рукой ласково поглаживаю тыльную поверхность его крупной кисти, – Правда. И артефакт, заглушающий зов больше не надену. Обещаю. Без моего согласия его надеть нельзя…