Хэлла Флокс – Катастрофа четырёх миров (страница 13)

Но как бы я ни была зла, слабость брала своё, утягивая меня в темноту. Сознание медленно затуманивалось, и последнее, что я услышала, был тихий шёпот домовушки:

– Спи, Каролина. Всё будет хорошо…

ГЛАВА 6 И начались студенческие будни

С утра я проснулась от стонов собственного желудка. Кое‑как разлепила глаза и с изумлением осознала, что проспала целые сутки! За окном едва брезжил рассвет, его первые лучи робко разбивали сумрак комнаты.

Взгляд невольно упал на противоположную кровать, где мирно спала домовушка. Во сне она выглядела ещё милее: закутавшись в одеяло по самую шею, она смешно дёргала носом, пытаясь убрать мешающий локон. Я ещё никогда не видела настолько чёрных волос с бронзовым отливом. На Земле, конечно, можно встретить самые разные оттенки – экспериментаторов хватает. Но у домовушки точно натуральный цвет, и я уверена, что это отличительная черта домовых, обозначающая нечто важное.

При первой встрече она упоминала, что домовые служат хозяину и привязаны к дому. Был и второй вариант, о котором я не успела дослушать. Теперь я с нетерпением ждала, когда девушка проснётся, – хотелось услышать её историю.

Желудок снова протяжно завыл, скрутив меня в узел. Почти два дня ни крошки во рту! Пойду хоть воды попью. Спуститься в столовую и начать шарить по полкам в поисках еды так рано – смелости у меня не хватит. Я пока не знаю всех здешних правил: вдруг каждый закупает продукты для себя и готовит отдельно? А если я случайно съем чужое? Кто знает, может, потом за это «слопают» меня… Лучше потерплю и подожду, пока проснётся домовушка.

Откинув одеяло, я обнаружила на себе вчерашнее платье с разорванным рукавом. Стыд мгновенно залил щёки. Кружевной краешек бюстгальтера кокетливо выглядывал из-за лохмотьев, в которые ректор превратил мой наряд. Надеюсь, ему было не до разглядывания моего эротического белья – другого в моём гардеробе просто не было. Ну, мамочка, ну удружила!

Так, а где мой Циклопик? Вчерашнее единение с этим монстром сейчас казалось сном – браслета нигде не было. Но витиеватый узор, протянувшийся по всей руке от запястья до плеча и расползающийся по правой груди, красноречиво напоминал о реальности произошедшего.

По телу пробежала предательская дрожь. Такой «подарочек» вряд ли сулит что‑то хорошее. Осталось выяснить, что именно. Я внимательно присмотрелась к руке.

В сумраке комнаты в узоре татуировки явно угадывались символы – они переливались в слабом свете, пробивающемся сквозь окно. Надо будет потом зарисовать их и порыться в учебниках – может, что‑то найду. Всю библиотеку перелистаю, но до истины докопаюсь. Не нравятся мне такие «подарочки».

Прихватив халатик, я на цыпочках пробежала в ванную комнату.

– Кики, – шёпотом позвала я помощника, который, как оказалось, был духом‑хранителем академии, потерявшим память.

Как всё сложно!

Но Рэдати почему‑то не появлялся. Неужели вчера, когда он выставлял ректора из нашей комнаты, он настолько ослаб, что сейчас не может откликнуться на мой зов?

Ну ладно, попробую справиться сама.

Помучившись немного с магической системой наполнения ванной – то, вода лилась ледяная, то вдруг обжигающе горячая, а разок и вовсе вместо воды хлынул душистый пар, – мне всё же удалось справиться с этой задачей. Я с наслаждением погрузилась в тёплую воду, от души вдохнула аромат лаванды, которым наполнилась комната, и продолжила размышлять.

Нужно собрать всё в единую картину, хотя бы то, что касается духа‑хранителя. Она не просто помогает адептам с бытовыми делами: она и есть сама Академия, её душа. Её создатель, мой отец, питал хранительницу своей силой. Но когда он покинул Силай, душа академии стала засыпать. А потом появилась я и пробудила Кики. Чем это грозит пока неизвестно.

Предупреждение от хранительницы, что меня ждёт тяжкая ноша, которую, возможно удастся преодолеть с помощью дара видеть добро, – вгоняло в дрожь. А с чем или кем переплетена моя судьба? Кики пророчила мне спасти этот мир… Получается так?

Но думается мне: героини из меня не выйдет.

– Нет, я так не могу! Мне срочно нужна Кики, – нервно пробормотала я себе под нос и погрузилась под воду с головой.

Ректор говорил, что я подпитала хранительницу. Но как?

Думай, Кара, думай! Вчера я поделилась с Кики своими воспоминаниями, кусочком жизни. Может, попробовать снова?

Вынырнув, я наспех вытерлась и надела халат. Уселась прямо на пол в позе лотоса и стала мысленно рисовать Землю: наши прогулки с родителями по лесам, поездки в горы – как там было красиво! Я восхищалась природой, пением птиц, ощущала невероятное спокойствие на просторном зелёном лугу, где ничто не могло меня потревожить. Когда родители видели, что мне становится тяжело, они устраивали такие походы – и это всегда помогало. После общения с природой дышать становилось легче. И я хотела поделиться этими воспоминаниями с Кики – возможно, это поможет и ей.

Не знаю, сколько времени я так просидела, но о реальном мире мне снова напомнило настойчивое пение желудка. Хранительницы по‑прежнему не было. Расстроившись, я поднялась на затёкших ногах и неожиданно пошатнулась. Упав на колени, я схватилась руками за стенку, украшенную росписью волн, и ахнула от открывшейся картины.

Там, в затемнённом уголке, у самого края волн появился живописный лес с белыми берёзами и красными клёнами. У кромки раскинулось небольшое озеро с высокими камышами и болотными кочками. Над водой плыли лилии самых разных оттенков. Даже ветер колыхал ветви деревьев и волновал воду, пуская по ней круги. Казалось, стоит глубоко вдохнуть – и почувствуешь свежий запах лесного озера.

На одной из кочек сидела Кики – совсем крошечная. Золотой гребёнкой она расчёсывала зелёные волосы, аккуратно выбирая из них тину. Тонкие ножки играли с рыбками в воде, а на лице хранительницы застыло умиротворение.

Улыбка сама собой расплылась на моём лице. Не став тревожить покой Кики, я со спокойной душой вышла из ванной комнаты. Эх, я бы тоже не отказалась присесть на соседнюю кочку и вдохнуть аромат лилий – пусть даже в болоте, зато в каком волшебном!

Замечтавшись, я не заметила, что домовушка уже не спит: она тихо сидела на кровати.

– Бодрого утра, – её голосок, хоть и тихий, заставил меня вздрогнуть и невольно присесть от испуга.

– Блин, я так заикой стану, – выдохнула я, схватившись за сердце, и повернулась к девушке.

– Извините, – ничуть не сожалея, улыбнулась она и кивнула на стол.

И только сейчас я уловила восхитительный аромат выпечки. Ноги сами понесли меня к столу – он стоял между нашими кроватями, по бокам от него расположились два стула.

– Это мне? – чуть не прослезившись, я приподняла кружевную салфетку, укрывавшую три тарелки. Под ней обнаружились кружка горячего чая и несколько видов пирожков!

– Конечно, госпожа, – домовушка склонила голову.

Я бы с удовольствием поругалась, доходчиво объяснила и привела пару аргументов, почему не стоит называть меня госпожой. Но мой рот уже был занят пирожком с мясом. Поэтому я лишь показала кулак девушке и, присев за стол, придвинула к ней тарелку с выпечкой.

«Интересно, а где можно взять второй стакан и чай?» – мелькнула мысль.

Не успела я её додумать, как домовушка уже спрыгнула с кровати, подошла к шкафу и выудила из него ещё одну дымящуюся кружку. Я едва не потеряла равновесие, пытаясь заглянуть внутрь: что же за очередное чудо волшебного мира там спрятано?

Девушка мягко улыбнулась моему любопытству и охотно пояснила:

– Когда отец узнал, что я выбрала академию, он был не рад. Таких, как я, здесь ожидает тяжёлая жизнь – даже в женском доме появляться в столовой может быть опасно. Поэтому он подарил мне артефакт, который позволяет сохранять тепло или холод. А так как я из рода домовых, мне не составило труда организовать завтрак, – она поставила кружку со своей стороны и ловко запрыгнула на высокий стул.

– А сразу свою чашку не поставила, потому что… – подсказала я, хотя и догадывалась о причине, но хотела услышать это от неё.

– Потому что я не знаю тебя, – спокойно ответила она. – Домовых многие считают прислугой, а таких, как я, и вовсе безвольными рабами, – она пожала плечами, словно принимая эту несправедливость как данность, и спряталась за своим бокалом.

– Но я не из этого мира, – твёрдо сказала я. – Для меня нет рабов и прислуги, нет социального неравенства. Я не превозношу мужчин над женщинами и наоборот. – Я усмехнулась, заметив удивление в её карих глазах, выглядывающих из-за дымящейся кружки. – Это я так, для справки… – сделав глоток чая, я продолжила: – Для меня важны поступки. И с первой нашей встречи ты только и делала, что помогала мне.

– Ты очень светлый человек, – тихо произнесла домовушка. – О тебе хочется заботиться и помогать… – Она вдруг смутилась. – Прости, я слишком прямолинейна, – тут же извинилась она.

Я с удвоенным усердием принялась поглощать пирожки, смущение коснулось и меня. Не привыкла я к таким откровениям от незнакомого человека. Моё благополучие всегда заботило лишь родителей, ну и Тимура после нашего знакомства. А домовушка стала уже второй, кто желает мне помочь бескорыстно. Первое место занял Мрак: он спас меня от грандиозного фиаско перед всей академией. Если бы не он, я бы не пережила тот поход сквозь толпу иномирных существ…