Хельга Петерсон – В ад и обратно (страница 11)
– Привет, – поздоровалась девочка, спрятав руки в карманы. – У папы ученица. Я сбежала, потому что она завоняла своими духами дом. А Марго уехала куда-то. Можно я у вас побуду? Можем потанцевать…
Диана продолжала пялиться на девочку, замерев с рукой на дверном откосе. Вот оно что! Атаки на красивого психа-художника продолжаются. Или ученица и в самом деле ученица?
– Да-а, – неуверенно протянула Диди, убирая руку и отходя в сторону, – Можно, конечно. Проходи. Папа знает, что ты здесь?
Этот вопрос пришёл в голову сразу после вопроса об ученице. Злить обеспокоенного отца хотелось меньше всего. Даже если он придурок.
Келли вошла внутрь, осмотрелась.
– Я предупредила, что иду гулять. Он не станет волноваться, всё нормально.
Значит, «папа» не в курсе. Стоило бы захлопнуть дверь перед носом Келли, но Диана не могла так поступить.
– У вас паутина в волосах, – вдруг сказала девочка в наступившей паузе.
Диди нахмурилась, запустила руку в волосы. На пальцы тут же намотались мягкие клубы. Гадость.
– Пойдём со мной, – Диана сбросила паутину с пальцев прямо на пол и ступила на лестницу. – Поможешь кое-что сделать.
Келли с готовностью пошла следом, не задавая никаких вопросов.
Возле комнаты над гаражом громоздились три забитых под завязку мусорных мешка с пометками «картон», «пластик», «стекло». Диана подхватила два из них, справедливо выбрав для себя стекло и картон, и махнула головой в сторону третьего пакета.
– Забирай, вынесем это на улицу.
– Ничего себе, – вскинула брови Келли. – У вас ремонт?
Диди ухмыльнулась.
– Небольшая уборка.
– Вам помочь убрать? – спросила девочка, подхватывая самый лёгкий из мешков и начиная спуск.
– Я уже всё убрала. Так что мы и правда можем потанцевать. Только на улице, в доме мало места и жуткая старуха.
Келли весело хмыкнула.
– А музыку где возьмём?
– Машина моего папы стоит сломанной. Включим радио…
Марианна наконец ушла. Когда розовая фея оказалась за пределами двора, Ричард сел на ступеньку крыльца и облегчённо выдохнул: ученица сегодня слишком задержалась.
Сначала она невзначай подтягивала вверх край юбки, потом стала жаловаться на духоту, потом расстегнула верхнюю пуговку своей очаровательной розовой блузки. И ещё одну. Рич уже начал волноваться и мысленно просил ученицу перестать вести себя глупо. К счастью, её внутренние границы не позволили расстегнуть третью пуговицу и показать край белья. Зато, когда занятие подошло к концу и Ричард уже провожал Марианну к выходу, ей вдруг как будто стало нехорошо. Она покачнулась, вздохнула и обмякла. Ей повезло, что Рич успел её подхватить. Видимо Марианна искренне в него верила.
А сам Рич искренне сомневался в своих силах, когда нёс не слишком крупную, но весомую Марианну назад в мастерскую. Её веки трепетали, означая, что ученица в сознании, однако она продолжала свой маленький спектакль. Опустив розовую фею в старое потёртое кресло, Ричард сходил на кухню и принёс воды. Он не понимал, зачем подыгрывает ей. Наверное, просто боялся открыто спустить на землю. Марианна была забавной и не заслуживала унижения, которое непременно последует за серьёзным разговором. По крайней мере, Рич еще не дошел до точки кипения.
Поэтому ушла она на полчаса позже. Она медленно «приходила в себя», прикрывала веки, имитируя больное состояние, грустно смотрела на Ричарда и прикладывала руки к вискам. Но после предположения, что Марианна надышалась красок и что занятия лучше прервать на какое-то время, пациентке вдруг сразу стало хорошо, и она бодро протопала к выходу. Страх перед разлукой с мастерской Рича мог исцелять немощных.
Сидя на крыльце и слушая, как стук каблуков становится всё тише, Ричард достал из кармана мобильник и набрал номер дочери. Он долго слушал гудки, прежде чем вызов прервался, потом снова набрал номер, и снова безрезультатно. Келли, как обычно, была занята. У неё была масса важных дел, ей скучно проводить время со стариком. Рядом с шустрой и подвижной дочкой Рич в тридцать три года и правда чувствовал себя уставшей, замшелой развалиной. Он начинал дёргаться абсолютно от всего, что могло не так повлиять на Келли, потому что понятия не имел, как растить девочку дальше.
Где-то недалеко играла музыка. В каком-то из дворов. Что-то динамичное, танцевальное, от чего Келли непременно начала бы притопывать и дёргать плечами. Рич встал со ступеньки и медленно прошёл к воротам. Именно мысль о дочери заставила его выйти на тротуар и пойти на звук. Если девчонка не снимает трубку, значит, она там, где музыка. Ричард прошёл мимо нескольких соседских участков, но источник звука так и не нашёл. Странно, играло ведь совсем рядом. И тогда он догадался повернуть голову и посмотреть на противоположную сторону улицы. За невысоким забором, среди кустов мелькнула знакомая яркая майка. В ней Келли уходила перед уроком Марианны. Пробежав по пустой дороге, Рич не раздумывая шагнул в чужой двор. И остановился, не зная, что делать дальше.
Динамичная музыка летела из открытой двери старого «Мини Купера». На лужайке перед двухэтажным коттеджем находились два человека. Первая – совсем еще тощая девчонка, на плечах которой мешком висела майка на два размера больше необходимого. И вторая – молодая, гибкая, растрёпанная девушка с абсолютно голыми ногами. Здравый смысл говорил, что ноги голые не до основания, и их всё-таки прикрывают какие-то шорты, но этот предмет одежды прятал подол старой футболки, предлагая зрителю пищу для размышлений.
Повернувшись спиной к Ричарду, мисс Диана Мастерс с мастерством профессиональной клубной танцовщицы совершала какие-то немыслимые пластичные движения, перетекая волной из одной позы в другую. Потом она остановилась и поманила пальцем сидящую на траве Келли, предлагая повторить. Келли вскочила на ноги, попыталась сделать всё так же, как преподаватель, но запнулась на середине, и тогда мисс Мастерс совершила манёвр заново. Он был красивый. И ноги тоже были красивые. Ричард даже завис на какое-то время, глядя на происходящее, пока Келли не обернулась и не увидела его. А следом за нею обернулась и мисс Мастерс.
На её длинной футболке огромным транспарантом сияла надпись «Секс, наркотики и рок-н-ролл». Брови Ричарда сошлись на переносице. В другой ситуации футболка его повеселила бы. Но в тот момент он вдруг вспомнил всё, что на самом деле думает об этой девице. И о её голых ногах. Стараясь держать себя в руках, Рич откашлялся.
– Почему ты не снимаешь трубку? – строго спросил он, глядя на дочь.
Та беззаботно пожала плечами.
– Не слышала. Ты же видишь, что мы делаем.
– Да уж. Вижу.
Мисс Мастерс развернулась и пошла к машине. Ричард подумал, что она собирается сбежать от ответственности, но она просто влезла внутрь наполовину (другая её половина осталась снаружи, доказывая, что шорты на ней всё-таки есть), сделала тише музыку и снова появилась вся целиком. Рич перевел взгляд на дочь.
– Иди домой, – он очень старался, чтобы голос не звучал как собачий лай. – Мне нужно поговорить с мисс Мастерс.
Келли нахмурилась. Посмотрела на своего идола в милой футболке, потом повернулась к Ричарду и снова бросила взгляд на идола.
– Всё нормально? – серьёзно спросила она.
Диана Мастерс отошла от машины, за крышу которой всё это время держалась, и приблизилась к ним.
– Да, иди, – улыбнулась она. – У нас есть один нерешенный вопрос.
А она не глупа. Совсем. Хотя разве Рич не понял этого раньше? Умная, наглая, хитрая. Убийственный коктейль.
Келли не спешила уходить. Постояла еще немного между Ричардом и учительницей, сделала шаг в сторону. Обернулась и еще раз смерила обоих подозрительным, слишком взрослым взглядом. Но потом ей это надоело, и девочка быстро исчезла за воротами. Дождавшись, когда её майка мелькнёт на другой стороне дороги, Рич повернулся к танцовщице.
– Не смейте заманивать к себе Келли, – проговорил он, глядя в карие глаза оленёнка Бэмби.
Стоило быть мягче, хитрее, аккуратнее. Но «Секс, наркотики и рок-н-ролл» стали пулей, убившей сдержанности и благоразумия. Девица, однако, не стушевалась. Этого и не нужно было ожидать. Она скрестила руки на груди, а одна аккуратная бровь картинно взлетела вверх.
– Серьёзно? Вы собираетесь угрожать мне в моём же дворе?
– Я пока не угрожал.
– А я пока не заманивала.
– Тогда какого чёрта Келли делала у вас? – повысил голос Рич, но тут же снова снизил его до зловещего полушепота. – У вас со всеми ученицами такие приятельские отношения?
– Может, девочке просто скучно, в то время как отец развлекает очередную потенциальную подружку?
Ричарду захотелось всадить кулак в какую-нибудь твёрдую поверхность. Он никак не мог вспомнить, когда в последний раз его кто-то вот так сильно выводил из себя.
– Не твоё дело, где я и с кем провожу время, – навис он над девушкой. – Предлагаю тебе вести себя чуточку скромнее, иначе я постараюсь сделать так, чтобы ты вылетела с работы и вернулась обратно туда, откуда явилась.
Это прозвучало резко. Слишком резко даже для самого Рича. И та часть мозга, где ещё сохранялась способность к рациональному мышлению, требовала извиниться. Ричард так и поступил бы, если бы в следующий момент в его грудь не ткнулся тонкий пальчик.
– Проваливай, – прошипела девица, зло прищурившись, а пальчик размахнулся и ткнулся еще раз. – Пошёл вон с моего газона. Посмеешь еще раз переступить границы частной собственности, и посмотрим, кто из нас и куда вернётся.