Хельга Петерсон – Робби (страница 12)
– Я так рада! Ты обязан привести её на вечеринку!
– Ну уж нет…
– Да! Сделай мне подарок.
Что возразить на такую просьбу? Нечего, абсолютно нечего. Роберт развернулся, привалился к тумбе и зажал пальцами переносицу. Он считал себя очень терпеливым. Как болотная черепаха, которая может пять лет жить без еды. Однако если этот разговор сейчас не закончится, из ушей Роба пойдёт пар.
– Мам, у меня пациенты.
– Робби, ты должен привести Лиззи.
– Пока, мам.
– Робби!
Это было последним, что он слышал, прежде чем сбросил звонок. Роб посмотрел на погасший экран и потёр лицо ладонью. Иногда он очень понимал отца, который ушёл из семьи к молодой любовнице. Но как только эта мысль закрадывалась в голову, одёргивал себя. Мать его любит. Просто этой любви бывает слишком много. И сейчас необходимо расхлёбывать очередные её последствия.
В дверной проём просунулась голова администратора Нэлл. Девушка деликатно кашлянула, привлекая к себе внимание.
– Доктор Дадли, – позвала она. – Там кошка с конъюнктивитом. Приглашать?
Роберт оторвал руку от лица.
– Через две минуты. Мне нужно позвонить.
Голова Нэлл кивнула и исчезла. Роб в очередной раз набрал полные лёгкие воздуха, в очередной раз шумно выдохнул, открыл телефонную книгу и нашёл контакт, который с недавних пор был обозначен как «Ягодка».
***
Роберт вышагивал перед закрытой дверью банкетного зала бристольского «Мэрриотт Отеля» и не решался войти. Из зала доносились речи и взрывы смеха, потом они сменились музыкой. Элизабет не отвечала на звонки. Она сама назвала Робу адрес и великодушно разрешила приехать, несмотря на явное удивление в голосе. Она абсолютно точно не думала, что еще когда-нибудь услышит Роберта. Сам Роберт тоже не предполагал, что ему придётся звонить по её номеру. Хотя сам номер сохранил. Зачем-то. Будто знал, что понадобится.
Сказать матери то, что Роб сказал, было импульсивным порывом. Почему в голову пришло именно имя Ягодки, он точно не знал. Она внушала доверие. Была последней девушкой, с которой Роберт виделся в неформальной обстановке. Не Луизу же называть, в самом деле! Элизабет Хэйл казалась милой, несмотря на иглы дикобраза. К тому же зажатой сверх меры, но общаться с ней намного приятнее, чем с её предшественницей. Подсознание само подбросило Роберту её имя в критический момент.
Дверь банкетного зала открылась, из неё выскочил официант в чёрно-белой форме и быстро зашагал куда-то в сторону.
– Эй, – позвал Роберт, подскочив к парню. – Эй-эй! Слушай, можешь мне помочь?
Официант остановился, посмотрел на Роба вопросительно и подозрительно одновременно. На бэйдже витиеватым шрифтом было написано «Ларри».
– Ларри, послушай. Там в зале должна быть девушка такая… розовая.
Брови парня флегматично дёрнулись.
– Ну в смысле волосы розовые, примерно такие, – Роберт провёл ладонью над плечом. – Можешь её позвать?
– А сам?
– А мне можно?
Ларри пожал плечами.
– Да всем плевать.
И он снова двинулся по холлу и скрылся в одной из дверей.
Роберт опять остался один в большом помещении, беспомощно уставившись на закрытую дверь. Там проходила чужая свадьба. Насколько прилично вламываться на чужую свадьбу? На просьбу поговорить Элизабет заявила, что работает, и если Роб не хочет говорить по телефону (а он не хотел, боясь, что она бросит трубку), то может приехать в «Мэрриотт Отель». Он приехал. А Ягодка больше не выходила на связь.
Дверь, будто подчиняясь ментальной команде, снова открылась. Из неё выплыла фигура, закутанная в меховое манто и с тюрбаном на голове. Из-под длинного платья, похожего на хвост русалки, выглядывали ярко-алые туфли. Фигура обернулась, и Робу стало видно лицо. Старое, морщинистое, с красной помадой на тонких губах. В руках – изогнутая табачная трубка. Если бы не важное дело, Роберт мог бы и дальше беззастенчиво пялиться на старую эксцентричную леди, но желание побыстрее решить проблему подтолкнуло его вперед.
– Простите, – на ходу позвал Роб.
Леди, которая уже направилась к выходу из холла, остановилась и, задрав подбородок, застыла в величественной позе.
– Простите, – повторил Роберт, оказавшись рядом. – Не хотел отвлекать, но мне нужно спросить. Там в зале должна быть девушка. Мелкая, худая, с розовыми волосами. Она фотограф…
– Ты её жених? – перебила его старая леди.
– Я… э-э… – Роб почесал шею. – Нет. Знакомый. Мы договорились встретиться, но она не отвечает на звонки.
– Девочка работает.
– Да. Конечно. Простите за бестактность, но вы не могли бы её позвать? Не хочу вмешиваться в ваш праздник.
Леди вдруг потеряла весь свой суровый вид и совершенно по-девичьи отмахнулась.
– Перестань, мальчик, – возразила она. – Ты можешь войти и украсть кусок торта, никто и не заметит! Но раз такой стеснительный, я позову малышку. Такая милая девочка…
Она развернулась на каблуках и поцокала в обратном направлении. Войдя в зал, леди оставила дверь открытой, и Роберт посчитал, что ничего ужасного не случится, если он заглянет внутрь. Свадьба была в разгаре. Жених вытанцовывал с какой-то женщиной в вечернем платье. Невеста – с мужчиной в смокинге. Белое платье она придерживала на уровне коленей в белых чулках, а весь её танец напоминал что-то вроде буги-вуги. Гости танцевали рядом. Несколько человек оставались за столами и меланхолично тянули шампанское, но остальная масса весело зажигала в центре зала.
И во всей этой пёстрой толчее, с фотоаппаратом возле лица почти незаметно скользила маленькая тень в свободно падающем с узких плеч джемпере и чёрных джинсах. Если бы не одна деталь, взгляд вообще не цеплялся бы за это тёмное пятно. Но пятно венчала яркая малиновая шапка с веселым помпоном размером с яблоко. На фоне этой шапки бледно-розовые пряди уже не казались чем-то необычным.
Старая леди уже была возле Ягодки. Она, не церемонясь, ткнула девушку в плечо табачной трубкой, и та чуть не подпрыгнула на месте от неожиданности. Леди о чём-то заговорила, Элизабет сдвинула бровки, взгляд её стал блуждать по залу и мгновение спустя остановился на Роберте. Она несколько раз покрутила головой в разные стороны, будто убеждаясь, что никому не нужна, и полетела к выходу. Фотоаппарат повис в районе солнечного сплетения.
– Я всё понял, – проговорил Роб, когда девушка на полном ходу буквально вынесла его из зала и захлопнула за собой дверь. – Ты постирала свою голову в одной машинке с шапкой, и она окрасила волосы.
Элизабет отступила на шаг, скрестила руки на груди, серьёзно уставилась в его лицо. Чёрт, она же воспринимает всё буквально! Придётся это куда-то записать на будущее.
Светло-карие глаза изучающе прищурились.
– Боюсь предположить, с чем постирал голову ты.
Роб удивлённо моргнул. Потом еще раз. А Элизабет Хэйл, оказывается, способна отбить подачу! И прежде, чем он коротко хохотнул, девушка подняла камеру и щёлкнула кнопкой затвора.
– Теперь-то мне можно пойти покурить? – проскрипел рядом старушечий голос.
Роб обернулся, встречаясь с хитрым взглядом блеклых серых глаз. Когда она успела подойти?
– Да, мэм.
– Спасибо, красавчик.
Леди похлопала Роберта по плечу и величественно поплыла к выходу. Когда Роб повернулся к Ягодке, она огромными глазами смотрела вслед удаляющейся старухе.
– Эта карга весь вечер смотрит на меня, как на врага, – пробормотала Элизабет. – Как ты это делаешь?
– Она же сказала, я красавчик. А тебя назвала милой.
– С кем-то перепутала, – пробурчала девушка. – Зачем приехал?
Ах да. То самое дело, из-за которого Роб сразу после работы бросился на чужую свадьбу. Стоит приготовиться ловить убегающую вдаль розовую девочку.
– Я сказал матери, что мы встречаемся, – выпалил Роберт, внимательно глядя на Элизабет.
Вот сейчас точно будет побег. Она вскинула голову и заглянула ему в лицо, малиновый помпон бойко дёрнулся назад.
– Какого чёрта?
– Ты всегда так выражаешься? – вздёрнул бровь Роб. – Нам придётся пересмотреть твой лексикон, Ягодка.
– Я спрашиваю: какого хрена? Не твоё дело, как я разговариваю!
– Ты теперь моя девушка, так что твои выражения меня очень беспокоят.
– Роберт! – Элизабет уперла маленькие кулачки в бока, ворот джемпера соскользнул с плеча.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».