Хельга Петерсон – Мой Рон (страница 5)
Так они подружились. Разбрасываться отношениями, построенными на взаимовыручке, не хотелось.
– Ладно, я поняла, – снова прозвучал голос подруги в трубке. – Больше не буду тебя доставать. Как там большой город? Стоит?
– Стоит, – бесцветно поддакнула Хейли.
– А как кузина?
О, кузина, наверное, хорошо. Греция, море, загар…
– Пфф… – Хейли сошла с середины тротуара, чтобы никому не мешать, и остановилась возле какой-то двери. – Эммы не оказалось дома, так что я живу только с тёткой.
– Кошмар, – фыркнула Люси.
– Да не то чтобы. Она хорошая.
– Это как потратить отпуск на то, чтобы навестить больную бабулю.
Хейли тихо рассмеялась.
– Перестань. Это не одно и то же.
– А я говорю, то же самое, – продолжала подруга. – Вот увидишь, ты завоешь там через неделю и вернёшься к нам. Бен будет рад. Он очень расстроился, когда не увидел тебя на месте. Говорит: «Ой, а где наша милая Ли?» Представляешь?
Она всё-таки сделала это. Снова заговорила на запретную тему. Зачем?
– Я сейчас брошу трубку, – сухо заявила Хейли.
– Ты должна танцевать твист!
– Он скоро будет женат! Какой здесь твист?
На том конце мобильной связи стало тихо. Видимо, аргумент всё-таки подействовал. Дверь за спиной громко хлопнула, и мимо Хейли протиснулся тощий парнишка с завязанным на макушке тонким хипстерским хвостиком. Она без интереса проследила, как он бросил на тротуар скейт, встал на него и покатился по улице.
– Ладно. Я постараюсь тебя не грузить, – наконец заговорила Люси и тут же запнулась. – Но, если будет что-то интересное, я всё равно позвоню! – выпалила она.
Хейли снова тяжело вздохнула.
– Ладно.
– Всё, перерыв почти закончился, а я даже не заварила кофе. Чао!
И вызов прервался.
Хейли заблокировала экран и спрятала телефон назад в карман.
Она надеялась, что смена места отвлечет её от дурацкой, никому ненужной влюблённости, но дурацкая, никому ненужная влюблённость прибежала вслед за поездом прямо из Ланкашира. Можно забросить номер подруги в чёрный список на все четыре недели, чтобы игнорировать её звонки, но ведь есть еще соцсети…
Ладно, к чёрту всё. Нужно идти дальше. В прямом и переносном смыслах.
Хейли обернулась, чтобы посмотреть, что за выход загораживает. Над синей деревянной дверью с грязным окном на кронштейне покачивалась табличка. «Бар Чёрная кошка».
Рука сама потянулась и толкнула дверь.
Сверху звякнул китайский колокольчик. Темнота внутри после яркого солнца снаружи на несколько мгновений лишила Хейли способности видеть. Она сорвала с глаз солнцезащитные очки и интенсивно моргнула. Один раз, второй… Глаза привыкли к потёмкам. Взгляд различил барную стойку со стеллажами за ней, столы с обшарпанными диванами вдоль стен и невысокий подиум в углу. На звук колокольчика из двери, ведущей куда-то в глубь здания, показался мужчина. Крепкий, бородатый, с руками, забитыми татуировками до плеч. Дальше они прятались под футболкой.
Хейли нервно сглотнула.
– Мы закрыты, – бросил бородач, остановившись в проёме.
Фраза «Не очень-то и хотелось» застряла в горле. Зачем Хейли вообще сюда зашла?
– А-а… – она беспомощно осмотрела по сторонам, забросила руку за голову и почесала затылок. – Ладно. Без проблем. Ухожу.
Она попятилась назад, спина приложилась к дверному полотну. Еще шаг – и людная улица…
– Приходи вечером, – снова заговорил мужчина. – У нас работает «открытый микрофон», – он мотнул головой в сторону сцены.
Хейли остановилась на полушаге. Дверь уже отъехала от откоса, и полоска солнечного света пробралась в мрачное помещение.
– Правда?
Мужчина пожал плечами.
– Ага. Комики, музыканты… Бывает весело.
Желание бежать подальше окончательно прошло, Хейли привалилась плечом к дверному косяку. Это интересно.
– И что, кто угодно может выступить?
– Ну да.
Очередной реплики бородач ждать не стал. Его массивная фигура развернулась и скрылась в темноте подсобки, как бы ненавязчиво намекая, что разговор окончен. Хейли не стала задерживаться. Снова попятилась назад и выступила на свет улицы.
«Открытый микрофон», значит… Возможно, это какой-то знак. Она приехала за впечатлениями, значит, пора их получать. Уже давно Хейли не выступала на публике. Времена её эпизодического участия в мелких рок-группах давно прошли, их место занял унылый серый оупен-спейс, компьютер и наушник с микрофоном, надетый на голову. А еще безответная влюблённость, из-за которой Хейли тошнило от самой себя.
Пришло время снова ощутить какой-то драйв. Набраться тех самых ярких впечатлений.
Прогулка затянулась. Вместо обещанных двух часов Хейли ходила по улицам все четыре. Она всё-таки свернула в сеть переулков и ожидаемо запуталась в них. Но выходить не торопилась. Могла включить онлайн-карты, однако ей понравилось бесцельное блуждание по кирпичным лабиринтам. Во время таких прогулок можно найти много интересных мест, которые не значатся ни в одном путеводителе.
Тётушка позвонила восемь раз. Просто чтобы узнать, как дела. На восьмом звонке Хейли пообещала, что больше не станет снимать трубку и вообще отключит телефон, и только тогда тётя Элла перестала проявлять опеку. Хейли успела посидеть в нескольких кафе, зайти в секонд-хенд, купить себе футболку с надписью «Все любят котиков» и надеть её прямо в магазине. И тогда она повернула в сторону дома.
Вечер еще и не думал наступать, но солнце заволокло тучами. Когда до Клифтон-Райз оставалось всего около трёхсот футов, с неба начал накрапывать дождь. Тёплые, прогретые капли упали на голову и плечи. Хейли посчитала, что не стоит раскрывать зонт, и вместо этого припустила вперед со всех ног. Рваные на коленях джинсы затрещали, увеличивая размер задуманных дырок, дождь стремительно набирал обороты, и всего через несколько секунд футболка с котами прилипла к телу. Зонт при этом безразлично покачивался на запястье.
Хейли долетела до дома, с силой распахнула чёрную дверь и вбежала в темноту. С грохотом поднялась по ступенькам. Мокрая одежда неприятно холодила, желание содрать её с тела с каждым шагом становилось всё больше. На втором этаже Хейли быстро прошла мимо соседской квартиры и размашисто вошла в нужную.
Бросив пакет с покупками, зонт и ненужные очки на полку у входа, она схватилась за край футболки и потянула вверх, собираясь выбраться из липкой ткани. До слуха донёсся тихий разговор откуда-то из глубины квартиры. Хейли замерла, футболка так и осталась задрана до груди. Тётя что-то сказала и деликатно рассмеялась, в ответ ей зазвучал мужской низкий голос. Знакомый.
Пальцы разжались, ткань майки мокрой тряпкой нехотя съехала вниз, закрывая живот. Хейли сделала шаг в сторону кухни. Хотелось бы двигаться тише, но мокрая подошва кедов мерзко скрипнула на полу.
– Хейли? – прозвучал неуверенный оклик.
Секретная операция провалена…
– Да, – отозвалась Хейли, сделала еще несколько шагов и свернула в маленькую кухню. – Это я.
Тётя стояла рядом с квадратным столом, замерев с маленьким фарфоровым чайником в руках. Напротив неё, забросив ногу на ногу и зажав в пальцах маленькую чашечку, сидел мужчина. Снова в брюках и рубашке, выглядящей так, будто её только что накрахмалил камердинер. Чёрные волосы уложены назад, лицо выбрито, но щетина уже наметила себе путь на подбородке и скулах.
От мокрой футболки с котиками стало еще холоднее. В памяти Хейли тут же всплыл вчерашний эпизод прощания. Ужасный. Она вспылила, и позже ей даже стало стыдно.
– Наконец-то ты пришла! – воскликнула тётя Элла. Чайник осторожно опустился на стол. – Мы ждём тебя уже полчаса, я начала беспокоиться!
Мужской профиль развернулся к Хейли. Чёрные глаза насквозь пронзили взглядом. Где его машина? Или она так спешила вбежать в укрытие, что не заметила серебристую «ауди»?
– Привет, Хейли, – заговорил Майрон Мэнсон. Спокойно и бесстрастно. – Ты действительно запретила тёте тебе звонить?
Почему в его исполнении это звучит как идиотская детская выходка? И что он вообще здесь забыл?
– Э-э… – протянула Хейли. – Да. Запретила. Со мной всё в порядке, я просто гуляла.
Острый чёрный взгляд прошёл по её фигуре сверху вниз, не упуская из виду вообще ничего. Наверняка, она выглядела ужасно глупо, стоя перед мистером Совершенство в мокрой одежде, с растрёпанными волосами и потёкшей тушью.
– Очевидно, не всё в порядке, – констатировал Мэнсон.
Чёрт…
– Ты же брала зонтик, – заметила тётушка.
– Я была уже близко, – вяло улыбнулась Хейли. – Решила, что добегу.