Хельга Петерсон – Код красный (страница 13)
– Иди одевайся, – голос Люка прервал тревожные мысли. Джеки вздрогнула. – Не заставляй красавчика ждать.
Его точно нужно придушить подушкой. Трудностей с этим не возникнет, пока он живет в соседней комнате.
– И не забудь хромать, – прибавил он, взял чашку и спрятал в ней очередную кривую ухмылку.
***
Пришлось надеть платье. Вернее, оно скорее похоже на очередную длинную толстовку, но хорошо подчеркивает бедра и открывает колени в плотных колготках. Правда, ботинки с каблуком так и остались в шкафу, потому что ей ведь
Чертов Люси.
Джеки неловко поерзала в кресле и незаметно подтянула край толстовки на дюйм ниже. Кажется, она все-таки перестаралась. Хотя, когда стояла возле зеркала, длина казалась нормальной. Во всем виноват какой-то жестяной ящик на полу под бардачком. Пришлось поставить на него ноги, колени задрались выше нужного, и вот: псевдоплатье безжалостно уехало вверх.
Черт его дери.
Джеки нервно отбросила волосы с лица и снова поерзала на месте. Правда, нельзя сказать, что парень мечты обратил на это внимание. Сначала Артур сосредоточенно настраивал навигатор, потом сказал: «Тринадцать минут в пути, отлично. Поехали?» И, мельком улыбнувшись, стал сосредоточенно выруливать из закоулка на широкую Квинс-роуд.
Всего раз он покосился в ее сторону и спросил:
– Тебе не холодно?
Вежливо и равнодушно. Будто она престарелая бабуля с ревматизмом. Дерьмо… Джеки пробормотала: «Нет, все отлично». И теперь он вот уже минуты четыре смотрит исключительно на дорогу. Такой внимательный водитель, боже… Может, он боится, что его начнут домогаться?
За окном неспешно проплывал город.
Атмосфера в салоне… ну, не слишком вдохновляющая. В груди засел ком, сжимающий мышцы в узел. Джеки покосилась на серьезного, собранного Артура. Люси просчитался. Нужно было надеть джинсы и превратить рыжее гнездо в косу. И хорошо бы о чем-то заговорить, хоть как-то привлечь внимание, раз колени не сработали. Но что сказать? Это жутко неловкое чувство, когда застреваешь в одной тачке с почти незнакомым человеком, а он даже музыку не включил, чтобы заполнить тишину…
– Через триста метров поверните направо, – молчание нарушил громкий женский голос.
Джеки дернулась и посмотрела на мобильник, пристроенный в держатель на передней панели. Ну, класс. Время тает, а ничего не происходит. Артур включил поворотник и стал выкручивать руль, солнце заиграло в смоляно-черных волосах и подсветило красивый профиль. Джеки увязла взглядом. Нужно срочно подобрать тему… Неловко, конечно, но как там? «Разбуди в себе богиню»? В глубине души едко ухмыльнулся Аид.
Богиня, ага.
Говнюк Люк даже не дал подготовиться. Просто пинком отправил ее в жестокий мир, а она всего минуту назад клевала червячков, сидя в гнезде. Джеки запустила руку в волосы и оперлась локтем о дверцу. Скользнула взглядом по пухлым губам и черной щетине. Создание ангелов, не иначе. Или демонов. Да, так точнее…
– Так сколько лет ты знакома с Бреннерами? – спокойный голос вдруг прервал мельтешение ее мыслей.
Артур мельком повернулся к ней и вопросительно вскинул брови.
Мать его, поймал! Поймал, как она пялится! Джеки вздрогнула, щекам стало жарко. Она резко отвернулась к лобовому стеклу.
– Эм… Да всю жизнь. – Нервно сцепила пальцы в замок.
– Прямо-таки всю?
А что удивительного?
– Наши дома в Портисхеде стоят напротив. – Джеки пожала плечами. – Так что, мы стали общаться с Тессой, как только мамы решили, что нам можно вместе играть.
Артур задумчиво кивнул. Впереди загорелся красный, и он начал медленно тормозить. И снова в салоне стало тихо. Черт! Ну почему же все так сложно? Почему она не в состоянии трепаться о всякой фигне, не дергая при этом платье, как закомплексованная ботаничка?
– А почему Люк зовет тебя Печенькой? – Машина остановилась, Артур вдруг снова повернулся.
Боже… Джеки попыталась улыбнуться.
– Потому что называть меня Имбирной Печенькой1 было бы слишком длинно.
Артур тихо рассмеялся и смахнул со лба непослушный локон. Она завороженно проследила за этим жестом. По коже прошла жаркая волна.
– Бреннер, конечно, оригинал. – Он дернул коробку передач и отвернулся к лобовому стеклу. Джип поехал дальше. – Он всегда таким был?
«Засранец» было бы более точным определением. А еще поэт и трубадур в весенней депрессии, но она оставила комментарий при себе.
– Каким?
Артур пожал плечами.
– Немного странным… Себе на уме… Если честно, мне с ним до сих пор иногда сложно общаться.
Она подавила вздох. А больше поговорить вообще не о чем? Только о Люке и его загонах? Хотя нечего жаловаться, нужно просто перевести тему. Очень-очень просто. Но на что?
– А-а-а… Как ты оказался в группе? – Джеки намотала на палец прядь волос. – Давно занимаешься музыкой?
Артур снова выкрутил руль. На волосы не посмотрел.
– С детства. – Машина выехала на Вэстбери-роуд. Слева замелькали сплошные зеленые лужайки парков. – До «Кода» играл как сессионщик с разными ребятами, а осенью знакомый сбросил мне пост Люка: он искал гитариста в постоянный состав. Прошлый гитарист вроде переехал в Штаты, да?
Сердце на секунду пропустило удар. Джеки приоткрыла было рот, но тут же его захлопнула. То есть ему никто не сказал правду? «Переехал в Штаты» – так теперь называется смерть от передоза? Красиво придумали.
– Что-то вроде того… – Она откашлялась и в очередной раз поправила толстовку. Кажется, это уже превращается в нервный тик.
– Ну и вот… – Артур кивнул. – Я пришел на прослушивание, и мы сработались. Не понимаю только, как можно было свалить из страны и не предупредить заранее? Да хотя бы за пару недель, чтобы ребята нашли замену! Это безответственно.
О да. Здесь не поспоришь. Накачаться было очень безответственно со стороны Нила. Джеки отвернулась к боковому окну и невидяще уставилась на мелькающий мимо парк. Снова уперлась локтем в дверь и прикусила ноготь на большом пальце.
– Да уж… – она тихо вздохнула. – Нил поступил глупо…
Люк тогда винил себя, потому что так и не смог вовремя вразумить друга. Пытался, уговаривал бросить, но не вышло. Сложный был период… Хотя что она может об этом знать? Ей о случившемся рассказала Тесса, причем очень поверхностно.
– Нил? – голос рядом вывел из ступора.
Джеки резко обернулась. Дерьмо. Отличные мысли для уединения в тесном салоне тачки.
– Тот парень. – Она попыталась улыбнуться. – Гитарист.
– А-а-а. Понял…
Артур замолчал. Он повернул к ней голову, и от коленей вверх заскользил заинтересованный взгляд. Да ладно! Заинтересованный? Ногам стало горячо.
– А ты и правда всех знаешь, надо же, – Артур хмыкнул. – Но я, честно, не помню, чтобы нас знакомили. – Он вернул внимание дороге, и Джеки сразу стало прохладно. – Наверное, это было сразу после моего прихода? Я тогда вообще мало кого запоминал: новая тусовка, столько народу…
…Новые девчонки, которые вешались на него табунами.
– Всякое бывает. – Джеки с нарочитым безразличием пожала плечами.
– Но ты все равно прости, ладно? – Он снова бросил на нее взгляд. Виноватый взгляд!
– Ерунда. Не бери в голову.
– Теперь-то я тебя точно запомню. Будем, как старые друзья, через пару лет вспоминать и ржать.
Ах, друзья. Конечно-конечно. Джеки вяло улыбнулась, но промолчала. Фрэндзона – это же так весело! Парк за окном вдруг закончился, и показался знакомый перекресток. Остался один поворот, кинотеатр совсем рядом. Время вышло. Колени не впечатлили. Хотя… Дружба – тоже неплохо для начала. На первые пару недель. Все в этом мире начинается с дружбы, да?
– Смотри, вроде бы подъезжаем, – Артур ткнул пальцем в стекло.
И тут же стал сворачивать на перекрестке. Ну все, хватит злоупотреблять его вежливостью.
– Можешь высадить меня, где тебе удобно. – Джеки отстегнула ремень и выпустила его из рук. – Я дойду.
– С больной ногой?
Дерьмо! Нога! А кстати, которая? Пульс на шее забился чаще.
– Ну-у-у… здесь ведь недалеко… – Джеки прикусила губу.
– Нет уж, лучше я доеду до самого входа. – Артур покосился на навигатор. – А назад ты как? Мы выступаем допоздна, а иначе сделали бы круг, забрали тебя.
Сердце дрогнуло, губы как-то сами собой растянулись в глупой улыбке. Это мило. Правда, очень мило.