Хельга Петерсон – Черные чернила (страница 8)
– Хотя, вообще-то, ты молодец, что согласилась, – внезапно раздалось со стороны кресла. – И молодец, что перед этим устроила ломку.
Келли достала нож, примерилась к апельсину, но обернулась и нашла взглядом Марго. Что за резкая смена вектора?
– Я, конечно, поверить не могу, что наша выходка вот так обернулась. – Подруга закинула одну крепкую, длинную ногу на другую. – Но представь, а вдруг вы друг другу понравитесь? Возможно, всё случилось как раз вовремя…
Острячка. Келли снова отвернулась к апельсину.
– Сомневаюсь.
– Ой, да брось. Красивый парень позвал тебя встретиться, и ты снова не дашь даже шанса на продолжение?
– Как всегда. – Она всадила нож в мякоть, отрезала кривой кусок и бросила его в чашку.
Марго за спиной нервно фыркнула.
– Он же просто нереально красивый!
Келли влила к апельсину оранжевую жижу.
– Дерьмовый аргумент.
– И в штанах наверняка всё очень неплохо…
– Я пас. – Она плеснула еще газировку и наконец повернулась к Марго. – Твой апероль. – Кивнула на чашку и двинулась к шкафу.
Марго, однако, с места не сдвинулась.
– Мать твою, Келли… – Она откинула голову на спинку кресла и устало посмотрела в потолок. По студии пронесся ее тяжёлый вздох. Ну, сейчас начнётся. Долгая речь про то, что нельзя в двадцать три объявлять себя монашкой. Всё как всегда.
– Даже не пытайся. – Келли распахнула шкаф и уставилась на полки. Пора выбрать, в чем сразить красивого подонка. Футболкой и джинсами? Хотя вечером будет холодно, нужно что-то потеплее…
– Прошло три года, пора бы уже вернуться в мир парней. – За спиной послышался шорох: апероль все-таки заставил Марго поднять задницу.
Келли хмыкнула.
– И в мир проблем? Нет, спасибо. – Она нашла взглядом серый свитер и вытащила его, рассыпав всю стопку вещей. – Он музыкант, наверняка бабник и мудак, а я не связываюсь с мудаками.
– Тебя никто и не заставляет влезать в проблемы! – возмутилась Марго. – Но, если после вашего «кофе» он позовет тебя к себе, можно бы и подумать об этом.
Нет. Так легко ее не заткнуть. Пора сваливать в душ и надеяться, что к моменту возвращения Марго уже отвлечется на остатки оранжевой жидкости в бутылке. Келли зажала свитер под мышкой и вытащила еще один, зеленый.
– Маргарет Хэйл, я позвала тебя не для того, чтобы слушать лекцию о половом воспитании. – Она развернулась и демонстративно махнула обеими вещами. – Какой будет лучше смотреться с этими джинсами?
Подруга уже успела приложиться к коктейлю. Но вот она взглянула на свитеры, с трудом глотнула и закашлялась.
– Ты собираешься идти в этом? – Она гулко прочистила горло и прижала кулак к губам. Слишком экспрессивно для простого вопроса.
– Что тебе не нравится?
– А где та твое черная мини?
Келли закатила глаза. Ах мини. Еще бы бикини предложила.
– Я развалина, у которой нога предсказывает дождь. Какое, на хрен, мини? – Она уперла кулаки в бока, свитеры повисли как тряпки.
Но Марго это, кажется, не впечатлило. Она нахмурилась и со звоном поставила чашку на стол.
– Как же ты меня бесишь… – Ее шикарные бедра решительно закачались в сторону шкафа. – Зачем ты вообще покупала эту юбку?
Секунда, и Марго уже запустила руку в кучу одежды. Келли поморщилась, отступила к холодильнику и устало привалилась к нему плечом.
– Потому что она мне понравилась. Я теперь уже не могу купить себе классную вещь?
– Да, она очень классная, особенно, когда просто лежит в шкафу, – послышался приглушенный голос.
Келли плотно сжала губы.
Легко говорить, когда у тебя нет комплекса неполноценности. Когда ты танцуешь как чертова богиня, а толпа нескладных учениц смотрит на твои сильные ноги и мечтает так же скользить по шесту. Любое мини как влитое сидит на этих бедрах.
Но такие есть не у каждой. Совсем.
– Нашла! – послышалось из недр шкафа.
Марго выпрямилась, резко развернулась и победно подняла над головой черный кусочек ткани. Вот же дерьмо.
– Я в ней не пойду. – Келли скрестила на груди руки.
– Пойдешь.
– Зачем? Я не собираюсь с ним спать!
Марго решительно пересекла маленькую комнату. Мгновение, и юбка повисла у Келли на плече, а теплые ладони подруги легли на ее ключицы.
– Не спи, если не собираешься. – Она сдвинула брови. Выражение лица вдруг стало самым серьезных из возможных. – Но тогда пусть он хотя бы увидит, что потерял. Ты подтянутая, красивая, яркая, и он должен укусить себя за задницу от досады.
Ее решительный взгляд впился Келли в лицо. Почти до боли. Ни сбежать, ни отвернуться. Всё это, конечно же, только красивые слова, но черт… почему от них стало так тепло на душе? Келли прикусила губу и хмуро покосилась на юбку. Вообще, если надеть плотные черные колготки, то будет даже симпатично… Как бы ни хотелось это признавать.
Келли глубоко втянула носом воздух и шумно выдохнула. Резко отстранилась от теплых рук и сорвала с плеча злосчастную тряпочку.
– Мать твою, Маргарет. – Она быстро направилась к двери в ванную. – Пей свой коктейль, а я в душ. Скоро выйду.
Марго победно хлопнула в ладоши.
Келли, не став ждать какого-то остроумного ответа, шагнула в ванную, закрыла дверь и щелкнула замком.
И в желудке сжалась пружина. Слишком много эмоциональных качелей для одного часа. Но теперь уже назад дороги нет. Келли включила воду в душе, резко стянула с себя футболку и распустила косу. Взлохматила бирюзовые волосы, на которых уже было видно отросшие русые корни, и помассировала голову.
С губ сорвался короткий смешок, который тут же смешался с шумом воды и утонул в нем. Ну надо же, а… Ведь этот паршивец просто взял ее на слабо. И она поддалась. Слишком легко. Келли оперлась ладонями на раковину и уставилась в зеркало. В глазах застыла паника, смешанная с предвкушением. Келли показала язык своему отражению, стянула джинсы, вошла под душ, подставила лицо горячим струям и устало вздохнула.
Уже ведь поздно давать задний ход, да? Если отказаться, он победит. Нельзя позволить ему победить. Так что придется красивому, как космос, мамкиному рокеру наслаждаться обществом девушки, которая три года ни с кем не спала, душила сарказмом весь мужской интерес и в принципе не умеет вовремя заткнуться.
Хотя последнее он, скорее всего, уже и сам понял.
Глава 3
Бар заполнили плавные гитарные аккорды, простые и повторяющиеся.
Надтреснутый голос пропел первые строчки песни.
Артур откинулся на спинку бирюзового диванчика, вытянул руки на столе и закрыл глаза.
Пальцы начали зажимать воображаемые струны. Профдеформация. Вся сознательная жизнь, проведенная в обнимку с гитарой, оставила отпечаток на подкорке и грубые мозоли на подушечках пальцев. Единственные постоянные отношения за двадцать три года, единственная подружка. Только гитара ни разу в жизни не подвела и не вынесла мозг… Чего нельзя сказать о девице с волосами того же цвета, как и эти диваны. Забавное совпадение.
И где она, мать ее?
Артур распахнул глаза и в очередной раз за последние десять минут уставился на дверь бара. Полный зал людей, но одной конкретной девчонки не хватает. Обманчиво-медленная мелодия ускорила темп, переросла из плавной в драйвовую и подогнала нарастающее нетерпение.