Хельга Петерсон – Черные чернила (страница 3)
…Уже пора отправить ее в бан или понаблюдать дальше?
В конце концов, хоть поржать можно. Она как забавная рыбка в аквариуме, только это ее и спасает.
Но «поправляет яйца»? Серьезно?
Артур плюхнулся в кресло-мешок и тут же утонул в нем по плечи. Закинул ногу на ногу и снова уставился на открытый диалог с неизвестной девицей. Точнее, монолог. Монолог «Черных Чернил». Артур мазнул пальцем по стеклу, и сообщения в очередной раз замелькали калейдоскопом.
Сколько уже дней это длится? Неделю? Больше? И ведь ей не надоедает: упрямая, как мул…
– Он вообще кому-нибудь звонил? – прокатился по комнате громкий, агрессивный выпад.
Артур вскинул голову и бегло осмотрел студию: Люк даже не дернулся, продолжая строчить что-то в блокноте, Илай убрал руки со струн баса, а Эд оторвал взгляд от заусенца, который последние пять минут пытался откусить, и посмотрел на застывшего в дверном проеме Кэмерона.
– Мне написал, что стоит в пробке. – Он пожал плечами и снова принялся ковырять палец.
Ну да. Пробка. Конечно. Артур коротко хмыкнул и выгнул брови.
– У него же велосипед.
– Серьезно?
– Ну да. Он на прошлой неделе не затыкался, говоря об этом. «Взял последнюю модель “Трека” со скидкой, бла-бла-бла»… Чем вы слушали?
Лицо Кэмерона сделалось обалдевшим.
– Вот же говнюк… – протянул он, прошел по небольшой комнате и устало упал в свое кожаное кресло. Тяжелое, дорогое. Продюсерское. Он больше никому не разрешает греть в нем задницу. На самом деле, Кэмерон здесь не нужен. Но он любит контролировать процесс и показывать свою важность. Типа: «Смотрите, сопляки! Я вас на помойке нашел, отмыл, вы без меня ничего не можете». Хотя, вообще-то, группа в состоянии записать трек и без няньки в лице продюсера, как делала это все годы до его появления.
А вот без звукача, который опаздывает уже на двадцать минут, не может.
Мать его.
– С каких пор он стал зожником? – снова заговорил Эд.
– Так, наверное, с прошлой недели и стал, – хохотнул Илай.
– А вейпы, которыми он парит, в курсе, что они теперь часть ЗОЖ?..
Артур ухмыльнулся и снова уставился в экран на нескончаемый монолог забавной девицы. Парни продолжили острить, но он перестал их слушать.
И все-таки, как она на него вышла? Почему именно он? Ну так, на всякий случай, если на секунду поверить, что она не ненормальная сталкерша. Когда больше недели назад пришло первое сообщение, Артур его даже не заметил в шквале входящих. Странно, что оно сразу не ушло в спам, а пробилось в основные. А потом сообщения начали приходить чаще, во время репетиций и записи.
Так что это уже стало сложно игнорировать.
Вот как сейчас.
Артур опять бегло просмотрел длинный монолог, губы снова сами собой изломились в ухмылке.
Острячка.
Нет, она не похожа на фанатку. Фанатки знают разницу между басистом и гитаристом и никогда не назовут одного другим.
Он нашел вверху окна яркую аватарку с девушкой в облаке бирюзовых волос и подпись: «Черные Чернила». Ткнул в нее пальцем. Оказался на странице, заполненной фотками рисунков на коже.
Артур провел пальцем по экрану, и перед глазами замелькали квадратики фотографий. Он уже был на этой странице пару раз. Любопытство победило примерно на четвертый день: надо же было понять, почему аккаунт называется именно так?
Девушку зовут Келли. Она тату-мастер.
Он прикусил губу и прищурился.
Пришлось полистать ленту, чтобы в куче примеров работ найти самого мастера. Казалось, за логином «Черные Чернила» должен скрываться миллион нюдсов какой-нибудь жгучей брюнетки. Но нет. Так только казалось.
На странице нашлось всего штук десять личных фотографий. На них – стройная девчонка лет двадцати в драных джинсах и футболках, пацанка и оторва. На самой ранней фотке у нее был короткий блонд, чуть позже – темный взрыв кудряшек. Потом период рыжего каре, розового каре, а на относительно недавних фотографиях – длинные бирюзовые волосы с вплетенными в них мелкими бирюзовыми косичками.
Творческая личность. Отвязная, явно с пулей в башке. Наверное, поэтому он ее и не забанил, как забанил бы любую другую ненормальную.
Артур устало потер глаза.
То есть пуля в башке должна была бы наоборот насторожить. Первое правило знакомства – не связываться с хоть немного сумасшедшими бабами. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Но эта не похожа на обычных психических. Да, шальная. Но в этой цветной башке явно есть мозг…
Он ткнул в карусель фотографий и безошибочно открыл ту, которая в прошлый раз понравилась больше всего. Пристально в нее всмотрелся. Портрет крупным планом. Всклокоченные яркие волосы упали на лицо, слегка прикрыв густые брови; большие, похожие на кошачьи серо-зеленые глаза и приоткрытые широкие губы.
Артур машинально потер шею.
Такие губы хорошо умеют оставлять засосы. Только импотент не обратил бы на них внимания…
– Я здесь! – прострелил пространство внезапный громкий вопль.
По телу прошла дрожь.
Артур уронил мобильник на грудь и метнул взгляд в дверной проем. В комнату влетел невысокий тощий парень с жиденькой бородкой и дредами. Остановился посреди помещения, согнулся пополам и, тяжело дыша, уперся ладонями в колени.
Иззи. Звукач. Наконец-то. Второе пришествие свершилось.
Артур закатил глаза. В комнате повисла пауза.
– Простите… – Сиплый голос нарушил создавшуюся тишину. – Я… – Глубокий вдох. – Опоздал…
Ну хотя бы признал это.
– Пробки… – Тяжелый выдох, и Иззи наконец выпрямился.
А нет. Не признал. Идиот. Артур сцепил пальцы на груди.
– «Трек» застрял между тачками? – Он дернул бровью.
И в него тут же впился оскорбленный взгляд карих глазок. Упс. Обидели маленького. Эд фыркнул, Илай скрестил руки на груди, Кэмерон тоже отмер в своем массивном кресле.
– Какого хрена, Из? – Его тяжелый, будто груда камней, голос заполнил комнату.
И все сразу притихли. Когда Кэмерон говорит вот так, становится уже не смешно. Иззи сбросил с плеч рюкзак и швырнул его в угол.