Хельга Эстай – Зеленый огурец для эльфийской розочки (страница 7)

Сириус настолько был поглощён тем, как сжимал шею предателя, что не заметил, как тот нащупал на полу осколок стекла. Один удар и его хватка ослабла… ещё один удар и он соскользнул с распластанного тела… Питер поднялся и рванул прочь. Сириус поднялся за ним и… дальше он плохо помнил. Кажется, он пошатнулся и схватился за раненый бок... кажется, он снова упал… кажется, возле него опять был тот славный рыжий кот, тыкавший в него чьей-то волшебной палочкой, зажатой в зубах… кажется, он подумал, что да, умереть собакой будет приятнее и лучше, чем неудачником Сириусом Блэком. Он превратился в Бобика и… почему-то не умер. Собственно, этот вопрос его сейчас и занимал. Между потерей сознания и пробуждением должно же было что-то происходить…

«Гарри? Гарри меня опять спас?» — подумал Бобик, лежа в темноте и шевельнул задними лапами, которые тут же во что-то упёрлись. «Гарри! Да точно Гарри! Кто ж ещё!» — радостно ответил он себе, оттолкнулся от чего-то и… выскочил из круглой дыры, прикрытой куском резины, наружу. Там он увидел такое, из-за чего присел на свой зад и совсем не по-собачьи застыл с разинутой пастью.

Над головой Бобика светили звезды и держалась убывающая луна, чуть впереди и по сторонам стояли обычные деревенские дома, в окнах которых не горел свет. Подобие неуклюжего домика, именуемого конурой, стояло и возле пса. Но больше всего его, конечно, поразило не это. Какие-то заботливые люди подлечили Бобика и посадили на цепь, а рядом поставили миску с костями и повесили на забор характерную табличку: «Осторожно, злая собака!»

Часть 6

Похоже, Сириус сбежал из поезда, как только понял, что до Питера ему не добраться. Сбежал очень быстро и куда-то спрятался. По крайней мере, на станции не видели здорового чёрного пса и уж тем более всеми разыскиваемого преступника. Возможно, ему снова удалось прибиться к Гарри и тот провёз его до замка в карете. Римус сильно сомневался в этом — неужели Сириус настолько поглупел или отчаялся, чтобы так рисковать? — и в то же время очень хотел найти друга у крестника. Найти, обнять и попросить прощения.

Однако у Гарри Сириуса не было, тот качал головой и говорил, что его пёс пропал и не возвращался. Римус подумывал было сказать Гарри правду, но представил, как глупо прозвучит фраза: «Гарри, твой пёс — это твой крёстный отец», и решил, что лучше повременить. Вот когда он найдёт Сириуса, поговорит начистоту и поможет привести того в надлежащий вид, тогда можно будет и откровенно поговорить с Гарри. Будет намного проще ему всё объяснить, да и Сириус сможет обратиться и в собаку, и в человека на его глазах, чтобы мальчик не думал, что окружающие рехнулись и несут всякий бред.

— Что, опять за старенькое взялся, да? — спрашивал Римуса ворчливый старик Филч. — Надел профессорскую мантию, а нутро не изменить, так и тянет безобразие творить?

Несмотря на всё, Римус всё ещё надеялся, что Сириус где-то поблизости. Возможно, он присматривает за Гарри, но на расстоянии. Замок он хорошо знает и всегда найдёт, где спрятаться, а значит, есть только один способ его отыскать — заполучить Карту Мародёров, на которой он отобразится. Карту, которую друзья утратили годы назад, но к тому времени не имели ни нужды, ни возможности её искать и возвращать в свои руки.

— При чём же здесь безобразие? — спокойно отвечал Филчу Римус. — Я и в школьные времена следил за порядком…

— Как же, как же, «следил» он… нашёл же, кому эти байки рассказывать…

— Так мне можно взглянуть на ваши находки или лучше попросить вас через директора их предъявить?

Филч помрачнел ещё сильнее, но нехотя впустил незваного гостя в свои владения. Римус обыскал все его ящики, но Карту Мародёров среди всяких вещей вроде рогаток, навозных бомб, засохших жевательных резинок, потрёпанных журналов, содержащих откровенные колдофото каких-то ведьм, так и не нашёл.

— Благодарю за помощь, — бросил он на прощание и отправился к себе.

Комнату ему выделили небольшую, но после тех мест, где ему иногда приходилось бывать, Римус счёл комнату очень даже уютной и чистой. Умывшись перед сном, он переоделся в пижаму, улёгся под одеяло, со вздохом посмотрел на звёзды, светящие в небе, и только тогда расслабился и смог подумать о чём-то простом и в то же время крайне сложном. О правде и терпении. Римус приподнялся, нащупал на тумбочке волшебную палочку и взмахнул.

— Бродяга, прости меня, теперь я всё знаю и… хочу тебе помочь. Прошу, выходи из укрытия. Питер пойман, теперь мы можем восстановить справедливость.

Серебристый волк, соскочивший с его палочки, снова умчался во тьму. Оставалось лишь ждать и надеяться, что старый друг появится сам.

* * *

Букля не сразу поняла, что хозяин от неё хочет, но после долгих и упорных объяснений улетела вместе с корзиной с объявлениями в Хогсмид. В первой половине дня Гарри ещё надеялся на скорый результат и волновался от этого, но чуть позже понял, что поиски не всегда проходят блестяще и быстро. Да, после обеда у них с друзьями было несколько коротких писем от жителей деревни, но те либо указывали на крыс в амбаре, к которым могла прибиться Короста, либо предлагали бесплатно отдать вместо Живоглота любого другого котёнка, коих у местных жителей было в достатке.

— Одна ерунда, — быстро читая очередное письмо, сетовал Гарри за общим столом и посматривал в сторону учителей.

Люпин тоже был хмур, но сдержан. С другими учителями он не общался, сидел себе в стороне и перекусывал.

— А вдруг он всё-таки не причастен к исчезновению наших питомцев? — выразила было сомнения Гермиона, но мальчики быстро напомнили ей, как развивались события в поезде. — Но ведь у других-то питомцы не пропали… — осторожно прибавила она.

— Да потому что у других нет Бобика, — возразил Гарри.

— И они не встречались с Люпином, — подчеркнул Рон.

Они оба понимали, что подруга хочет уберечь их от неприятностей, и оба понимали, что не знают, что делать. Люпин, будь он неладен, не проявлял признаков преступной деятельности, более того, он был крайне вежлив, на животных других учеников не засматривался и на уроках, как потом рассказывали близнецы, вёл себя дружелюбно.

— Интересно, а когда он по ночам шкуры с животных сдирает, он такой же добрый и вежливый? — вечером говорил за общим столом Рон, а Гарри только мрачнел.

Гермиона же читала очередные письма от доброжелателей, откликнувшихся на их объявления, и с печальным видом качала головой: их питомцы как будто провалились сквозь землю. Всё это привело к тому, что на первом же уроке защиты от тёмных искусств Гарри был на нервах: смотрел на доброго профессора и злился, мучаясь от мысли, что тот собирался сделать с Бобиком. Люпин же, как назло, решил рассказать им о боггарте и научить его прогонять. Он хвалил тех учеников, кто справлялся с задачей, хлопал в ладоши и с улыбкой просил выходить следующего. Благодаря его вниманию и доброте в классе очень скоро стало весело и шумно.

Когда очередь дошла до Рона, Гарри понял, что это испытание выше его сил — видеть того, кто чуть не прикончил бедного пса, и ничего не делать.

— Приступай! — бодро сказал было профессор, взмахом палочки открыв шкаф.

Боггарт обратился в паука и в ту же минуту Гарри рванул к другу.

— Ай! — только и сказал Рон, оттолкнутый им в сторону.

Боггарт тут же изменил облик, и в классе сделалось намного тише, доносились лишь редкие перешёптывания и шорохи. Многие ученики удивлённо смотрели на второго профессора Люпина с нездоровым блеском в глазах.

— Да-да, вчера я прокрутил твоего пса на фарш и наделал бургеры! — с безумным видом объявил тот, смотря на Гарри.

— Ридикулус! — не растерялся последний и взмахнул палочкой.

Второй профессор Люпин раздулся, как тётушка Мардж, полетел к потолку и… лопнул. Именно так, как Гарри и хотел бы поступить с оригиналом, озадаченно посматривающим в его сторону. В наступившей в классе оглушительной тишине напуганный боггарт сам спрятался в шкаф и прихлопнул дверкой.

— Прекрасно, — наконец сказал Люпин, но его слабые хлопки ладонями заглушил звонок с урока. — Гарри, можешь задержаться?

«Ну всё, тебе конец», — так и читалось на испуганном лице Рона, который замер в растерянности.

— Гарри, мы подождём тебя в коридоре! — демонстративно объявила Гермиона и вышла вместе с другими учениками.

— Давай пройдём ко мне, — как только они остались одни, предложил Люпин и посмотрел в сторону двери, ведущей в небольшой кабинет. — Не переживай, надолго я тебя не задержу.

Гарри молча кивнул и двинулся в указанном направлении. Переживать он и не думал. Люпин же не Волан-де-Морт и не василиск, что он ему сделает? Скажет, что так вести себя нельзя? Покричит, как дядя Вернон? Или же палочкой размахивать и угрожать станет? Так Гарри её и отнять может. Пусть это Люпин переживает и знает, что он его не боится, может, так этот живодёр быстрее занервничает и выдаст себя.

* * *

Ночка выдалась не из лёгких. Мало того, что его кто-то похитил, так ещё оказалось, что Петтигрю пойман, а Люпин раскаивается и готов помочь старому другу. Всего-то и оставалось, что найти его, а потом найти Гарри. Наконец-то у них появится возможность поговорить друг с другом и всё прояснить. Оправившись от потрясения, Бобик воспрял духом, серьёзно разозлился и занялся цепью. Были предприняты попытки её перегрызть, оторвать, вытянуть шею и как-нибудь повернуть морду, чтобы вытащить её из ошейника, но всё было тщетно. Цепь была крепка и неумолима. Оставалось одно — обратиться в человека и разобраться с этой проблемой, но тут Бобика ждало ещё одно потрясение — как он ни крутился, обращение не удавалось. То ли он был так слаб после ранения, то ли на цепи или чём-то другом были наложены какие-то чары. Словом, к рассвету Бобик так утомился, что уснул, развалившись на земле.