Хелен Скейлс – О чём молчат рыбы (страница 46)

После окончания войны и в последующие 20 лет она записывала и идентифицировала этих невидимых говорунов, большинство из которых были рыбами. Используя гидрофоны, разработанные во время войны, она установила надежные станции прослушивания в реках и заливах, чтобы уловить естественные звуки подводного мира. Между 1959 и 1967 гг. исследовательское судно каждую неделю выходило в залив Наррагансетт у побережья Лонг-Айленда и возвращалось с живой рыбой для лаборатории Бобби, где та записывала их голоса. Висящие в аквариумах гидрофоны записывали звуки, издаваемые рыбами в различное время суток при различных обстоятельствах: сразу после того, как их поймали и посадили в аквариум, когда к ним подсаживали других рыб и обстановка становилась более тесной и оживленной. Рыб, которые упрямо отказывались разговаривать, Бобби била слабым током, и обычно это вызывало продолжительный звуковой ответ. Эксперты критиковали такой подход, поскольку в естественных условиях рыбы могли не издавать эти звуки и делали это только под воздействием электрических разрядов.

Исследовательская группа также прослушивала рыб в других лабораториях и аквариумах в Америке и на Карибах, они путешествовали в специально оборудованной машине Бобби. В ту декабрьскую поездку, в первый выезд прослушивающей станции на колесах, Бобби направлялась в гавань Бутбей в Мэне, чтобы записать зимний хор рыб. С ней были океанограф Пол Перкинс и инженер-электрик Уильям Моубрей, чьи голоса, объявляющие названия рыб, можно услышать на архивных пленках.

В 1970 г. Бобби и Моубрей написали книгу «Звуки северо-западных атлантических рыб» (Sounds of Western North Atlantic Fishes), наполненную спектрограммами, показывающими форму и структуру звуков рыб[102]. Высоты и тоны рыбьих голосов были изображены на графиках, показывавших тонкие различия между хрипом и лаем, гудением и хрюканьем. Книга содержала спектрограммы рыб, записанных Бобби в бухте Бутбей, например серебристая сайда (Pollachius pollachius), которая была запущена в тканевый аквариум и издавала глухие звуки, когда ее трогали; ее спектрограмма показывает повторяющиеся всплески звука, как будто по краске провели расческой. Другой записанной в 1963 г. рыбой из той же бухты был бронзовый керчак (Myoxocephalus aenaeus), чья спектрограмма показывала две аккуратные линии, одна ниже, другая выше, продолжавшиеся четыре секунды, а потом еще две. В книге также представлен голос обыкновенной рыбы-луны, которую нашли рядом с заливом Наррагансетт и держали в загоне в море; она хрипло похрюкивала, как свинья, и звуки становились тем громче и чаще, чем больше ее беспокоили. Тигровый малоглазый групер в Пуэрто-Рико издавал громкий рокот, когда его трогали, создавая спектрограмму, напоминающую короткие мазки мягкой кисточкой; такой же групер на Багамах упорно молчал, хотя однажды чуть не заглотил гидрофон, схватив его огромной пастью.

Эти открытия помогли военным отфильтровать звуки рыб и сконцентрироваться на звуках, издаваемых противником. Бобби Фиш использовала свои прослушивающие устройства и аналитические методы, чтобы выделить отдельные голоса из подводной какофонии. Она продемонстрировала, что шум под водой создается не парой-тройкой каких-то особенных рыб; таких шумных видов сотни. И как она написала в предисловии к книге «Звуки северо-западных атлантических рыб»: «Механизмы генерации звука у рыб разнообразны и зачастую крайне изобретательны».

Подобно способностям создавать электричество, яды и свет, у рыб много раз на протяжении их долгой эволюции возникали различные способы издавать звуки. Для этого они преобразовывали разные части своих тел в звуковые устройства. Рыбы скрежещут зубами; у амфиприонов есть связки, резко закрывающие челюсти, и их вибрирующие зубы создают щелкающие и чирикающие звуки; обитатели коралловых рифов рыбы-ворчуны (или сладкогубы) получили свое название благодаря ворчанию, которое они издают глоточными зубами (вторым набором зубов в глубине горла); рыбы-ежи трут свои беззубые челюсти друг о друга со звуком, напоминающим скрип ржавой калитки. Морские коньки щелкают, когда поднимают голову, чтобы поймать рачка, и две кости на задней стороне черепа ударяются друг о друга; они также урчат и рычат, и эти звуки каким-то образом формируются у них в щеках (механизм пока до конца не понятен). Керчаки используют мышцы, чтобы дребезжать своим плечевым поясом[103]. Пятнистый сом-кошка (Ictalurus punctatus), которого часто можно увидеть и услышать в североамериканских реках и озерах, трет зазубренными лучами плавника по шероховатому участку другого луча, подобно тому как поют и стрекочут сверчки и кузнечики. Ворчащие гурами (Trichopsis vittata), обитатели стоячих вод, прудов и рисовых полей Юго-Восточной Азии, хорошо знакомы аквариумистам-любителям; их ворчание объясняется звуком, который они издают, когда бьют грудными плавниками по специальным связкам, как по гитарным струнам.

Чаще всего рыбы издают звуки своими плавательными пузырями. Этот внутренний газовый баллон, обычно в форме сосиски или скрученного в середине длинного воздушного шарика, вероятно, сначала появился у рыб для дыхания, затем стал использоваться в качестве средства для обеспечения плавучести, а затем был приспособлен, чтобы издавать звуки.

Представьте себе все разнообразие звуков, которые можно создать при помощи обычного воздушного шарика. Вы можете постучать по нему пальцами, потереть его обо что-нибудь и заставить скрипеть или выпустить из него воздух с писклявым воем; рыбы делают все это и еще многое другое. Единственное, что они (намеренно) не делают, – это не протыкают свои плавательные пузыри с громким хлопком.

У многих рыб есть звуковые мышцы, вибрирующие рядом с плавательным пузырем, заставляя его гудеть и жужжать при сокращении и расширении. У некоторых есть мышцы, которые растягивают плавательный пузырь, а затем отпускают, и он с громким звуком возвращается на место. У спинорогов по бокам есть барабаны, где плавательный пузырь давит изнутри на участок тела, покрытый большими чешуями. Когда грудные плавники ударяются об эти чешуи, те прогибаются внутрь и возвращаются на место со звуком, напоминающим барабанную дробь. Рыба-жаба (Opsanus tau), одна из самых шумных рыб, верещит как сирена, быстро вибрируя своим плавательным пузырем в форме сердца. Два набора звуковых мышц заставляют ее пузырь колебаться с разной частотой, порождая сложные звуки, похожие на плач ребенка, которые сложно проигнорировать (особенно, если вы самка рыбы-жабы[104]).

Для изучения того, как и зачем рыбы издают звуки, нужно не только их слушать, но и наблюдать за ними. Видеозаписи показывают, что многие виды используют звуки для предупреждения сородичей об опасности, агрессивно кричат во время драк и пронзительно вопят, чтобы отпугнуть хищников. Амазонские обыкновенные пираньи (Pygocentrus nattereri) издают крики разного уровня сложности, используя три разных звука в зависимости от обстоятельств. Во время столкновений лицом к лицу перед началом драки рыбы издают короткие повторяющиеся рыки, предупреждающие соперника, что произойдет, если он не отступит; это рыбий вариант запугивания противника. Затем, когда начинается драка, особенно если она происходит из-за еды, пираньи издают более глубокие глухие звуки, плавая друг вокруг друга и кусаясь. Оба этих агрессивных звука создаются мышцами, заставляющими плавательный пузырь вибрировать. Третий вариант крика – это залп более высоких звуков, создаваемых трением зубов. Когда победитель отгоняет побежденного, он издает этот звук, вероятно чтобы сказать: «Я победил. Ты проиграл. Убирайся».

Тихоокеанские и атлантические сельди менее агрессивные рыбы. Они общаются посредством плавных струй пузырьков, выходящих из плавательного пузыря наружу через анус. Пузырьки создают звуковые импульсы, длящиеся до семи секунд, которые исследователи назвали быстрыми повторяющимися щелчками (fast repetitive ticks, или FRT). Видео, снятое в огромных аквариумах в темноте инфракрасными камерами, показывает, как молодые сельди плавают в неплотных стаях, выпуская пузыри. Если аквариум закрыть крышкой, блокируя доступ воздуха, то сельди затихают. По-видимому, они не могут заново наполнить свои плавательные пузыри, захватывая воздух с поверхности, и больше не могут выпускать пузыри[105]. Предполагается, что они используют пузыри, чтобы взаимодействовать с другими членами стаи ночью. При свете дня, когда они могут видеть друг друга, сельди замолкают. Это единственные известные животные, общающиеся посредством пускания газов.

Зачастую самое шумное время под водой наступает, когда рыбы пытаются найти партнера и образуют пары для размножения. Весной в глубине северной части Атлантического океана самцы пикши (Melanogrammus aeglefinus) плавают вблизи дна, выписывая круги и восьмерки и издавая длинные повторяющиеся стуки (они предаются брачным играм и в больших аквариумах, поэтому мы знаем, что они делают). Звуки очень важны для них, поскольку под водой темно и трудно что-либо разглядеть. Самки слышат зов самцов и приплывают посмотреть, что происходит. Затем самец начинает преследовать самку. Он ее обгоняет, преграждает ей путь, машет в ее сторону плавниками и демонстрирует три пятна, которые нарисовал у себя на боку, изменяя расположение пигментов в хроматофорных клетках кожи; обычно у него всего одно темное пятно, «отпечаток дьявола», как его раньше называли. Все это время самец ускоряет темп своего стука, пока не станет звучать как двигатель мотоцикла, когда стуки сливаются в постоянный громкий гул. Он может гудеть не переставая от 10 до 20 минут. В конце концов, если ему повезет, самка всплывет наверх, и они крепко прижмутся телами друг к другу. Голос самца достигает крещендо, и он высвобождает облако спермы, а самка выделяет в воду тысячи икринок, возможно в ответ на его вопль, сигнализирующий о кульминации. Самец замолкает, пара распадается, и они уплывают в разные стороны. Обычно пикши этим и занимаются, когда их ловят рыболовные суда в местах размножения в северном Атлантическом океане.