Хелен Шойерер – Убийство Принца Теней (страница 67)
Дрю не могла вспомнить, когда отец в последний раз обнимал ее, но приняла его объятия без колебаний.
— Спасибо, — пробормотала она.
Тут раздался знакомый крик, и она перевела взгляд на Терренса, который кружил неподалеку.
Оторвавшись от отца, Дрю протянула руку, ожидая, что Терренс на нее навалится. Вскоре его когти мягко обхватили ее предплечье, и он подогнул крылья, предлагая ей свою лапу.
Там был завязан свиток.
Дрю сразу узнала неровный почерк Адриенны и дрожащими руками развернула пергамент.
Дрю вздохнула с облегчением и отправила приказ Адриенны по цепочке. Все устали, но никто не хотел больше оставаться среди руин.
Через час, позаботившись о раненых и укутав мертвых в саваны, они выехали навстречу своему генералу.
Адриенна не зря выбрала место встречи на полпути. В предвкушении битвы Дрю не замечала домиков по дороге к полю, но теперь она заметила несколько, разбросанных по лесному массиву. Это была не совсем деревня, а крошечный хутор, возможно, когда-то занятый несколькими семьями, а теперь пустующий.
Дрю спрыгнула с лошади, и через мгновение ее чуть не сшибла с ног Адриенна.
— Ты сделала это, — воскликнула ее подруга, едва не выжав из нее все силы. — Ты, черт возьми,
— Мы все сделали, — ответила Др., не в силах сдержать ухмылку, расплывающуюся по ее лицу, когда она взглянула на Талемира, который одним быстрым движением сошел с коня. Он улыбался, и от этого зрелища у нее заныли колени.
Но она снова повернулась к Адриенне.
— А ты? Все хорошо?
Адриенна похлопала ее по плечу, подталкивая Дрю к небольшой группе, собравшейся вокруг костра.
— Лучше, чем хорошо.
В группе было около дюжины человек, может, больше, и некоторых из них Дрю узнала еще в крепости в Кирауне. У некоторых из них были крылья, как у Талемира и Гуса, а от других исходили слабые тени. Они выглядели усталыми, но целыми.
— Приятно, что ты наконец-то присоединилась к нам, Дрю Эммерсон, — произнес знакомый голос.
— Дратос, — вздохнула Дрю, шагнул вперед и пожал рейнджеру руку. — Рада тебя видеть.
Черные крылья были убраны за спину, но он по-волчьи ухмылялся, целуя ее костяшки.
— Спасибо тебе за то, что ты сделала в логове, за то, что сражалась за нас. — В его словах прозвучало неожиданное почтение. — Мы в большом долгу перед тобой.
Тепло разлилось по телу Дрю, когда Талемир приблизился.
Дратос поднял голову, его глаза сузились при виде Боевого Меча.
— Ты… — произнес он с рычанием в голосе. — Ты тот, кого называют Принцем Сердец… Ты убил бы моего младшего кузена. Ты убил бы всех нас.
Талемир не покраснел, но с сожалением склонил голову.
— Я бы убил, и за это мне жаль.
Крылатый рейнджер поднял бровь и отпил глоток чего-то из фляги.
— Может, в следующий раз проверить все более тщательно…?
— Я думал, вы потерялись во тьме.
— Состояние фуги12, Боевой Меч. Какое-то время не могли ни черта делать. Разве ты не испытал то же самое, когда…
Талемир застыл рядом с Дрю.
— Я… я сожалею.
Дратос, казалось, раздумывал, стоит ли ему продолжать ругать человека, который только что помог победить теневых рейфов.
В конце концов он отсалютовал Талемиру, осушив остатки фляги и критически оглядев его.
— Знаешь… мне кажется, что мои крылья больше твоих…
Талемир рассмеялся.
— Чертовски маловероятно.
Но Дрю уже оттаскивал его.
После воссоединения войск началось празднование, которое продолжалось до самой ночи. Быстро умывшись в ближайшем ручье, Дрю подняла тост за фурий вместе со своими людьми. Она пела и танцевала вместе с ними у костров и наедалась до отвала олениной, которую Уайлдер убил для них в лесу. Но проходили часы, и она поняла, что больше не может себе отказывать. На протяжении всего праздника что-то еще звало ее, игривая тьма, лента силы, связывающая ее с Боевым мечом, который терпеливо стоял на окраине лагеря.
Талемир ждал.
Дрю вложила свою руку в его и потянула его за собой, в сад, который она обнаружила ранее у одного из домиков.
— Я хочу показать тебе кое-что. — Сердце ее уже забилось сильнее.
Она повела его по заросшей тропинке во двор, огороженный забором, безмолвно держа наготове боевой меч.
Перед розовым кустом она остановилась и указала на цветок, распустившийся среди колючек.
Роза, черная как ночь.
— Моя мать всегда предпочитала голубой жасмин и солнечные орхидеи, — тихо сказала она.
Талемир уставился на нее.
— Но эти всегда были моими любимыми. Их называют полуночными розами. У них самые темные лепестки во всех срединных мирах.
— Неужели…? — вздохнул Талемир.
Дрю прижалась к нему всем телом, наконец-то задав мучивший ее вопрос.
— Вернешься ли ты в Тезмарр после того, как эта битва будет выиграна? — Страх затаился в ее груди, ведь она знала, что он — человек чести, человек долга, Боевой Меч гильдии до конца, независимо от крыльев и темной магии в его жилах.
Но Талемир покачал головой.
— Нет, — прошептал он ей в губы. — Мое место — рядом с тобой. Сейчас и всегда.
На глаза Дрю навернулись слезы, и она глубоко поцеловала его.
— Тогда люби меня, — приказала она ему. — Люби меня в своей теневой форме.
Талемир моргнул, словно только что осознав, о чем она его просит.
— Ты уверена? Я могу сделать так, что крылья исчезнут…
— Нет. — Никогда еще Дрю не была так уверена в чем-либо. Она провела руками по его груди, и его кожа потеплела от ее прикосновений. — Я хочу знать и любить каждую твою сторону, светлую и темную.
Грудь Талемира вздымалась, когда он делал вдох.
— Тогда тебе лучше держаться, Дикий Огонь.
Он подхватил ее на руки и пинком распахнул дверь коттеджа.
Когда они вошли в дом, она первым делом поняла, что он был здесь раньше. Она отметила отсутствие пыли и опрятность маленького помещения. Здесь не было того разграбленного хаоса, который она ожидала увидеть. Дрю повернулась к нему с вопросом на устах.