Хелен Шойерер – Кровь и сталь (страница 9)
Рен проследила за ее взглядом. Бывший воин ходил взад-вперед, часто моргая и тяжело дыша.
– Думаю, ты права. Я предупрежу Одру.
– Забей на Одру, не оправдывайся. Ты и так будешь в полном дерьме.
– Я пойду с тобой…
Тея лишь отмахнулась:
– Ты его только смутишь. Иди, с нами все будет в порядке.
Рен коротко кивнула и, поднявшись по лестнице, скрылась за дверью.
Тея подошла к Малику, старясь не напугать его.
– Ты опять заблудился, приятель? – прошептала она.
Услышав ее голос, Малик широко раскрыл глаза и поднял голову. Пару мгновений он двигал ртом, а затем расслабился.
– Как хорошо, что я знаю дорогу, – сказала она. – Пойдем.
Ей хотелось взять его за руку, но делать этого она не стала. Ей неизвестно, насколько сложным было повреждение его мозга. Однако она знала Малика достаточно долго, чтобы понимать: после волнительных событий и встрясок ему становилось очень тяжело, он утомлялся, все его чувства и эмоции обострялись.
Она опасливо шла по крепости, отмечая, что сегодня Малик плохо держится на ногах.
– Тебе просто нужно немного побыть в тишине, – заверила она его, придерживая для него дверь.
Однажды, когда Малик заблудился, Одра показала Тее путь к его покоям. Острая на язык библиотекарь была нежна и добра к нему. Тея сделала вывод, что они знакомы, и только спустя время поняла: вероятно, Одра знала его с тех времен, когда он был Боевым Мечом. Возможно, они даже вместе тренировались.
Они подошли к покоям Малика и увидели, что дверь не заперта. Только она открылась, как Дакс, пес Малика, взволнованно их встретил.
– С ним все в порядке, – сказала Тея дворняге, активный хвост которого угрожал ей синяками на ногах.
В дверях она дождалась, пока Малик усядется в кресло перед холодным камином.
– Хочешь, я растоплю камин? – спросила она.
Малик уставился на черные угли.
– Хорошо, – произнесла Тея, обращаясь скорее к себе, нежели к бывшему воину. – Оставлю тебя.
Она развернулась, чтобы уйти, но услышала, как Малик издал скрипучий звук.
Девушка подождала, понимая, что он пытается выговорить слова и что ей никогда не понять этих мучений. Ей перехватило горло, она так хотела бы ему помочь.
Словно прочитав ее мысли, он покачал головой.
Тея откинула упавшие на лицо прядки волос и вздохнула, слова вырвались сами собой.
– Я потеряла его, – призналась она, постучав по лодыжке. Малик знал, где она хранила кинжал. – Я потеряла его в Кровавых лесах, мне так жаль, – произнесла она.
Малик улыбнулся, и Тея не могла понять, чему именно. Дрожащей рукой он махнул на дверь, веля ей уйти.
Тея ощущала во рту горький привкус сожаления. Она потеряла единственную вещь, напоминавшую о том, кем Малик был до ранения; вещь, которую он доверил ей хранить и беречь. Он прошел через столькие испытания, а Тея так глупо потеряла кинжал, добытый п
Нет, она все исправит. Тея закрыла за собой дверь бывшего Боевого Меча и двинулась по коридору. Но не в сторону кабинета Одры, где ее ждали задания. Она направлялась в Кровавые леса.
Снаружи царили серость и мрак, но все же свободно передвигаться по крепости и за ее стенами без риска оказаться замеченной было небезопасно. Однако у Теи имелись свои пути. За время ее интрижки с Эвандером она узнала о некоторых наименее охраняемых местах Тезмарра и о малоизвестных тропах на опушках лесов. Благодаря этим знаниям их отношения не были абсолютной тратой времени.
Вскоре она вновь оказалась среди деревьев Кровавых лесов. В воздухе витал насыщенный влажный запах приближавшегося дождя. Она наткнулась на свой след, оставшийся со вчера, и сразу же постаралась его замести. Меньшее, что ей нужно, – это чтобы какой-нибудь любопытный щитоносец шел за ней по пятам. Тея также не исключала, что Себ, желая отомстить, может отправить за ней парочку своих дружков. Она надеялась, что сам он все еще находится в лазарете и, словно блохастое животное, чешет свои яйца.
Вскоре Тея добралась до поляны, на которой была вчера. Разбуди ее среди ночи, она бы узнала это место. Это явно было оно – стрела все так же торчала из дерева. Тея задумчиво провела покрытыми шрамами пальцами по оперению. Оно оказалось таким мягким – поразительный контраст со смертоносным наконечником, впившимся в ствол.
Стрелявший хорошо знал свое дело. Если бы не ее быстрая реакция, выработанная за годы игры в «Танцующих алхимиков», стрела попала бы точно в цель.
Тея одернула себя. Она пришла сюда не для того, чтобы размышлять о случившемся.
Обходя пронзенное стрелой дерево, Тея копалась в опавшей листве. Она была уверена, что, даже если случайно пнула кинжал, он был где-то здесь. Он не мог укатиться далеко.
Пока она была занята поисками, тело охватило какое-то неприятное чувство.
Тея обшаривала усеянную листьями землю более лихорадочно, смотрела даже там, где кинжала быть не могло. Волнение в груди все нарастало, и в конце концов Тея упала на колени на влажную землю.
– Черт, – пробормотала она, уставившись на пустые руки.
Вдруг по ее коже пробежал холодок, волосы на затылке стали дыбом, и Тея подняла взгляд.
У нее перехватило дыхание.
Одетый в черные кожаные одежды воина и прислонившись к дереву, перед ней стоял Уайлдер Хоторн. В своих длинных татуированных пальцах он крутил ее кинжал.
– Это ищешь? – спросил он.
Глава 5
Каждая клеточка Теи буквально кричала о том, что нужно бежать, но она так и стояла на коленях в грязи, будто прикованная.
Взгляд серебристых глаз Хоторна пронзил ее, он решительно шагнул к Тее, возвысившись над ней своим мускулистым телом.
– Не отрицаешь? – Его голос глубокий, с хрипотцой. Казалось, слова отдавались эхом по всему ее телу.
Тея вскочила на ноги, ее сердце бешено стучало, больно ударяясь о грудную клетку, губы сжались в тонкую линию.
– Ты хоть знаешь, что это за кинжал? Что он особенный?
Хоторн вновь покрутил кинжалом. Его тон казался спокойным, но от взгляда Теи не скрылось, как мускул на его челюсти дернулся. Вблизи воин казался еще более свирепым, чем когда она наблюдала за ним на утесе и за ужином. Лицо его выражало невероятную суровость и жестокость, темная борода еще больше заостряла угловатую челюсть, а в глазах под длинными черными ресницами бушевала буря.
Тея вновь предпочла молчать. Что бы она ни сказала, он не поверит ей, не поймет. Она была алхимиком, причем плохим. Она нарушила закон Гильдии и, как бы сказал Себ, была позором Тезмарра. Тея никак не могла владеть кинжалом, не говоря уж… Она окинула взглядом пустой лес и на долю секунды задумалась…
– Можешь попробовать сбежать, если хочешь, – произнес он с промелькнувшим во взгляде весельем, будто бросая вызов. – Но ты забываешь, с кем имеешь дело.
Тея изо всех сил старалась проглотить ком в горле, ее пальцы онемели. Неважно, как усердно она втайне тренировалась и как хорошо изучила секретные места Кровавых лесов, – перед ней стоял Боевой Меч Тезмарра. У нее не было шанса.
Хоторн убрал ее кинжал в ножны на своем ремне, наблюдая, как на ее лице пронеслось осознание.
– Пойдешь в крепость добровольно или предпочитаешь унизительно отправиться туда на моем плече?
Услышав эти слова, Тея вздернула подбородок, ее возмутила нотка веселья в его голосе.
– Я пойду сама.
– Хорошо.
Они шли по Кровавым лесам молча, взгляд Теи то и дело возвращался к ее кинжалу на его поясе, она винила себя за собственную глупость. У нее забрали самое ценное, что у нее было, и она шла навстречу наказанию, которого так боялась. Тея не думала, что однажды оно ее настигнет. Неужели она была такой наивной? Такой безрассудной и глупой, как часто и говорила Рен?
Она шла рядом с Боевым Мечом, и его властная фигура отбрасывала на землю длинные тени. Он излучал мощную силу, при взгляде на него по ее венам пробегали разряды энергии, она ощущала трепет в груди. Хотя он казался холодным и непреклонным, за его спиной были мечи и играли желваки, все же от чего-то по телу Теи разливалось тепло.
Он словно почувствовал предательскую реакцию ее тела, поэтому скользнул по ней своими серебристыми глазами.
– Хочешь что-то сказать? – прорычал он.
Тея проклинала себя. На кону ее будущее в Тезмарре, а она пожирает взглядом Боевого Меча, который может ее этого будущего лишить!
– Нет, – ответила она, глядя на свой кинжал в ножнах на его поясе.