Хелен Расселл – Хюгге или Уютное счастье по-датски (страница 18)
– А вообще-то, пожалуй, на «десятку»!
– «Десятку»?
– Знаете, если вдуматься, ума не приложу, как можно быть счастливее…
Может, это потому что она уже овладела тем, к чему я только приступаю? Я начала подозревать, что датский – самый трудный язык в мире.
– Если вы будете интенсивно практиковаться, у вас обязательно все получится! – на прощание сказала мне Сюс. Попрощавшись, я вышла из кабинета.
– Судя по всему, чтобы жить настоящей датской жизнью, – сказала я Лего-Мену по пути домой, – нам необходимо записаться в клубы.
Он кивнул, и мы стали обдумывать свои хобби.
– Может, запишемся в клуб велосипедистов? – предложил он. – У нас уже есть велосипеды, хотя ты своим мало пользуешься…
Я собралась возразить, но тут поняла, что в последний раз надевала велосипедный шлем, когда президентом США был Джордж Буш-младший, а в моде были джинсы-клеш.
– Но навыки быстро возвращаются, – в голосе Лего-Мена ощущался энтузиазм. – Знаешь, говорят, разучиться невозможно…
– Потому что ездить на велосипеде – это
– Именно! Кроме того, Дания славится своими велосипедами.
Муж был прав. В Дании велосипед – это священнодействие, и неважно, сколько тебе лет и чем ты занимаешься. По всей стране проложено более 12 тысяч километров велосипедных дорожек. Датчане ездят на велосипеде в любую погоду: и в дождь, и в снег. Недавно правительство приняло Национальную велосипедную стратегию, чтобы побудить датчан массово передвигаться на велосипедах. Датчане настолько привержены велосипедному транспорту, что у них есть даже трехколесный велосипедный катафалк для достойного завершения жизненного пути. Половина жителей Копенгагена добирается на работу на велосипеде.
Журнал “Forbes” недавно привел такие данные: велосипедисты экономят городу порядка 20 миллионов фунтов в год (или 34 миллиона долларов), поскольку этот вид транспорта не загрязняет воздуха, разгружает автомобильные пробки и снижает количество ДТП. Повсюду проложены безопасные дорожки, по которым можно добраться до дома, даже пропустив бокал вина, а такси обязательно оборудованы специальным багажником, чтобы доставить велосипед, если его обладатель выпил немного больше.
Думаю, это весьма цивилизованный подход. Поскольку датчане повсюду ездят на велосипедах, то статус автомобилей заметно упал, и на светофорах директора заводов на своих велосипедах стоят в ожидании зеленого сигнала плечом к плечу с посудомойками, спешащими на работу.
Велосипед – не социальный маркер, а всеобщий датский уравнитель. Есть данные, что полчаса ежедневной езды на велосипеде увеличивают продолжительность жизни на четырнадцать месяцев (так написано в научном журнале), а исследование Гарвардской медицинской школы показало, что велоспорт положительно влияет на когнитивные способности человека. Неудивительно, что жители Копенгагена такие умные и бодрые.
Я узнала, что по рабочим дням датские велосипедисты ездят на своем транспорте в той же одежде, в которой ходят весь день, а в выходные надевают эластичные велокостюмы и запасаются энергетическими напитками на тот случай, если почувствуют усталость. Пообещав Лего-Мену восстановить свои навыки, я объявила, что предпочитаю спокойное катание по выходным.
– Я не собираюсь становиться Лэнсом Армстронгом[39].
– То есть глотать эритропоэтин[40], а потом идти к Опре[41]?
– Скорее, носить шорты с гелевой прокладкой, – пояснила я. – Кататься на велосипеде я буду только в нормальной одежде, в которой мне не придется чувствовать себя полной идиоткой.
– Ладно, – Лего-Мен поднял руки и посмотрел на меня с таким видом, словно хотел сказать: «Заметь, не я это предложил». Через пару минут он уже заказывал себе в Интернете какой-то немыслимый костюм с лайкрой.
В следующие выходные мы с моим Лэнсом выбрались на природу. Я тащилась на гибриде, который показался мне гораздо симпатичнее с момента нашей последней встречи. Лего-Мен красовался на внушительном навороченном горном велосипеде – я и понятия не имела, что в нашей кладовке имеется нечто подобное.
Первая наша вылазка в датскую глубинку началась неплохо. Однако вскоре нас остановил тракторист и сказал, что у нас неправильные фонарики. Сначала он произнес это по-датски, но потом начал закатывать глаза и вздыхать, поняв, что ему придется общаться с парой британских идиотов, которые даже не владеют их великим языком, несмотря на занятия за счет налогоплательщиков. По крайней мере, мне казалось, что он думал именно так.
– Неправильные фонарики? Что за чушь! Сейчас же полдень! Солнце… – я уже хотела сказать «светит», но быстро поняла свою оплошность и выкрутилась: – Сядет через несколько часов!
– Это неважно, – покачал головой фермер. – Таковы
Мне всегда казалось, что
– У вас должны быть передние и задние фонарики, – заявил дисциплинированный фермер. – Свет должен направляться строго вперед и строго назад. – И стал размахивать руками, словно играя в шарады и изображая сценку из классической песни The Bangles “Walk like Egyptian” («Ходим, как египтяне». –
Я оскорбилась за свой транспорт, а Лего-Мен заверил фермера, что мы при первой же возможности все исправим, но суровый датчанин не собирался униматься. Он переключил внимание на велосипед мужа.
– У фонариков должна быть частота 120 вспышек в минуту!
– Простите?
Строгий фермер и одновременно дисциплинированный велосипедист-любитель (я так полагаю) пожал плечами.
–
Он сделал акцент на слове «в Дании», давая нам понять, что ему нет дела до дурацких велосипедных стандартов, существующих в нашей стране, – здесь все делается правильно.
– Хорошо. Я понял. Мы со всем разберемся. Спасибо.
Мы двинулись дальше, но даже Лего-Мен приуныл, потому что вылазка оказалась не такой веселой, как ожидалось. Через час я замерзла, масло с цепи испачкало мои красивые брюки для йоги, вдобавок у меня страшно болели ноги и, извините, попа.
– Тебе нужно купить специальные шорты, – заметил Лего-Мен, когда я начала жаловаться. – Сейчас продаются отличные шорты с мягкой прокладкой. Могу купить тебе такие на день рождения.
Я промолчала. Идея получить от любимого мужчины на день рождения подобный предмет гардероба привела меня в ужас, но Лего-Мен принял мое безмолвие как знак согласия.
– Кстати, – сказал он, – я читал о новых особо прочных и антибактериальных шортах, их-то мы тебе и купим. Они предотвращают раздражение…
Я так свирепо на него посмотрела, что он смутился, но, желая закончить мысль, нанес последний удар:
– А еще у них силиконовый пояс…
– Как бы увлекательно ты ни описывал шорты, – я решила подвести черту, – предоставляю велосипед тебе. Не уверена, что уже готова вступить в датский велосипедный клуб. Кроме того, на день рождения желаю получить достойный подарок, понятно?
Глядя, как я беспомощно передвигаюсь на велосипеде, словно Джон Уэйн[42], Лего-Мен не стал спорить и начал придумывать другие хобби (и, надеюсь, какой-нибудь достойный и блестящий подарочек!).
– Плавание! – воскликнул он через час, размахивая своим iPad перед моим носом. Он схватил его обеими руками и приготовился читать мне целую лекцию: – Известно ли тебе, что достаточно 20-минутного плавания, чтобы организм начал вырабатывать эндорфины, вызывающие эйфорию? Плавание улучшает настроение и заряжает энергией, что подтверждено научными исследованиями.
Лего-Мену отлично известно, что меня привлекает все, что связано со здоровьем.
– Правда? – ответила я.
– Честное слово! Что думаешь? Здесь недалеко имеется бассейн, – он жестом указал куда-то за пределы Стиксвилля-на-Море. – У них есть команды и клубные вечера. Можем пойти на пробный сеанс, а там решим, понравится нам или нет. Сегодня у них есть поздний сеанс для взрослых!
Лего-Мен буквально бурлил энтузиазмом.
– Похоже, с меня на сегодня хватит… – сопротивлялась я.
– Но это же плавание! – он стал демонстрировать мне сайт местного бассейна. – Тебе станет лучше! Теплая вода! А еще там есть баня – твоим мышцам это пойдет на пользу!
Я поняла, что отвертеться не удастся.
Через пару часов мы входили в большой, пропахший хлоркой спортивный центр. Когда покупали два билета в бассейн, кассирша ухмыльнулась и заговорщическим тоном произнесла:
– Вас ждет
– О чем это она? – прошептала я, когда мы отошли от кассы.
– Она просто проявляет дружелюбие, – ответил Лего-Мен, но в его голосе ощущалась неуверенность.