Хелен Лимонова – Сюжеты в ожидании постановки. Выпуск 3 (страница 6)
НАДЕЖДА. Да, я помню эти чудесные скатерти. Жаль на них прошла мода.
МАРИНА. Как хочется, чтобы, хотя бы иногда, к нам возвращалось то, что хотелось бы забыть. Это знание всегда меня угнетало. И с каждым днём всё сильнее и сильнее. Я не находила себе места… И ты знаешь, что я сделала?
НАДЕЖДА. Стала тренировать свою память?
МАРИНА
ЭДВАРД.
МАРИНА. А утром… Первая мысль, бежать, вернуть патефон и пластинки. Ведь с ними от меня ушло прошлое. Но я сдержала свой порыв, и прошлое исчезло… навсегда.
НАДЕЖДА. Как романтично! И что же дальше?
МАРИНА. В доме стало тихо. Но миновало несколько дней. Я, кажется, даже стала забывать о патефоне и пластинках.
(Звучит танго, примерно 10—15 секунд. Появляется в тёмном углу весь в чёрном ЭДВАРД).
МАРИНА. Однажды, уже вечерело, я зажгла в комнате свет, послышалась музыка. Откуда она шла, я сразу не смогла сообразить, но мне показалось, что музыка звучит в моей квартире. Вот только где? Я обошла комнату за комнатой.
НАДЕЖДА. И что? Действительно у тебя в квартире звучала музыка? Но ведь ты патефон свой выбросила.
МАРИНА. Вот-вот. И тогда я поняла, что музыка не где-то… она во мне. Музыка звучала в моём сердце. Точно так, как старая пластинка.
НАДЕЖДА. Не может быть!
МАРИНА. Ты сомневаешься? Я не вру, сердце играло ту самую мелодию. А я поняла: дело не в патефоне. От прошлого не убежишь. Прошлое было, и пока бьётся твоё сердце, оно будет вместе с тобой. Хочешь ты этого или не хочешь…
(Звучит танго, примерно 10—15 секунд. Появляется в тёмном углу весь в чёрном ЭДВАРД).
ЭМИЛИЯ. Говорят, что время не движется вспять. А как же наши воспоминания? Они же заставляют время пятиться назад. И оно отступает. Ты не веришь?
НАДЕЖДА. Это невозможно! Все знают, что время назад не движется.
МАРИНА. Наши воспоминания заставляют сделать это! Только они.
НАДЕЖДА. Ты говоришь так проникновенно, что я уже начинаю тебе верить. Что же дальше?
МАРИНА. Как-то, случайно, на дне ящика в комоде я обнаружила письма. Я о них совсем забыла. Как приехала в Израиль, положила на дно, от посторонних глаз подальше… и забыла. Сижу и думаю: открывать или не открывать?
НАДЕЖДА. И ты открыла их? Скажи! Открыла?!
МАРИНА. Затаив дыхание я приоткрыла первое попавшееся письмо. Это оказалась записка. Ты только представь, записка была от него… Боже мой! Как давно он её писал… Меня и сейчас бросает в жар при одном только воспоминании. Я не завидовала Джульетте, ведь тогда я сама была ею. Когда он смотрел на меня, моё сердце куда-то проваливалось, а глаза сами собой закрывались. Только бы он был рядом. Говорят, что так приходит любовь. Я не знала, что такое – любовь. Но если бы мне сказали: «Умри!» Это – ради него. Я бы умерла… А потом он прислал мне записку, да-да, записку. Эту самую… И это было всё, что осталось от него… На всю жизнь…
(
ЭДВАРД.
(
НАДЕЖДА. Дорогая моя! Позволь дать тебе совет:
Спрячь эту записку. И пусть она останется с тобой только в памяти.
МАРИНА. Ты права. А я вот думаю. Потом было то ли счастье, то ли ожидание счастья. И я не знаю, что лучше – само счастье или его ожидание? Ведь, когда счастье приходит, то всё равно чего-то ещё, самого малюсенького, не хватает. А когда ты ожидаешь прихода счастья, то тебе хватает всего. Как хорошо жить и ждать прихода счастья!
НАДЕЖДА. Жить и ждать прихода счастья…
МАРИНА. И знаешь, что я хочу ещё сказать? Всё время, все годы в моём сердце звучала и пела та самая старая пластинка. Я слушала её и… мне хотелось жить! Жить и помнить…
(
Поздно…
(маленькая пьеса)
Марта – пожилая красивая женщина, немка.