Хелен Лимонова – Сюжеты в ожидании постановки. Выпуск 2 (страница 2)

Тома. Дорогой, я – твой импульс.

Вадим. Это авантюра. Знаешь, почему я здесь перестал заниматься театром? Отношение. Именно. Сколько нашего брата пытались. В основном халтура, психовал. А затем понял, что по другому не выходит, понимаешь? Без средств, платить актёрам нечем. Энтузиазм не кормит их семьи. Вот и приходится урезать то то, то это. Вот халтура и выходит. И в один момент я понял, что не занимаясь профессией, я её в себе сохраню, а занимаясь, таким образом буду незаметно скатываться на халтуру и потеряю. Это неизбежно.

Тома. Нет ничего неизбежного. Поверь мне.

Вадим. Хорошо тебе Томка, лёгкая ты.

Тома. Хорошо? Ты знаешь, когда мой бывший кредитов набрал и в Канаду смылся, я тоже «лёгкой» была. Ага. Налей-ка чуть. (Ангел наливает ей немного в стакан. Тома одним махом выпивает.) Лёгкая. Ребёнок маленький. Ипотеку муженёк на меня скинул. Ни денег, ни языка, ни связей. Вот такая лёгкость. Да я просто выла, как сука подзаборная на луну. А затем плюнула на всё и за дело взялась. И подставляли, и кидали. Школа жизни такая. Концерты, халтуры, всё, что могло принести хоть какой-то заработок. Всё, чтобы не выть, не думать… И, ты знаешь, получилось. Не сразу, конечно. Но получилось. (С горечью) Я ведь лёгкая.

Вадим (смущённо). Ладно, прости. Я другое имел в виду. Я ведь, да что там… И без театра не могу и с таким подходом….прости. Это я сам на себе срываюсь. Прости.

Тома. Ты – режиссёр. Это как приговор. А театр, это ведь не только развлекаловка, а и боль. Именно боль, скопившаяся в творце, которая не видна за бытом и халтурой.

Вадим. Вот! Именно! А я этого не хочу!

Тома. Тебе и карты в руки. Легко ныть, а ты попытайся, чёрт возьми!

Вадим. – Я не ною.

Тома. – Так борись. Выпал шанс, ну, пускай шансик.

Ангел. Соглашайся.

Вадим (отмахивается от него). Я – пишу. Пьесу пишу. В стол.

Тома. Знаю. И тема эта всегда актуальна. Вот мы и поставим.

Вадим. Ты же знаешь…

Тома. Я знаю одно: что нельзя сдаваться. Уберись тут и… дописывай. А театр – рассудит.

Вадим. Какой театр? Очнись.

Тома. Наш. Наш театр. Пиши. Всё получится. Я ведь лёгкая.

Уходит.

Ангел. Ну, вот всё и…

Вадим. Что «всё»?! Ничего не всё.

Ангел. Я тебя понимаю. Кто как не я, но….

Вадим. Да ты пойми: один раз схалтуришь, так и пойдёт. И – всё. Пуф!.. Творческий труп.

Ангел. А сейчас?

Вадим. Сейчас, сейчас…. А сейчас долей, что там осталось.

Ангел. Пить вредно.

Вадим. Кто бы говорил, похмельный ты наш.

Ангел. Так я, милый мой, твоё отражение. Ты пьёшь, а я похмельем страдаю. Справедливо это?

Вадим. Так не пей.

Ангел. Не выходит. Из-за тебя и я страдаю.

Вадим. Двери не заперты.

Ангел. Гонишь?

Вадим. Тебе решать.

Ангел. Если бы. Я к тебе приписан. С рождения. Так что… куда мне идти?

Вадим. Что-то я тебя раньше не видел.

Ангел. Просто ты раньше не замечал меня. Так бывает.

Вадим. Вот и не читай мораль. Самому тошно. Не верю я, понимаешь, что, может, что-то из этого получится. Весь опыт возражает. Да и кому сейчас это нужно?

Ангел. Тебе. Нам. Ты просто боишься.

Вадим. Да, боюсь. Боюсь опять пережить пустоту.

Ангел. Не бойся. Тебе уже нечего терять.

Вадим. Нечего, кроме репутации.

Ангел. А она у тебя осталась? Ты Тамару послушай, рискни. А репутация…

Вадим. Репутация… Душа должна цепляться за крючок надежды.

Ангел. Вот, хорошо сказал. Можно записать?

Вадим. Да пошёл ты…

Ангел. Прибраться? Начинаем новую жизнь?

Вадим. Попробуем. Но….

Ангел. Что?

Вадим. Ты мне поможешь.

Ангел. Да всё, что угодно.

Вадим. Будешь моим внедрённым агентом.

Ангел. Кем?! Где?

Вадим. Будешь моими глазами и ушами в той пьесе, что я пишу.

Ангел. Нет, только не это, я не умею.

Вадим. Теперь ты ангел сомнения?

Ангел. Нет, конечно, но….

Вадим. Я дам тебе главную роль. Ты будешь – Иудой.

Ангел. Стой! Почему именно Иудой?

Вадим. А моя пьеса будет о нём в этой вечной истории. Это жертвенная фигура и до сих пор загадочная история, где немало логических нестыковок. Бог, человек, правда и ложь. Разве что-то о изменилось с тех пор? Нет, мы не изменились. Не стали мудрее. Да, много нестыковок и ты поможешь мне отыскать их. Так как?

Ангел. А у меня есть выбор?

Вадим. Думаю, нет.

Действие первое

Сумерки на Востоке внезапны. Огненный закат разливается по небу. Город, шумный Иерушалаим успокаивается. Всё реже встречаются случайные прохожие. Но эти двое, закутанные в тёмные плащи, почти слившиеся со стеной, высвечиваются неярким ночным заревом.

Зелот. Как вы решились? В городе небезопасно, и если вас узнают….

Посланник. Я знаю. Но в резиденции не должны узнать о нашей встрече. Да и эти проклятые зелоты везде имеют свои уши. Так что выбора у нас нет. Дело очень важное. Император знает о нём. Ты понимаешь, как важна тайна?