Хелен Кир – Забирай мое сердце (страница 3)

3

— Ну что думаешь, потянет? — Женька натягивает рабочий комбез, пыхтит.

— Не знаю! Какая-то она странная.

Глухое раздражение тупо сопровождает меня уже вторые сутки. Не потянет, уверен, но молчу пока. Сейчас все выяснится. После того, как Романова тогда свалила, мне аж дышать стало легче. Напрягает. Не пойму даже чем, но тяготит жесть как. Будто камень висит на шее.

— Начнем с хед-даун.

— Серьезно? — тянет молнию Женя. — А может просто около трубы постоит и все? У нее вроде опыт есть. Хватит зверствовать, Ник.

Глухо звякаю замком и ничего не отвечаю. Нахлобучиваю шапку на голову и заворачиваю на манер тюбетейки. Готов вроде, надо идти, смотреть эту Лену. Киваю Миронову, и мы выдвигаемся в помещение, где находится аэротруба. Там уже толпятся все наши. Они стоят в одной куче, и периодически из самой гущи доносятся взрывы хохота. Писклявый голосок солирует и поднимается к своду, меняя тональность. Ясно, веселятся. Ну-ну.

Вижу, что в центре этой развеселой компании стоит Романова. На ней белый комбез с яркими полосами, в руке шлем и очки. Стоит и возбужденно жестикулирует, вещает. Волосы кудрявым ореолом рассыпаны по плечам. Она чешет без передыха историю, перескакивая то на одно, то на другое, но всем весело. Невозможно смешно, придурки, твою мать. Вбуриваюсь в центр толпы и киваю ей в сторону.

— В трубу. — сверлю взглядом, хмыкаю, не могу удержать пренебрежение.

— Привет, Лен. — дружелюбно тянет Миронов. — Как настроение?

Усмехнувшись, отхожу в сторону, переговорить с парнями о предстоящем процессе. Сдалась она Жеке, полез со своими сантиментами. Оттренируемся и разбежимся. Стою полу-боком и наблюдаю, как они треплются. Идиоты. Улыбается ему, как лампа настольная отсвечивает. Слышу в свою сторону.

— Привет, Ник. — окликает Романова.

Резковато поворачиваюсь и смотрю ей в глаза. Вижу странный блеск в них. Негодование от моего неприкрытого хамства просвечивает. Небрежно киваю и независимо передергиваю плечами. Ну, а что она хотела? Моей безграничной любви, сердечного приема? Нет. Такой какой есть. Ничем не обязан.

— В трубу. Хед-даун. — говорю ей и вновь теряю интерес.

Романова связывает волосы и надевает шлем. Больше на меня не смотрит. Общается исключительно с Женькой. Меня устраивает. Меньше бесить будет. Пока идет к трубе, внезапно ловлю себя на том, что разглядываю ее задницу. Ничего так, форма отличная, можно и натянуть разок. В смысле, если б не бесила так. Хотя нет. Не стоит связываться. Тем более с этой. Да что за мысли?

Стою, скрестив руки на груди и наблюдаю за полетом. То, что было приказано сделать она даже исполнять не стала. Перешла сразу к фрифлаю. Ну молодец, что сказать. Она летает, как ведьма на метле. Идеально сбалансирована. Я же не идиот, чтобы не признать очевидное. Видел, как челюсти присутствующих отпали. Идеальный баланс у этой Романовой Лены. И все было бы ничего, пока эта девочка не начала танцевать прямо в трубе. Видимо для того, чтобы забить в упор контрольный выстрел всем, кто находился рядом. Да пусть выделывается, похрен.

Я увидел, что мне нужно было и пошел на выход, но черт дернул остановиться и еще раз обернуться. Несколько парней замерли и неотрывно следили за ее действиями. Вращение ее хрупкого и натренированного тела то замедлялись, то достигали приличной скорости. Она перемещалась то вверх, то вниз, меняя позы и заворачиваясь в немыслимые фигуры. А этот шпагат в воздухе…идеально…

Ладно, черт с ней, сойдет. Слышу свист и аплодисменты. Парни реагируют. Под этот шум и выходит Романова, сдергивает шлем и очки и приседает в шуточном реверансе. На секунду пересекаемся взглядами. Стоит раскрасневшаяся, встрепанная и грудь волнами ходит. Запыхалась от удовольствия, видимо. Машинально отмечаю, что сиськи что надо. Странно, не рассмотрел при первой встрече. Какая-то она невысокая, но вся такая ладная, талия вон узкая, ноги не смотря на весьма средний рост длинноватые и стройные. Да на хрена мне этот обзор? Отмечаю просто по привычке, а так на хер надо. Выскочка. Стоит и принимает комплименты с удовольствием, слушает дифирамбы. Понятно все с ней, ничего нового. Надо идти, представление заканчивалось.

— Никита. — догоняет голос.

Невольно стопорюсь и недовольно морщусь. Ну что ей еще? Какого требуется? Оборачиваюсь. Романова приближается стремительной походкой и тормозит прямо передо мной. Она что, злится что ли? Киваю ей вопросительно.

— Ты…- осекается от моего вида — что происходит вообще?

— А что происходит?

— Чем не угодила? Почему такое отношение? — сыплет вопросами. — Я тебе лично что-то должна? Вообще-то, мы команда!

— А тебя кто-то взял уже? — прищуриваюсь я.

— Подожди… — теряется она — тебя не впечатлило? Женя доволен.

— Послушай…деточка…- выбиваю сигарету из пачки — чтобы меня впечатлить, тебе из штанов надо выпрыгнуть и перевернутся. Ясно? — подношу сигу ко рту, она следит неотрывно за моими действиями. — Все, что ты продемонстрировала сейчас неплохо, ну и что дальше? На падении посмотрим, как можешь работать в команде. Ты же хочешь к нам попасть? М? Вот и посмотрю твой потенциал. А вот это — киваю на трубу — ничего сверхвыдающегося.

Романова тяжело дышит, приоткрыв рот. Краснеет, гоняет кислород и скрещивает руки. Отшагивает немного назад и задирает подбородок.

— Ясно! Я тебе не деточка! У меня более ста прыжков, если что!

— Мгм. — выдуваю дым прямо ей в лицо, морщится, но не двигается. — Удивила. Да, и ты — деточка! Сколько тебе?

— Восемнадцать и что? — шипит, как кобра.

— Вот тебе и ответ. Уяснила?

— Но я думала, что совместная работа нечто другое, а не вот это все. Как считаешь? И разница в три (?)..ээээ…года это тот неоспоримый факт, который позволяет тебе так разговаривать со мной?

Мне надоело отвечать на тупые вопросы. Какого она вообще поперлась за мной? Да, это разница! Там более, что она еще и ростом с лилипута. Максимум метр шестьдесят пять, не больше. Да и не привык я что-то девочкам объяснять. Зачем? Это бесполезно.

Они созданы для другого. Я в принципе никогда на равных с ними не разговаривал. Их рот создан для другого — раскрывать и сосать, говорить необязательно. Нет, я не абьюзер, просто нет необходимости на ком-то заморачиваться. Поэтому свое личное удовольствие я черпаю только в сексе. А для него нужны девочки, благо в достатке тех, кто необременительно к этому прекрасному действу относится и с удовольствием принимает мои приглашения.

Обоюдное удовлетворение, вот, что действительно важно. Эмоции только там и больше нигде. Секс вносит в мою жизнь те же сносящие волны, что и небо. Знак равенства стоит давно и эти два важных дела занимают в личном рейтинге одинаковые лидирующие позиции. Скольких я уже…не помню, да и запоминать не нужно. Главное, чтобы знали свое дело и отменно трахались, большего не нужно. Какой к черту диалог с ними? Зачем?

А эта…Достала уже. Лезет и лезет со своими разговорами.

— Послушай, Лена. — еле вспоминаю ее имя. — Давай заканчивай со своим интервью. Задача ясна, думаю. Обсуди с Мироном, если дополнительно что требуется, когда шагнем в небо, там посмотрим. А сейчас будь добра, свали по-хорошему, а?

По ее телу идут волны, я же вижу, губы начинают мелко дрожать и глаза наливаются слезами. Наблюдаю с удовольствием, наконец, дошло до нее, что общаться охоты нет. Несколько секунд она смотрит на меня и потом, круто развернувшись на пятках, удаляется. Горизонт чист. Это нормально. Иду в противоположную сторону и невольно думаю, ну отчего эта малявка так бесит, ведь, по сути, ничего такого не произошло. Хотя…Сука эта Потапова. Такой тандем опрокинула. Не могла подождать со своей беременностью. Овца, блядь. Подсунула эту мелочь. Гребись теперь с ней.

Вдыхаю чистый воздух, набираю в легкие до отказа. Синие-синие небо. Моя стихия, моя зависимость. Грозное в непогоду, ясное и притягивающее, зовущее к себе в тихое время. Небо для всех, но я чувствую, что оно мое, личное! Оно в моем сердце глубоко-глубоко. Зовет. Манит. Тянет. Стихия — совершенство, бесконечность бытия. Но им обманываться нельзя, панибратствовать тоже. Мнимая безмятежность может быть злой и опасной.

Слышу позади себя хлопающий звук открывающейся двери и голоса. Романова и Миронов. Прощается с Женькой и обходит меня. Идет пружинящей походкой, только кудри подскакивают. С удивлением отмечаю, что сегодня она выглядит более чем нормально. Идеально сидящие джинсы подчеркивают ее безупречный зад и ноги. Поправляет сползший рюкзак и худи задирается, вижу яркую и гладкую белизну кожи. Ничего так…Да что за херня! Романова прыгает в тачку и, даже не прогрев, сразу стартует, срывается в места. Дрифтанув на повороте, исчезает с линии горизонта. Вот тебе и малая! Психует, что ли. Да черт с ней! Какая разница!

— Долго прессовать ее будешь? — слышу голос Женьки.

— Да хватит, Мирон. Мне без разницы. Главное не просрать из-за нее наше участие. — равнодушно тяну.

— Думаю, что нет. Ладно, ты сегодня как?

— Прыгнуть хочу. Голову почистить. Там есть с кем?

— Сейчас группу собирают. Новички.

Срываюсь с места и бросаю на ходу.

-Жень, тогда на связи. Встретимся на днях для тренировки. Потом дату скинь, согласуем время.

— Давай. — слышу вслед. — Иди, обнимай свое небо!