Хелен Кир – Измена. Забудь обо мне (страница 8)
— Сереж, — от леденящего страха, решаю не лезть в разборки. Внутренним чутьем ощущаю, что лучше спокойно себя вести. Очень боюсь спровоцировать, потому что кажется, еще немного и сосуд пробьет. — Не нужно. Я никогда не смогу быть рядом с тобой.
— Да?
Сначала улыбается. И улыбка практически парализует. Так Лектор улыбался Клариссе. Я смотрела этот фильм. Губы раздвигаются в змеиной улыбке.
Поворачивается и хватает меня за руку. Против воли волочет к себе, не успокаивается пока не придвигает. Склоняет голову, лбом почти по моему стучит. Отшатываюсь от боли, но не дает ни на секунду отодвинуться.
Я жду. Закричать не могу. Я боюсь.
— Слушай, — хрипит, — ты все равно вернешься. Поняла? Даже если ты … будешь против … — сжимает до боли руки, вскрикиваю. — Все равно заберу.
— Отпусти, — срываюсь на животный писк, — мне больно. Мне больно-о.
— Девушка, — раздается рядом напряженный голос. Перед нами стоит пара крепких парней с колясками. Оба в спортивках, большие, мускулистые. В руках перекладинки люльки как тростинки смотрятся, — все в порядке?
Сергей ослабляет хватку. Я пользуюсь моментом, запальчиво тарабаню что все нормально и опрометью убегаю с площадки. Нахожу в себе силы, оборачиваюсь. Парни о чем-то беседуют с Сергеем.
Припускаю на остановку бегом и запрыгиваю в подходящий автобус. Забиваюсь на заднее сиденье, съезжаю и пытаюсь быть меньше ростом. Боже … Боже! Зачем я его встретила. Как он меня нашел. Как все теперь это разрулить.
Падаю на сложенные руки и замираю.
Мне так страшно.
Немного подумав, вытаскиваю из телефона симку и ломаю, соскребаю с нее все, что можно соскрести. Попрошу Диану приобрести новую для меня. Не хочу иметь больше ничего общего ни с кем из братьев. Проказа они, а не люди.
Сергей однозначно меня триггерит. Даже вводит в ужас. Я немею в его присутствии, замираю как змея при звуках дудки. Он как будто магнетизирует. При звуках голоса впадаю в кому, теряю возможность сопротивляться. Правда. Даже ноги не двигаются. Если бы не парни, так и сидела бы парализованной куклой.
Вяло направляюсь с остановки домой. По сторонам озираюсь затравленно, жду подвоха из каждого куста. А если он выследит, где живу, что тогда.
А нам тут еще как минимум месяц! Денег-то нет!
Падаю на скрипучую карусель, отталкиваюсь. Под звук ужасного звука, качусь по кругу. Вот моя жизнь: потрепанный двор, обшарпанная пятиэтажка и безденежье. Что делать … Что же делать …
Сдавливаю виски. Думаю. В идеале нужно пойти на работу и потом сразу же съехать после первой зарплаты хоть к черту на рога. Выбрать самый дальний район и жить там тихонько. Потом видно будет.
— Ты чего здесь?
Вскрикиваю от неожиданности.
Рядом стоит Диана с пустым мусорным ведром. У нее глаза по пять копеек. Ну конечно, у меня, наверное, вид как у затравленной жертвы. Слабо улыбаюсь, пытаюсь купировать испуг. А то окончательно подумает, что я припадочная.
— У меня тут приключение, — лицо кривится и стекает вниз.
Диана ободряюще поглаживает по плечу.
И меня отпускает. При негласном участии все расслабляется. Фонтан эмоций прорывает блокаду, вырывает долбанутой истерикой.
— Ты что? — подхватывает подмышки.
— Он нашел меня.
10
В руках проект моек. Их у меня пока еще в компклексе нет. Подкинули неплохой вариант. Мне бы вникнуть, только голова по-прежнему как валенок. Не варит. Туплю в окно. С трудом возвращаю себя к делам. Идея заманчивая …
Если грамотно подойти к делу, то потом все руки само потечет. Есть такой вариант. Подгрести мойки, пошатать кто послабее неплохо будет. Короче, есть над чем размышлять. От монополизма в здравом уме еще никто в перспективе не отказывался.
Еще заманчивее найти Алёну …
С-с-к-а … Сколько еще думать, м? Ну, блядь, сколько?!
Опять!
Все. Забыл. Выбросил ее из головы срочно. Не мой вариант. Не нужна она мне.
Я реально устал от разбитого состояния. Творю разную дичь. После Алёнки сорвался с цепи и несет меня кубарем. Как остановиться не знаю. Азар втягивает в загулы, я не сопротивляюсь. Потому что реальность пиздец давит. Дело в том, что сам хочу забыться. Не вывожу я.
Понимаю, что мудак я мудище и что? Че-т реально достало. Как выпрыгнуть из жопы пока не знаю. Уравнение в двумя неизвестными. И я не Лобачевский, если так-то.
Да и по всем показателям порядочности во мне по нулям. Лет не мало, а в душе гарь и зола.
Жру абсорбенты горстями. В душе пусто. Будто вытащили из меня жизненно важный орган, а без него тяжко. Ночью совсем труба. Снится.
Обнимаю. И там в снах все хорошо. Алёна рядом. Просыпаться иной раз неохота. Долго отхожу. Задолбался.
Зло смахиваю со стола канцелярию. Лабуда летит на пол, в голове звоном херачит. Зачем найти? Что дальше-то?
Конец все равно один. Точнее никакого конца нет. Да и начала тоже.
Денег дать? Так не возьмет. Купюрами не искупишь вину и пробоину не залепишь. Думал быстро отлипну. Возьму свое и отвалю по тихой грусти. Ни-хе-ра!
Ладно. Пошло оно все.
Все, хорошо. Надо тормозиться.
Зачем тогда … Ищу ответ и не нахожу. В очередной раз четки мыслей перебираю.
Нравилась? Да. Хотел? Да! Любил? Нет.
Это другое.
Она неземная была, не досягаемая. Мечта, что ли такая. Незакрытый гештальт. Да какой гештальт? Будто у нас что-то было с ней когда-то.
Просто тот вечер, когда она шла из бани … Он перевернул сознание. Влетело махом. Как заклинило. И ничем не выжечь. Вообще ничем!
Там даже потом Татка ночью не загасила. Кипело и булькало, что в вулкане. Трахал Тату, а представлял Алёну. Закрывал глаза и … Ох, твою ж … Как только не вертел Татку, что только с ней не творил. В молоко. Бесполезно.
Эти плечи. Эти мокрые волосы. Силуэт фигуры в лунном свете. Наяда. Замкнуло провода.
Получилось то, что получилось. Кого винить? Это жизнь. Мы все в ней конченые твари. Добываем свое и исчезаем с горизонта. Платим и забываем. Так же легче жить, да? Конечно. Конечно! Нам никто ничего не должен.
Сердце снова болезненно колотится. Шманает навылет. Того и смотри вырвется из-под ребер и покатится. Прикладываю ладонь к ошалевшему мотору. Лупит как угорелое. Бахает, что колокол.
С-су-к-к … Ш-ш-ш … Тихо. Тихо … Все нормально.
Надо отвлечься.
Подрываюсь, вылетаю на улицу. Разговаривать ни с кем не хочу. Под удивленные взгляды сотрудников срываю с места на скорости и топлю в пол. Расколошматиться бы на хрен, чтобы хоть что-то в башке на места стало.
Забрал что хотел, что еще тебе, Яр? Живи, радуйся. Проблемы нет. Только куда теперь деть воспоминания об упоении с ней, м? Ну куда? Таких же никогда не было. Была похоть, была эротика, было много чего, а взахлеб не было. И вроде ничего особенного, но тащило по волнам, заворачивало так круто, что тело в невесомость падало.
Нужно все забыть. Вычеркнуть из памяти. Все бред собачий. Было и прошло.
Думай о делах! Думай и голову разной сопливой херней не забивай. Бери Тату и пользуй куда хочешь. Бери Окси. Бери любую! Алёна не для тебя!
А-а-а …
Что ж так таращит, м? Что так наизнанку-то? Ненавижу это чувство.
Все. Все! Запускаю руку в волосы, тягаю с силой. Боль отрезвляет. Упрямо бычу перед собой и твержу, как заклинание — забудь!
Подъезжаю к компклексу мойки, которая уже умирает. Боксы ржавые, убитенькие. Оборудование, конечно, так себе. Посмотрю, скорее всего смогу выкупить и реанимировать. В целом доходное место. Прежним хозяевам она уже на хрен не нужна, мне пойдет. Расширяться, так расширяться. Немного вложений на первых порах и в шоколаде. Потом мощное вливание и греби лопатой.
На подъезде решаю проверить персонал. Возможно, кого-то оставлю у себя, предложу лучшие условия. Если сотрудники дельные, таких днем с огнем поискать. Поэтому заезжаю в бокс и заказываю полную обработку салона. Присаживаюсь недалеко на лавке. Пью вонючее кофе из автомата, наблюдаю.
Старший кричит вглубь служебки. Грубо дергает кого-то из сотрудников. Это все при клиентах. Молодец, что сказать. Такого сразу убирать надо. Этика ему незнакома.
— Позовите стажерку, — величаво командует, — пусть приступает.