Хелен Хил – Ибридо. Часть 2 (страница 12)
Перепугавшись, я побежала за ней.
На расправленной кровати Линды лежали белые махровые тюльпаны, а рядом с ними маленькое – и единственное – фото Никаса. Линда, сгорбившись и обняв себя руками, стояла лицом к открытому окну и тихонько всхлипывала. Я поняла, в чем дело.
– Это из-за Никаса, верно?
– Я сегодня ездила к своей фальшивой могиле…
Она повернулась ко мне, ее отчаянный взгляд был направлен куда-то за мои плечи.
– У меня бывает такое – находит… Об этой могиле знает только моя семья и Никас. Но мои, конечно же, не ездят туда, зная, что та могила пуста. А он… Он постоянно приносит на нее живые цветы! – подбежав к кровати, Линда сгребла в охапку тюльпаны и, прижав их к себе так, что у некоторых сломались стебли, разрыдалась, съежившись над белыми бутонами.
– Линда…
Глотая слезы, прошептала я, совсем не зная, как могу ей помочь, но, пока пыталась подобрать утешительные слова, Линда заговорила сама:
– Сегодня я просто проезжала мимо… так, решила заглянуть ненароком. А когда увидела там сотню моих любимых тюльпанов, я… я… – она не могла больше произнести ни слова. Я подошла к ней и, чтобы хоть как-то попытаться ее утешить, обняла и принялась медленно гладить по спине.
– Я была готова бросить всё. Наплевать на все обещания и сломя голову поехать к Никасу. И поехала! – крикнула она, затем, сделав глубокий вдох, добавила: – Только остановилась на полпути…
– Не смогла? – вытирая с ее лица слезы, спросила я.
– Смогла… – тихо проговорила она. – Смогла вовремя себя остановить. А это, поверь, куда сложнее, чем поехать к нему, – Линда отошла от меня, аккуратно положила цветы на кровать, вытерла слезы и спокойно продолжила: – Выскочив из машины, я бросилась в лес. Выпустила зверя. А вернувшись обратно в машину, повернула в Хомвуд. Никас не заслуживает, чтобы рядом с ним был… получеловек. Он заслуживает большего: семью, дом, в котором по утрам раздается детский смех… А я что? Что я могу ему дать? Разве что сопроводить его до старости, прячась с ним на острове, и всё! На большее я не способна! Детей я ему тоже не рожу! Не состарюсь заодно с ним и не умру в один день!
– Разве дарить свою любовь до старости недостаточно? – возразила я. – Разве тебе решать, что для него лучше? Страдать, ездить на «твою» могилу, оплакивать тебя там год за годом? Этой жизни ты хочешь для своего любимого? Или же набраться смелости и предстать перед ним живой? В конце концов, если что-то пойдет не так, ты всегда можешь надеть браслет на его запястье и заставить его забыть – забыть, что он видел тебя! У тебя есть два выбора: сделать его счастливым или продолжать мучить его, ведь он считает себя виноватым в твоей смерти! Это он был тогда за рулем, Линда!
– Я уже сделала свой выбор, однажды дав слово Оливеру…
Внезапно в доме раздался женский смех. И если это не Амалия, то кто? Я удивленно взглянула на Линду.
– Всё в порядке. Не обращай внимания, – она взяла косметичку, достала ватные диски и принялась вытирать размазанную по лицу тушь.
– В доме кто-то посторонний? – едва я спросила, как раздался и смех Дерега.
– У моего брата, видимо, гости…
– Гости?
– Скорее всего, это очередная подружка из какого-нибудь бара, – пожала плечами она и продолжила смывать остатки косметики.
Выглянув в приоткрытую дверь в комнате Линды, я увидела, как Дерег и девица с ярко-рыжими волосами в обнимочку направляются к лестнице. Подружка Дерега была одета довольно вызывающе: коротенькая кожаная юбка темно-синего цвета, едва прикрывающая попу, черные чулки в сеточку и красные туфли на высоких каблуках, которые гнулись в разные стороны от ее заплетающейся походки. А запах алкоголя был настолько сильным, что даже я была одурманена. На втором этаже, в спальне Дерега, заиграла музыка.
– А вот сейчас начнется самое интересное! – потирая ладони, произнесла Линда. – Стоит только досчитать до десяти: один, два…
Едва она произнесла десять, как раздался быстрый стук каблуков и громкий крик девицы:
– Импотент недоделанный! Какого черта ты вообще меня сюда притащил? – Спустившись вниз, девушка выскочила на улицу как ошпаренная и приложила все силы, чтобы как следует хлопнуть дверью. Я круглыми глазами уставилась на Линду, которая как ни в чем не бывало ставила тюльпаны в вазу.
– И что это было?
– Очередная попытка Дерега забыть Кейлин! – не отрываясь от дел, ответила она.
– Забыть Кейлин?
– Ага… Он напивается, идет в бар, снимает там подвыпившую девицу, тащит ее в дом, а когда дело доходит до любовных ласк, у него перед глазами стоит Кейлин.
Закончив возиться с тюльпанами, Линда повернулась ко мне и добавила:
– Каким бы пьяным ни был Дерег, он не способен изменить ей с другой. Вот, собственно, только что за дверь выскочила очередная его попытка изменить.
– Да… – покачала я головой. – Неужели любовь к Кейлин настолько сильна?
– Теперь ты понимаешь, почему я тебя так ненавижу? – за спиной послышался невнятный голос Дерега. Я обернулась и увидела еле стоящего на ногах парня, зато руки его держали бутылку с виски на удивление крепко.
– Ты пьян, братец, иди проспись, – посоветовала ему Линда.
Но Дерег пропустил ее пожелание мимо ушей. Он, прищурив глаза и ехидно улыбаясь, пялился на меня.
– Уильяму разрешено жить под одной крышей с кошкой, – он отпил из бутылки, поморщился и продолжил: – А вот мне, увы, нет…
Я, поджав губы и сжав кулаки, приготовилась всерьез поругаться с ним, но Дерег предпочел самоликвидироваться.
– О-о-о, – протянул он, увидев мой сердитый взгляд, и поднял над головой руки, показывая, что сдается. – Молчу, молчу… Иначе растерзаешь меня как того лося на первой охоте!
– Иди к себе! – прикрикнула на брата Линда и вытолкнула из своей комнаты. Дерег, шатаясь, развернулся к нам, посмотрел на меня как на лютого врага, отдал честь и пошел к себе, на ходу попивая виски.
Да, с одной стороны мне хотелось выпустить зверя и как следует потрепать его за такое отношение, а с другой… если учесть, из-за чего он так меня ненавидит, мне стало его жаль. Он просто хочет быть с той, которую любит на протяжении десятков лет.
– Не обращай внимания. Он сильно пьян. Пойдем лучше перекусим.
За чаем я заговорила с Линдой о больной для меня теме:
– Что Уильяма связывает с тем домом, о котором однажды упомянула Амалия? – Линда поставила чашку на стол и исподлобья взглянула на меня.
– Вот почему именно мне всегда выпадает удивительная возможность раскрывать все секреты моего брата?
– Потому что только ты мне можешь сказать правду!
– А тебе она нужна?
– Да!
– Хорошо… – Линда сделала глубокий вдох. – В том доме Уильям жил с Молли! Довольна?
Меня начало трясти от злости, как только я услышала это имя. Я даже не могла сглотнуть слюну и выдавить из себя хоть слово.
– Они его построили, чтобы счастливо жить там, но счастье длилось недолго, а дальше ты и сама всё знаешь.
– И ему больно возвращаться туда? Из-за воспоминаний о Молли?
– Нет. Из-за ненависти! Ему противен этот дом, как и сама Молли. Хотя сам дом прекрасный, это отличная обитель для парочки оборотней. Вокруг лес, тишина. Идеальное место для охоты!
Линда резко замолчала и, подозрительно взглянув на меня, спросила: – Так ты из-за Дерега?
– В смысле?
– Ты подумываешь, куда перебраться, потому что мой братец тебя достал?
– Нет, нет, конечно! Дерег тут ни при чем. Просто было интересно, почему у Уильяма такое отвращение к этому дому.
– Я ему много раз говорила, что зря он так. Я бы и сама с удовольствием туда перебралась жить, было бы с кем, – грустно улыбнулась Линда. – Домик и правда прекрасен. И я думаю, тебе стоит еще раз завести с ним этот разговор и дать ему понять, что если в этом доме появится хорошая хозяйка, то и ему он будет приятен.
Только Линда успела договорить, как на пороге появился Уильям и, сморщив нос, подозрительно посмотрел на нас.
– Я так понимаю, не чаем балуетесь? – кивнул он на наши кружки.
– Да нет, – усмехнулась Линда. – Это твой братец балуется виски.
– Дерег опять напился?
– Ага… – Линда рассказала о том концерте с рыжеволосой девицей, а затем о том, как Дерег сорвался на меня.
Уильям так разозлился на Дерега, что мы с Линдой его с трудом удержали, чтобы он не бросился на пьяного брата. Уильям еще долго полыхал от злости, но решил пока его не трогать, пообещав разобраться с братом, когда тот проспится, и раз и навсегда решить вопрос о моем нахождении в доме Бакеров.
Я отправила сообщение Бритни о том, что останусь у Уильяма, и на мое удивление, она не имела ничего против. С того момента, как мне исполнилось восемнадцать, она вообще перестала мне что-либо запрещать.
Утром, по дороге в колледж, я решилась на ультиматум:
– Не хочешь жить в том доме из-за Молли?