Хелен Гуда – Пять принцев для попаданки. Книга вторая (страница 9)

— Кто? — чуть ли не хором переспросили мужья. Я смотрю на них и вижу, что некоторые из них еле сдерживают улыбку, а вредина Дориан, так вообще прячет улыбку в кулаке, якобы закашлялся.

— Ну, все, обещали же не смеяться, — я обиженно выпячиваю подбородок, сдерживаю, откуда ни возьмись, набежавшие слезы и рванула на второй этаж, к себе в комнату.

Злая как собака залетаю к себе в комнату, и, пыхтя, начинаю ходить из угла в угол. Я прокручиваю в голове весь наш разговор, все слова мужей и свои, и в какой-то момент я увидела себя со стороны. Стою, смотрю на себя в зеркало и смеюсь от комичности сцены, и микроскопической причины для обид.

Скидываю платье и иду в купальню. Наливаю все возможные жидкости из баночек и скляночек, что оставили мне девушки, перед обрядом. Купальня наполняется приятными ароматами, и я погружаюсь в воду.

Все обиды уходят на второй план, а если быть точнее я про них, просто забываю. Все живы, здоровы. Я вместе со своими мужьями, что может быть лучше. Хотя может быть. У меня проскальзывает мысль, что у меня сегодня первая брачная ночь, со всеми мужьями и по телу проходит дрожь волнения. Я закрываю глаза, рисуя самые развратные картинки, которые знает мое воображение. Из состояния неги и возбуждающего предвкушения меня вырывает шум, доносящийся из моей комнаты и еле слышные, приглушенные голоса мужей. Х-м-м-м, интересно, что они задумали? Я прислушиваюсь, но ничего подозрительного не слышу.

Ополаскиваюсь и накидываю на мокрое тело халат, подкрадываюсь к двери. Но как назло в этот момент все голоса затихли, а дверь купальни открывается. Я стою в полусогнутой позе, всем видом обозначая, что я подслушивала, а в комнате передо мной, как на построении стоят все мои мужья.

Брачная ночь

Я резко выпрямляюсь, и придаю лицу выражение полного безразличия. Ну, подумаешь, застукали за подслушиванием, эка невидаль. Хотя на щеках разливается, румянец смущения.

Задираю подбородок повыше, и поступь царицы выплываю в свою комнату. На секунду у меня пропадает дар речи. Вся комната, за какие-то полчаса, что я нежилась в ароматной воде, превратилась в будуар куртизанки.

Пол устилает мягкий ковер, на котором было множество подушек, этакая опочивальня восточного шейха. Над камином ряд из канделябров со свечами, от которых разливается теплый свет. Магическое освещение приглушено, и в комнате полумрак. На столике фрукты и графины с напитками.

Я осмотрела эту картину и сглотнула ком, подступивший к горлу. Ко мне шагнул Грег, а я готова была пятиться обратно в купальню. Он протянул ко мне руку, в ней была склянка с зельем. Я уставилась на склянку, после чего перевела взгляд на мужа.

— Не бойся, все будет хорошо, — подбодрил меня Грег.

Я судорожно выдохнула, и порывисто схватив флакон, откинула крышку, залпом выпила всю, немного горьковатую, жидкость. Прислушалась к себе, но никакого эффекта не почувствовала. Снова перевела немного удивленный взгляд на Грега.

— А ты, какого эффекта ожидала? — посмеиваясь, спросил он.

Я растерянно пожала плечами и отдала ему склянку, которую он убрал в карман. После взял меня за руку и проводил в центр комнаты, остальные мужья в это время переставили поднос с напитками и фруктами на пол. Уселась на подушки, которыми меня щедро обложили со всех сторон. Я смущалась от своего вида, все время, одергивая халат на ногах, и посильнее его, запахивая на груди. Взгляд упал на кровать, и снова обомлела. На покрывале было сердечко из лепестков цветов. Каких именно, я не разобрала, но именно от них, был такой сильный аромат, который я почувствовала, когда зашла в комнату.

— Как вы быстро все организовали, — говорю, а сама выбираю виноградину поаппетитнее.

— Тебе не нравится? — взволнованно спрашивает Хьюго. Видно, что он взволнован не меньше меня.

— Ну, все сделано по всем канонам романтики моего мира, — как только я сказала это, то обратила внимание, как мужья переглядываются между собой. — И, кто вас надоумил?

— Никто. Я давно еще хотел устроить тебе романтический вечер, и спросил у Даниэля, как в вашем мире ухаживают за девушками, — отозвался Эдмунд.

Я чуть не подавилась виноградиной, которую сунула, не ко времени в рот. Смеялась и кашляла, но со стороны выглядело как карканье.

— Что-то не так? — спросил Лекс, обеспокоено похлопывая меня по спине.

— Вот так вот, — я обвела рукой наведенную красоту в своей комнате. — Не ухаживают, так соблазняют в дешевых мелодрамах. Даниэль в моем мире не те фильмы смотрел.

После моих слов мужья как-то посмурнели. Эх, язык мой, враг мой. Надо было, потом рассказать, а сейчас не портить романтический момент.

— Не огорчайтесь, мне очень все нравится. Все миленько и по-домашнему, — не смогла скрыть улыбку я.

— Ну, так мы и хотим тебя соблазнить, все правильно, — отзывается Дориан, не понятно как взявшийся у меня под боком. Я резко поворачиваюсь в его сторону, а он прижимает меня к себе, и не успеваю я отреагировать, как мои губы целуют. Поцелуй, нежный, но объятия крепкие, бескомпромиссные. Я перестаю трепыхаться, а отдаюсь на волю эмоций и чувств.

Возбуждение разливается по венам, оно усилено зельем, и скручивается в животе. Тело ждет чего-то, а чего я еще не знаю. Дориан отстраняется, и мы смотрим пристально друг другу в глаза.

— Мне кажется, не стоит отклоняться от плана, — хрипло замечает он и у него в руках оказывается плотная черная повязка. Я с ужасом уставилась на нее, он что, меня связать собирается? Я отрицательно качаю головой и делаю попытку отползти, но спиной упираюсь в чью-то грудь. Оборачиваюсь, и вижу недоумевающий взгляд Хьюго.

— Марианна, ты чего? — обеспокоенный голос Хьюго, заставляет меня подумать, что я что-то не так поняла с этой повязкой.

— А зачем ему это, — указываю я на повязку.

— Мы подумали, что тебе будет легче расслабиться, если мы завяжем тебе глаза, — ответил мне Грег.

А я нервно хохотнула. Наверно да, мне надо расслабиться и отпустить ситуацию. Я же люблю и хочу своих мужей, и это должно случиться. Я взяла графин, в котором по моему предположению должно быть вино и наполнила сама себе бокал, все мужья следят за моими действиями молча. Залпом опрокидываю в себя большой бокал вина, и поворачиваюсь к Дориану спиной.

— Вяжи, — и закрываю глаза. Мне на лицо ложится повязка, она немного холодит кожу, но не пропускает ни капли света.

Легкие прикосновения к плечам, и я чувствую, как с них соскальзывает халат. Мозг пока не может расслабиться, и прекратить думать и анализировать, поэтому возникает чувство неловкости, и стыда. Я инстинктивно хочу прикрыться руками, но меня мягко останавливают чьи-то руки. Я не сопротивляюсь, потому, что в этот момент чувствую чье-то дыхание на коже, а потом губы одного из мужей начинают путешествие по моему телу. К жарким поцелуям присоединился еще один муж, который берет в плен мой сосок, и нежно посасывает, оттягивая, а следом зализывая мимолетный укус. Вторую грудь не оставляют без внимания, руки мужчины ложатся на другую холмик, обхватив ее с двух сторон и припав ртом. Легкие поглаживания спины и поцелуи в каждый позвонок.

По телу ходят волны удовольствия и неги, она разливается и заполняет каждуюклеточку, каждую венку. Из груди вырывается стон наслаждения, но мои губы накрывают в страстном поцелуе, не давая ему вырваться.

Один из мужей прокладывает дорожку из поцелуев к животу и кружит языков в выемке пупка. А руки, чьи-то руки прокрались к развилке ног, там, где бушует пожар. Чувствую, как пальцы мужчины гладят влажные от возбуждения половые губы. Прикосновения нежные и кружат около входа, а я начинаю нетерпеливо ерзать.

Мышцы внизу живота сжимаются в узел, и я уже сама жду этих нежных прикосновений. Я хочу поторопить, попросить, но все мое тело на растерзании у мужей, губы терзают в страстных поцелуях, грудь ноет и болезненно отзывается на каждое прикосновение. Я готова плакать и умолять сделать что-нибудь. Я откидываюсь спиной на чью-то широкую грудь, это Грег, я безошибочно определила его по комплекции. Он убирает мои волосы на одно плечо, а сам целует шею и чувствительное место за ушком. Я ищу своими губами его губы, и сама его целую. Руки Грега ласкают мои складочки и придавливают горошину клитора, от чего волна удовольствия прокатывает по телу, а я все выгибаюсь навстречу его пальцам.

Он правильно понимает мой порыв и вводит в меня палец, аккуратно обводя им вход. Я подаюсь бедрами вперед, я хочу большего, я хочу того, что подсказывают мне инстинкты, того, что хочет мое тело.

Руки Грега прекращают терзать мои мокрые складочки и проходятся по внутренней стороне бедра, широко разводя мои ноги в разные стороны и придерживая их. В этот момент я чувствую горячий рот, там, где секунду назадбыли руки мужа. Охаю и впиваюсь руками в руки Грега, хочу отстраниться, но он шепчет мне на ушко слова успокоения, а потом целует. Тягуче сладко, мучая в нежной пытке мои губы.

Губы другого мужа, который так умело, ласкает меня, посасывают клитор, слизывают мое возбуждение. В какой-то момент, вместо губ, около входа в самое потаенное место я чувствую нежную кожу члена одного из мужей. Я порываюсь снять повязку. Хочу знать, кто будет моим первым мужчиной, но снова шепотуспокоения, и поцелую, которые дезориентируют меня, потому что они везде, по всему телу.