Хелен Гуда – Попаданка-травница на службе Его Величества (страница 24)

— Тебя сейчас зашибут, — отругал меня мужчина. — Ты же совершенно не смотришь по сторонам.

— Засмотрелась, извините, — не считала, что претензии оправданы, но извиниться все же решила. — Я проснулась и немного не поняла, где я и как там оказалась, — промямлила, смутившись.

— Это моя палатка, — Антонио был невозмутим. — Эй, вы! Ну кто так делает? Первый раз бревно видишь? — вдруг закричал мужчина, а я даже вздрогнула оттого, насколько резко он переключился с меня на бревно, что крутили-вертели два строителя.

— Это я поняла, что ваша палатка. А как я там оказалась и почему? — все же решила продолжить допрос.

— Потому что я тебя туда отнес. Будешь там спать, пока мы здесь, — категорично заявил глава Тайного отдела. — Ты ела? Я там завтрак оставил на столе.

— Нет, не ела, — категоричность тона и вообще вся ситуация начинали не на шутку меня раздражать. — А меня вы не забыли спросить?

— О чем? — и Антонио так удивленно и недоуменно на меня посмотрел, словно я его жена и тут решила взбрыкнуть и потребовать себе отдельную опочивальню.

— О том, что я буду спать с вами, — мои слова прозвучали отчего-то слишком громко во вдруг повисшей тишине. И были они немного двусмысленными, из-за чего я вмиг залилась краской.

— Мне кажется, что вам лучше пойти позавтракать, — мужчина смотрел пристально на меня. Он говорил достаточно тихо, и уверена, что окружающим не было слышно, но от этого им стало еще любопытнее. Тут такая затравка, и потом тишина. Естественно, все начали к нам потихоньку подползать, якобы по очень важным делам.

— Я не голодна, — брякнула, чтобы хоть что-то возразить, но мой желудок возмущенно заурчал.

— Да, я слышу, — Антонио не смог сдержать улыбки. — Иди в палатку и поешьте. А я приду в скором времени, и мы обсудим все, что вас интересует, — уже более миролюбиво добавил глава Тайного отдела. — Я не хотел бы, чтобы обсуждение некоторых вопросов стало достоянием общественности.

Красная, словно вареный рак, я развернулась и направилась в палатку. Умом я понимаю, что мужчина прав, но гордость и внутреннее чувство противоречия, которое очень часто в моей жизни подталкивало меня на опрометчивые и глупые поступки, кричали, что надо было там высказать все мужчине в лицо. И пусть бы я выглядела как истеричка, плевать. Главное, что я б сказала все, что думаю об этой ситуации. Зашла в палатку и села на диван, оглядывая стол. Остывшая каша с ягодами, слегка поджаренный хлеб и две вазочки с вареньем и медом. Графин то ли с морсом, то ли с компотом и немного увядший букетик полевых цветов. Сперва я на автомате все это перечислила у себя в уме, ни на чем не остановившись, но спустя мгновением взгляд вернулся к букетику. Он совсем маленький, буквально пять-семь полевых ромашек и незабудок, внизу скрученных стебельком одной из ромашек. Но он явно не мог быть стандартным украшением завтрака. Откуда он здесь? Кто-то из служанок оказывает знаки внимания господину Маттиоли? Скорее всего, это какая-нибудь служанка, приставленная к леди Фрие, решила приударить за главой Тайного отдела. Вот же озабоченные прохиндейки! Хватаю букетик и со злости рву его. Как раз в тот момент, когда в палатку входит Антонио, который смотрит на гибель несчастных, ни в чем неповинных цветочков, и его брови неумолимо, но верно ползут к переносице.

— И чем же вам не угодили цветы? — мужчина сурово смотрит на меня. — Или вы предпочитаете роскошные букеты?

— Я предпочитаю? — растерянно посмотрела на то, что осталось от букетика.

— Да, вы, — и смотрит в упор.

— А я-то здесь при чем? — и лишь произнеся эти слова, до меня дошло, кому предназначался этот букетик. — Так это было… мне? От… вас? — я таращусь на мужчину, который стал еще смурнее, чем был прежде.

— А кому, по-вашему, были предназначены эти цветы? — Антонио сел на кресло и сцепил в замок руки.

— Вам, — призналась, так сказать, от неожиданности. Но, видимо, мои слова перевернули всю картинку, которая была до этого в голове у главы Тайного отдела, и морщинки, что собрались гармошкой на лбу, разгладились, а взгляд посветлел. — Я действительно подумала, что эти цветы вам подарили вместе с завтраком. Кто-то же принес это поднос сюда.

— Этот поднос сюда принес я, — еле сдерживая улыбку, произносит мужчина, а меня смущают и ставят в тупик его перепады настроения. — Вы еще спали, и я не стал вас будить, а оставил на столе. И кто, по-вашему, мне мог бы подарить цветы? Плотники, что строят дом и баню, или солдаты, что охраняют короля?

— Нет, я просто подумала, что какая-то служанка или горничная фаворитки, — мямлю в оправдание и замолкаю.

— Хорошо, — мужчина встает со своего места и приближается ко мне, садясь рядом на диван. Его движения плавные, кошачьи, а когда он сел рядом, то и вовсе взял меня за руку, смущая еще сильнее. — Так почему вы порвали букет, когда подумали, что его подарили мне?

— Я… — и только тут до меня доходит, к чему он клонит и почему так изменилось его настроение, когда он понял, что я перепутала адресата букета.

— Вы приревновали меня? — и мужчина подается ко мне всем телом, отчего я оказываюсь зажатой в угол дивана между спинкой и подлокотником. Минутное замешательство, и я взрываюсь эмоциями.

— Да с чего вы взяли?! Делать мне нечего кроме как ревновать вас! — я даже попыталась вскочить, но лишь уперлась в широкую мужскую грудь. Мужчина и с места не сдвинулся, а лишь еще ближе придвинул меня к себе.

— А мне понравилось. И ваша ревность, и ваше теплое тельце рядом со мной ночью, — еле слышно произносит Антонио мне на ухо, щекоча и одновременно возбуждая меня горячим дыханием.

— Да, давайте обсудим, почему мы оказались в одной постели? — я еле могу говорить, так сильно на меня давит мужская аура.

— Вы уснули, и очень крепко. Вот мне и пришлось вас раздеть и уложить спать, — мужчина и не думает отодвигаться. — А как вы заметили, у меня тут другого спального места не предусмотрено.

— Почему? — я не понимаю, чего добивается мужчина.

— Потому что слуги спят в общей палатке. Но я сомневаюсь, что вы изъявите желание спать в одной палатке с двадцатью потными мужчинами, — Антонио с шумом вдыхает воздух у моего виска. — Ты пахнешь лютиками, — шепчет он еле слышно. — Это духи?

— Нет, — я растерянно хлопаю глазами. О чем он? Какие духи? Когда меня привезли во дворец, у меня при себе смены белья не было, не то что духов.

— Странно, — мужчина хмыкнул и резко отстранился, а я наконец-то вздохнула полной грудью. Оказывается, я даже дышать боялась все это время. — Ешь, — командует Антонио и встает с диванчика. Он уходит к столу и снова садится в кресло. Мгновение и передо мной глава Тайного отдела, который увлеченно изучает какие-то записи и документы. Я же, придя немного в себя, принялась за завтрак, то и дело косясь на мужчину. Я ела и не чувствовала вкуса еды из-за нервного напряжения, а в момент, когда поймала на себе взгляд мужчины, так вообще чуть не подавилась.

— Вкусно? — он задал вопрос так, словно в каше был мышьяк, а я его съела и не почувствовала. Поэтому я даже покосилась на остатки каши в тарелке.

— Да, — киваю в подтверждение. — А что?

— Ничего. Просто первый раз варил кашу, вот и спросил, — мужчина снова отвернулся к столу, а я уставилась на кашу и хлеб. Он мне приготовил завтрак? Мне? Сам? Может, он заболел?

Смотрю, не мигая, на кусок хлеба и понимаю, что если я его сейчас не съем, то медом испачкаю все платье. Хлеб я съела и испачкала лишь пальцы, которые решила не облизывать, а пойти и помыть. Шмыгнула за ширму и, приведя себя в порядок. Уже намеревалась вернуться, когда поняла, что мужчина стоит у кровати и смотрит на мое белье, что сушилось на краю ширмы. Сказать, что я смутилась, — это ничего не сказать. Первым порывом было сорвать бельишко и спрятать за спину, словно это что-то постыдное, но мужчина лишь хмыкнул и отвернулся. А я гордо вышла из-за ширмы. Пусть висит.

— Если вы закончили с завтраком, то уточню по поводу спального места, — мужчина посмотрел на застеленную мною постель. — Вы можете лечь на диване, если поместитесь, или спать на кровати, — Антонио покосился на меня. О том, чтобы уступить мне всю кровать, речи не было. — Вы мне ночью не мешали, — уточнил мужчина. — Вроде не храпите и не наваливаетесь, так что меня все устраивает.

— А если меня не устраивает? — я возмущенно запыхтела, когда собеседник заикнулся про храп.

— Вы всегда можете пойти спать в общую палатку, — и глава Тайного отдела вопросительно выгнул бровь.

— Нет, это не вариант, — я надулась. Специально же предлагает альтернативу, на которую я точно не соглашусь. — А нельзя мне тут в уголочке кровать из досок собрать по-быстрому? — я с надеждой посмотрела на Антонио, но тот лишь скептически бросил взгляд на тот уголочек, в котором я предложила организовать мне спальное место. Просто диван я отмела сразу. Я на нем не помещусь, даже если впополам сложусь.

— Все работники и даже часть солдат заняты строительством, так что, думаю, вам откажут, — мужчина направился на выход, а я засеменила следом.

— Значит, я буду спать на полу, — я не собиралась уступать. Антонио резко становился, и я врезалась ему в спину и поспешила сделать шаг назад. Глава Тайного отдела полуобернулся и посмотрел на меня сверху вниз.