Хелен Филдинг – Ребенок Бриджит Джонс. Дневники (страница 14)
Дэниел явился с пафосным букетом, завернутым в бумагу ручной работы и перевязанным пучком соломы.
– Джонс, можешь не париться. Все расходы беру на себя.
– Что, правда? – спросила я подозрительно, впуская Дэниела в квартиру.
– Конечно. Может, в прошлом я и был далек от идеала, но вот настал решающий момент – и ты, Джонс, наблюдаешь перед собой истинного джентльмена.
– Предположим, – сказала я.
Дэниел, в своем безупречном костюме, плюхнулся на диван, но в следующую секунду подскочил и принялся счищать с брюк некую субстанцию.
– Господи, Джонс, это что, шоколад?
– Вообще-то да. Извини.
– Короче, я чего приходил? Сообщи, где это все будет. Я прилечу и оплачу.
– ЧТО ты оплатишь, Дэниел?
– Ты ведь не собираешься оставлять ребенка, Джонс? Боже! Извини. Я просто подумал, в заданных обстоятельствах…
– Все с тобой ясно. Проваливай! – отрезала я, толкая Дэниела к двери. – Да, кстати, особо не обольщайся. Может, это вовсе и не твоя дочь.
– Не понял.
– Я говорю, может, это не твоя дочь, а Марка Дарси.
Несколько мгновений Дэниел переваривал информацию, затем подмигнул и осведомился:
– А кто был первым, он или я?
– Дэниел! Все серьезно. Это тебе не в школе с Марком соперничать.
– Джонс, Джонс, Джонс. Извини. Ты права.
Он шагнул обратно в комнату, завздыхал театрально, целый спектакль устроил из вздохов.
– Мне самому этого хочется – на УЗИ с тобой пойти, помогать во всем. Новый человек в мир приходит как-никак.
– Про УЗИ даже не думай. Тебе там не место.
– Место.
– Не место.
– МЕСТО.
– Нет, Дэниел. У тебя в этот день обязательно наметится свидание с какой-нибудь моделькой восемнадцати лет от роду, из тех, что белье рекламируют, и ты меня пробросишь.
– А вот и не проброшу. Я пойду с тобой на УЗИ, и точка.
– Я тебе не верю, и точка.
– Зря не веришь. Я надежен, как скала. Я буду присутствовать на УЗИ, я увижу своего ребенка, и тебе меня не остановить. Все, Джонс, мне пора. На это, как его…
– Свидание?
– Нет, нет, нет. На встречу с издателем. Скинь эсэмэску, когда и где будет УЗИ, и я прилечу туда в белом халате и резиновых перчатках.
Конечно, сказанное Дэниелом вряд ли тянет на «естественное развитие отношений». Но что, если даже закоренелые плейбои вроде него порой мечтают о счастье отцовства? Вдруг принять зрелое, мужское решение таким персонажам мешает привычка пудрить женщинам мозги?
Вот что самое странное: чуть ли не с двадцати лет я была уверена, что мужчину придется уговаривать завести ребенка. Типа, решила удержать мужчину – прикидывайся, будто никаких детей не хочешь, не то он от тебя сбежит.
Наверное, тут-то и скрывается разница между Одиночками вроде меня, Миранды и Шэззер и Самодовольными Наседками вроде Магды. Самодовольные Наседки не знают ни терзаний, ни сомнений; они сразу переходят к делу, устраивают жизнь по своему усмотрению, «как у людей». Неужели их не посещает мысль, которая гнездится в наших умах: вдруг мужчина не захочет ребенка?
БРИДЖИТ ДЖОНС
«Марк, я понимаю, как все сложно. В понедельник, 23 октября, в пять вечера у меня УЗИ. Если придешь – буду очень рада».
– В эфире – «Удивись, Британия!» – выдала на камеру Миранда своим телерепортерским голосом. – Самое отвязное новостное шоу, которое вытрясет из вас все дерьмо!
БЛЯМС!
– Я что, сказала «дерьмо»? – удивилась Миранда при виде нашей заставки – репортеров, с решительными минами шагающих по глобусу.
– Да, – прошептала я Миранде в наушник, косясь по сторонам – не смотрит ли на нас Пери Кампос.
– Все равно заголовок непроизносимый, – заключила Миранда и подняла глаза на бегущую строку. – Я говорю, это каким же надо быть ВЫРОДКОМ, чтобы не отвечать на сообщение, в котором тебя на УЗИ зовут?
– Может, у него деловая встреча?
– ЧЕТВЕРО СУТОК ПОДРЯД? Плюнь на него. Итак, новый аксессуар! Что бы это могло быть? Сережки?
БЛЯМС!
– Что за хрень? – буркнула Миранда. – Кто это написал? Какая дура станет носить шляпку-таблетку?
– Это Пери Кампос написала, – прошипела я. На экране замелькали фото – Камилла, герцогиня Кейт, принцессы Беатрис и Евгения – все в шляпках-таблетках. – Пери Кампос в соавторстве с бородачом с самурайской прической, который говорит «вау» и «брателло».
– Понятно, – отозвалась Миранда. – Держись за Дэниела, и все будет вау.
– Но он же хотел, чтоб я аборт сделала!
– Хотел и перехотел. Пересмотрел свои взгляды. Не забывай, брателло, что вероятность его отцовства – пятьдесят процентов. Протестные явления в Магрибе выплеснулись на посольство в Лондоне.
БЛЯМС!
– Боже, Бриджит! Ты только посмотри!
По экрану, на фоне дворца из красного шлама, шествовала толпа в длинных белых одеждах. В первых рядах стреляли, а на заднем плане расталкивал повстанцев Марк Дарси в компании своего ассистента Фреддо – выпускника не то Оксфорда, не то Кембриджа.