Хайдарали Усманов – Великий лес (страница 6)

— Должны… и следят, мой князь! — Кивнул, соглашаясь с его словами советник, но тут же пояснил. — Но они брали силу от Природы… от Великого леса… А ее теперь нет…

— Что говорят жрецы??? — Князь в приступе ярости сжал кулаки. Как все не вовремя! Теперь вот с этими проблемами разбирайся, когда других дел по горло!

— Жрецы подозревают, что Великий Лес мог обидеться… — Пожал плечами советник. — Или еще что — то случилось… они попытались пройти к его сердцу… но….

— Что, но??? — Князь уже не скрывал своей ярости. — Если обиделся, задобрите! Мало у вас что — ли этих людишек сидит в клетках? Не хватает? Еще заманите в лес, всякими посулами… У работорговцев купите! Мне что, вас учить надо, как Лес задабривать???

— Великий Лес больше не принимает даров… мой князь… — Снова распластался перед ним советник. — Он словно перестал нас слышать… Жрецы так и не смогли пройти к сердцу Великого Леса…

Князь в ярости ударил по резному столбику, подпиравшему беседку. Его просто выводила из себя близорукость его подданных… Ну, вот как он может думать о Большой политике, когда приходиться думать о том, как примириться с Великим Лесом? От приступа ярости, у него пересохло в горле, и он привычно сложил пальцы в жесте призыва. Но бокал с напитком, словно приклеенный стоял на резном столике… Он снова повторил жест… никакой реакции… Он вложил больше силы… Но только и добился того, что бокал опрокинулся, разлив дорогущее вино с виноградников северных склонов Арранты. Все присутствующие с ужасом наблюдали за происходящим.

— Вот видите, мой князь… — Прошептал в ужасе советник, переводя взгляд с разлитого вина на него. — Мы все теряем силу… даже вы…

— Немедленно разобраться! Принести все жертвы, какие будет нужно! Мне все равно! Верните силу! — Яростный вопль князя, словно ураган, смел из его любимого парка всех присутствующих. Резная бутыль с вином, брошенная им в приступе гнева, разлетелась на мелкие осколки… Взбешенный эльф еще долго метался по парку, разбивая и ломая все, что попадалось ему на пути… Перед его глазами стояло лицо его старшего брата, которого он сам, более тысячи лет назад посвятил лесу… Перед ритуалом, тот проклял своего младшего брата и предрек, что по его вине эльфы еще умоются кровью… Потеряв свой дом… раз и навсегда… Ну, вот кто ему мешал, пообещать лесу помощь и послать десяток рейнджеров с магом, разобраться в проблемах леса??? А теперь что? Но как бы не было уже поздно! Слишком поздно!

Сердце Великого Леса…

Когда я снова очнулся, уже был вечер… Кое как поднявшись, я шатаясь подошел к ручью и напился из него. Потом опять заметил плоды на том же самом дереве… Той же ветке, но для меня уже ничего удивительного в этом не было. За эти двое суток, что я провалялся в беспамятстве, у меня в голове появились знания о том, как происходил процесс выращивания плодов. Необходимые виды энергии направлялись в нужные, так сказать, узловые точки ветви. Кроме всего прочего, доедая очередной плод, я заметил, что возле дуба появилась какая-то непонятная кучка. Приблизившись к ней, я понял, что это какие-то доспехи… оружие… всякие металлические предметы…

— Лес, ты меня слышишь? — Решил уточнить я, и, заметив вялое движение листвы, уточнил. — Это что такое??? Этого же не было прошлый раз?

— Это то, что может тебе пригодиться… — Глухо проскрипел в ответ лес. — Все, что было рядом с этим местом… То, что было дальше, найдешь сам… Ты теперь будешь видеть такие места…

— А что с голосом? — Мне очень не понравилось его настроение. — Что-то случилось?

— Эльфы… — Глухо вздохнул он, словно это было само собой разумеющееся, но потом все же пояснил. — После того, как я перестал их защищать, они буквально утопили ритуальное дерево в крови людей…Я не принимаю такие дары. Но эльфы уже сами пытаются их в корни закапывать… Сюда пытались пройти… Все как ты и говорил… Мне больно от той крови… Я всегда думал, что это какая-то необходимость… Для них… Мне очень больно… От всего этого растут орхиадры!

— М-да… — Почесал я голову. — Теперь они начнут пляски вокруг твоих корней… И как бы их шугнуть от тебя?

— Не знаю… — Снова вздохнул он. — Я устал от них… Мне больно…

— Знаешь, что… — Я резку рубанул ребром правой руки по ладони левой. — Отсеки их…

— Это как? — Заинтересовался лес. Видимо такой подход ему был в новинку.

— Ну, это ритуальное дерево… — Пояснил ему я. — Отсеки его от себя. И пусть водят вокруг него хороводы. Теперь это будут их проблемы! Оно же не живое, само по себе? В смысле, своего разума у него нет?

— Нет… — Снова вздохнул он. — Но оно часть меня… Мне его жаль…

— Еще бы не жаль… — Хмыкнул я. — Сколько лет ты его растил? А теперь, выкинуть нужно…

— Четыре тысячи лет… — Глухо прошептал лес. — Это же…

— А у тебя есть выбор? — Жестко спросил я. — Тебе же боль от него идет? Так? Так! Поэтому, у тебя просто нет выбора!

— Видимо, ты опять прав… — Глухо прошептал он. — У меня просто нет выбора…

Где-то на периферии мозга у меня зародилась боль. Она словно цунами росла и накатывалась на меня. Не имея ни сил, ни возможности сдерживаться, я заорал… Упал на землю и начал биться в припадке… Боль корежила мое тело… Рвала жилы… Рвала душу… Пока снова, спасительная мгла беспамятства, не защитила меня от нее…

Через какое-то время я опять очнулся… И опять в коконе из травы… Медленно выбравшись из него, я буквально на четвереньках дополз до ручья, чтобы напиться, и поесть тех самых плодов…

— Прости… — Раздался легкий шорох листвы. — Я не знал…

— Чего ты не знал? — Кряхтя словно старый дед, я кое-как развернулся и сел, опершись на какое-то дерево. Ощущения были такие, словно меня по мне полдня скакало целое стадо диких буйволов! Или по мне камнепад прошелся? В общем, их можно описать одним словом — непередаваемые!

— Я не знал, что ты со мной так связан… — Немного подумав, прошептал лес. — Ты всю мою боль забрал на себя… Я боялся, что ты можешь умереть… Или сойти с ума…

— Ну, как видишь, я не умер! — Я грустно посмотрел на очередной плод в руке. — Только вот, боюсь, что скоро помру…

— Что случилось??? — Всполошено зашуршал он листвой. — Ты себя плохо чувствуешь?

— Есть я хочу! — Проворчал я, помахав ему надкушенным плодом. — А это не еда! Мясо я хочу! Мясо!

Листва как- то ритмично зашуршала… Только минут через пять я понял, что он так смеется.

— Ну, и напугал ты меня… Сергей… — Отсмеявшись, проговорил он. — Мясо есть… Даже лепешки есть…

— Какие еще лепешки? — При этих словах я сразу встал в стойку охотничьей собаки, заметившей дичь. — У тебя есть хлеб?

— Есть… У меня много чего есть! — На поляну медленно, словно крадучись, вышла большая рысь, которая тащила в зубах какую-то сумку. Положив ее на расстоянии пары шагов от меня, зверюга ретировалась, со скоростью ветра. Так что мне пришлось эти два шага проползти самостоятельно. Добравшись до сумки, я обнаружил в ней несколько кусков вяленного мяса, какие-то луковицы… и те самые лепешки… По вкусу они конечно были немного пресноваты, но с мясом и луковицами, пошли великолепно!

— А ты не против того, что я мясо ем??? — Поинтересовался я у леса, старательно чавкая угощение. — Ведь эльфы же вроде не едят его?

— А чья это у тебя сумка, как ты думаешь? — Снова захихикал кустами тот. — Это на глазах у других, они старательно изображают защитников Природы… А сами… Мясом они не брезгуют… И даже охотятся для удовольствия!

Дальнейший мой праздничный ужин прошел в тихой, можно так сказать, дружественной обстановке — Лес тихонько шелестел листвой, что-то обдумывая, а я же старательно чавкал, поглощая мясо! Теперь я понимал, что и в лесу жить можно. Наевшись, я понял, что меня сильно тянет в сон. Ему я сопротивляться не стал, и подложив сумку под голову заснул глубоким и крепким сном…

Великий лес… Ночь… Тропа к Сердцу леса…

— Верховный… — Чумазый, и даже слегка ободранный колючими кустами, рейнджер загнанно смотрел на Верховного жреца княжества, и судорожно дышал. — Верховный… Там нам не пройти!

— Как это, не пройти? — Буквально заверещал от возмущения тот, надуваясь только от нодной приставки Верховный к своему имени. — Там не пройти… Тут не пройти… А где можно пройти? Мы же ходили этими тропами тысячи лет! Что происходит?

— Лес нас дальше не пускает, Верховный… — Развел руками рейнджер. — Вот если бы вы попросили его пропустить нас… Ведь вы же сам Верховный Жрец Великого леса! Он должен вас услышать!

Но лучше бы этот рейнджер-разведчик промолчал. Истерика жреца, вместо того, чтобы прекратиться, только усилилась. Теперь виноваты были все… И буквально во всем. Даже Великий князь… Жрец, судя по всему, уже совершенно не соображал, что орет и зачем… Но один из сопровождавших его гвардейцев, после некоторых слов Верховного жреца, прищурил взгляд, словно прицелился в него из лука. Судя по всему, жить жрецу оставалось как раз до выполнения его миссии, не больше…

Но судьба решила иначе… Все решилось во время очередной стоянки в лесу. Как бы не хотелось, изнеженному Верховному жрецу, вернуться в свои хоромы и расслабиться на огромной перине, ночевать ему пришлось в лесу на походном матрасе. От которого все его изнеженное тело болело и чесалось. Сон к нему не шел. Поэтому он решил выйти ночью из своей палатки и посмотреть на небо… Чего он хотел этим добиться, никто сказать не сможет, так как выйдя из палатки, он застал момент, когда дикие рходры (хищники, типа земных рысей, только размерами с пантеру), доедали часового. И вместо того, чтобы поднять тревогу, он сломя голову бросился бежать. Но далеко убежать он не смог — резкий удар в спину бросил его вперед… Прямо на торчавший сухой сук дерева… Где он и остался висеть, словно приколотая к бумаге бабочка.