Хайдарали Усманов – Неожиданный сюрприз (страница 56)

“Офицер связи. Временный статус – действующий член команды.”

Кара резко выдохнула.

“Он действительно… сделал это официально?”

Она опустилась на край ложа и закрыла лицо руками. Мысли метались, как пули в замкнутом отсеке:

“Почему? Он ведь человек – или кем бы он там ни был. Разве он не понимает, что этим бросает вызов обычаям клана? Или всё это – способ поставить меня на место?”

Но в глубине души она знала – это не ловушка. Кирилл не выглядел человеком, который играется судьбами ради мелких выгод. Его поступки были прямыми, почти резкими, но в них не чувствовалось презрения или холодного расчёта. Скорее – настойчивость того, кто привык полагаться только на себя.

Она подняла голову и посмотрела на дверь. За ней, в коридоре, едва слышно перекликались голоса дежурных техников. А чуть дальше, где-то ближе к капитанской палубе, она знала – находятся те самые эльфийки. Сейорин и Ариэль. И обе… В ошейниках рабов. Но даже несмотря на это, они ведут себя так, как будто между ними и капитаном этого необычного корабля есть какая-то весьма серьёзная связь.

Этот образ врезался в память особенно остро. Девушки, которые, казалось бы, должны были ненавидеть своего хозяина – теперь смотрели на него так, будто искали в нём спасение. Даже их молчание в его присутствии казалось… осознанным. Почтительным. И даже… Демонстрировало какую-то особую привязанность. Не просто особую, а даже личную.

Кара не могла этого понять. Она не могла постичь, почему вокруг Кирилла всё рушится и рождается заново одновременно. Почему даже её отец, суровый вождь, принял решение, не посоветовавшись с ней – а теперь, когда всё решено, ей самой предстоит понять, кем она станет на этом корабле.

Думая об этом, она стиснула кулаки и поднялась. В её взгляде зажглась решимость.

“Если они нашли в нём что-то, ради чего готовы остаться, – я тоже хочу понять, что это.”

Она подошла к панели связи и активировала внутренний канал. На экране появилось сообщение:

“Доступ к капитанскому уровню – ограничен. Требуется подтверждение.”

Кара усмехнулась.

– Ну что же… – тихо прошептала она, – значит, буду искать другой путь.

Она ещё раз окинула взглядом роскошную каюту. Простор, тишина, мягкий свет. Всё, что могло бы радовать любую женщину. Но для неё – это стало напоминанием, что битва теперь не на поле боя. А здесь, внутри “Рассекателя”, где каждый шаг – проверка её воли и её места рядом с тем, кого она до конца так и не поняла.

Холодный свет звезды за бортом корабля отразился в её глазах. И Кара впервые ощутила, что путь впереди – куда опаснее любого сражения…

…………

“Рассекатель” двигался неспешно. Его мощные реактивные стабилизаторы почти беззвучно выравнивали курс, удерживая корпус корабля в строгом соответствии с маршрутом флотилии клана Пепельных Волн. Снаружи – лишь чернота космоса, усеянная тонкими росчерками света от разогретых частиц, и далекие вспышки двигателей уходящих кораблей клана, словно маяки, рассеянные в бескрайнем море звёзд.

Для Кирилла это было странное, почти непривычное чувство – лететь не в своём ритме, не с той скоростью, к которой он привык. “Рассекатель” мог прорываться сквозь пространство, используя гиперкоридоры и микропрыжки, перескакивая от точки к точке, словно хищник, преследующий добычу. Но теперь он шёл размеренно, как зверь, идущий рядом с караваном – не потому, что не может рвануть вперёд, а потому что не хочет оставлять тех, кого сопровождал.

На обзорном экране командного мостика медленно проплывали многочисленные тени кораблей клана. Их броня, усыпанная метками прошлых боёв и выбоин от плазменных снарядов, светилась отражением навигационных маяков. Каждая трещина, каждый шрам на обшивке – как след весьма бурной истории, которую эти корабли несли сквозь века.

В центре строя, чуть позади флагмана, двигался один из старых фрегатов. Его гравитационные кольца вращались медленно, выравнивая поток энергии, а от кормы тянулся тонкий след голубого иона. Именно за ним, соблюдая идеальную дистанцию, шёл “Рассекатель”.

Внутри царила тишина, нарушаемая лишь ровным гулом реакторов. На мостике в полумраке светились лишь многочисленные консоли. Кирилл стоял, опершись руками о пульт навигации, и смотрел на голографическую схему строя – точки, линии, траектории, перемещающиеся плавно и ритмично.

Он знал, что его корабль может уйти вперёд в любую секунду. Один – два прыжка на максимальную дистанцию – и они окажутся у орбиты родного мира клана. Но он не стал давать такой приказ. Вместо этого тихо произнёс:

– Держим строй. “Нокс” синхронизируй скорость “Рассекателя” с флотом клана Пепельных Волн.

ИИ тут же подтвердил:

– Есть, командир. Скорость стабилизирована.

Сейорин, стоявшая у бокового терминала, бросила короткий взгляд на капитана. На лице – едва заметная тень вопроса. Зачем он тратит время, если может просто уйти вперёд? Но Кирилл лишь покачал головой.

Сейчас он наблюдал за движением флотилии, будто за живым существом – старым, уставшим, но всё ещё гордым. Эти корабли летели не просто домой. Они возвращались после унижения, после потерь, после того, что едва не уничтожило их клан. И он понимал, что если сейчас вырваться вперёд – это может быть воспринято не как уважение, а как пренебрежение. Так что пусть они сами укажут ему путь. Пусть он летит позади, но рядом – как союзник, а не как командир.

Кара, стоявшая чуть в стороне, чувствовала это решение особенно остро. Её пальцы слегка сжались на поручне, когда она увидела, как их флотилия синхронно перестраивается, выравнивая курс. На центральном экране мелькнула отметка – сообщение с флагмана. Простой сигнал:

“Мы ведём. Следуйте.”

Она взглянула на Кирилла – тот спокойно кивнул, даже не дожидаясь расшифровки. Словно заранее знал о том, что именно было в этом сообщении.

“Он делает это нарочно… чтобы отец видел, что он уважает их порядок.”

Она уже начала понимать ход его мыслей – это была сдержанная дипломатия, маскирующая твёрдость. Он не подчинялся. Он просто шёл рядом, но так, что каждый в клане ощущал, что он мог бы возглавить – если бы захотел.

Спустя неделю прыжков через гиперпространство за бортом корабля пространство начало постепенно меняться. Потоки межзвёздного газа становились плотнее, а вдалеке появился слабый золотистый отсвет – тусклая, старая звезда родной системы Пепельных Волн. Вокруг неё вращались несколько тусклых точек – замёрзшие планеты, давно потерявшие атмосферу, и один крупный мир, с которого когда-то началась история клана.

– Выходим на границу системы. – Тихо доложила Ариэль. Её голос был почти безэмоционален, но в нём сквозила лёгкая напряжённость.

Кирилл только коротко кивнул.

– Поддерживать позицию. Не приближаться, пока флагман не даст сигнал на вход в орбиту.

Снаружи сияние гиперполя рассеялось, и корабли один за другим начали материализоваться в обычном пространстве. Пространство вокруг них дрожало от энергии перехода, словно само пространство сопротивлялось возвращению столь громоздкой армады.

“Рассекатель” же вошёл в реальное пространство мягко, без всплеска – словно тихий хищник, который не нуждается в демонстрации силы. Кирилл же молча смотрел на звезду в центре системы. Её свет был тусклым, почти выцветшим, но в нём ощущалась древняя сила. Он понимал – для клана этот полёт домой значит куда больше, чем просто возвращение. Это – проверка их воли, их памяти, их чести. И он позволил им идти первыми. Пусть старые корабли Пепельных Волн укажут дорогу.

А “Рассекатель” – сейчас всего лишь тень, сопровождающая их путь сквозь безмолвие звёзд…

………

Подготовка к высадке на родную планету клана заняла три часа. “Рассекатель” выпустил челнок, который быстро прошёл по курсу, который Куул счёл безопасным – к той самой Пепельной Цитадели, укрытой в глубоком кратере на огромном, выжженном спутнике их Звёздной системы. По дороге Кирилл сидел у обзорного экрана, вглядываясь в ту землю, которую до сих пор считал чужой. Суровая кора спутника, поля расплавленной породы, столбы дыма и редкие очаги – следы давних битв и тяжелой промышленности клана. Сердце его крепко сжалось от неожиданного чувства – не страха, а ответственности.

Пепельная Цитадель встретила гостей не демонстрацией богатств, а величием утилитарной мощи. Это было не сооружение ради красоты, а практически цельный город-крепость, вырезанный в горной породе, с толстыми стенами, врезанными в планету, с дымоходами металлургий и рядами ангаров, из которых поднимался сизый пар. Величие её не в украшениях – оно в массе, в тяжести камня, в размере ворот и в тех каналах, по которым текли ресурсы клана. Воздух пахнул металлом, жаром и столетней сажей – аромат, который вождь считал домом.

Когда “Рассекатель”, двигаясь вслед за челноком, вошёл в зону контроля защитных систем спутника, все системы клана замигали, встречая его приближение. Куул и его свита спустились в челнок. Сопровождение “Рассекателя” осталось на орбите, ожидая. Набор погрузок и провизии для обрядовой церемонии подготавливался заранее. Дымчатое вино, заранее заготовленное мясо, ремесленные изделия и, самое важное для огров – пространство для ритуала, где сила и честь могли быть измерены по старому счёту.

Прохождение через ворота цитадели – было отдельным ритуалом. Врата, вырезанные из сплава и камня, распахнулись с тяжёлым скрипом. На стенах висели штандарты клана – полосы ткани, полуобугленные вентиляторным теплом, украшенные знаком Пепельных Волн. Солдаты стояли по стойке смирно. У некоторых на лицах блеснуло новообретённое любопытство. Ведь они впервые услышали о человеке, связавшемся с их вождём, и даже спасшем их клан. О чём теперь явно шептались буквально все.