Хайдарали Усманов – Коварство благородных (страница 44)

Они могли попытаться отказаться, но Максим воздействовал на уязвимое место их создания… Жадность! Он пообещал за каждый сделанный полностью требушет или катапульту, не меньше ста пятидесяти золотых монет. Всё зависело от размера изготовленного предмета. Судя по тем устройствам, которые приволокли к его лагерю грузовые ящеры, ремесленники постарались. Особенно поражала его сознание огромная катапульта, которая должна была видимо метать камни, которые здесь использовали для постройки стен. Конечно, Максим мог бы возмутиться тем, где ему брать снаряды для такого монстра? Но… Хитрость в данном случае всё же присутствовала. Местный барон, планируя расширять город, что напрямую должна была увеличить его собственный доход, уже озаботился доставкой нескольких десятков камней к городу, которые сейчас валялись практически в нескольких сотнях метров от лагеря Максима. Что должно было его выручить в данном вопросе. Рассматривая эти камни, Максим понял, что эти глыбы где-то в полтора-два раза больше тех камней, из которых сложены старые стены города. Если ему удастся хотя бы одну из них запустить в противника, то стенам достанется очень сильно. Поэтому, упускать этого шанса было нельзя.

Используя тех же самых ящеров, а также своеобразные катки в виде бревен, его воины подкатили несколько камней к катапультам, которые Максим приказал расположить за спинами своих воинов, которые прикрывались деревянными щитами. В данном случае расчёт Максима был именно то, что эти снаряды сразу наведут ужас на защитников, и вынудит их сдаться. Вот только проблема в том, что если они сразу не сдались, то уж теперь им придется пойти на любые условия самого Максима. Ведь отрицать его предложение о сдаче, никто из них не может. Как и следовало ожидать, местные жители, наверное, подумали, что он шутит. Так как на следующий день, попытавшийся приблизиться к городу парламентёр, еле избежал убийства, так как со стен полетели стрелы. Видимо у барона Дирнаг тоже были верные слуги. А может быть он кому-то заплатил? Это было неважно. Важно было то, что ночью возле подземного хода засада перехватила нескольких разумных, которые выносили мешки с очень интересным содержимым. Это была казна барона, а также и довольно ценные вещи. Кроме того, эти слуги дворянина сопровождали представителей его семьи.

Тихо усмехнувшись, Максим понял, что в данном случае сам барон Дирнаг, пытаясь таким образом вывести семью из-под удара, отдал в руки парня козырь, который тот может использовать против дворянина, подняв возмущение среди его собственных сторонников. Ведь они собирались сопротивляться до последнего? А барон? Судя по всему, он просто намеревался сбежать! Что напрямую говорило о его честности в отношении своих собственных слуг.

– Заряжай! – Подойдя к самой большой катапульте, Максим махнул рукой, давая понять тому самому мастеру, которые притащил ему это изделие, что хочет увидеть его в действии. – Надо показать этому городу, против кого они посмели выступить!

Как и следовало ожидать, заряжать такие снаряды было достаточно сложно. Поэтому Максим заранее предусмотрел возможность использования лебёдок, а также и своеобразных козлов, которые позволяли поднять тяжелый груз на небольшую высоту, чтобы зарядить эту катапульту. Пока остальные мастера готовили свои механизмы к бою, это катапульта уже была заряжена. Отодвинувшись немного в сторону, так как Максим всё же подозревал, что она может даже и развалиться, он махнул рукой… Судя по всему, предупреждения, которые он неоднократно давал этому мастеру, всё-таки возымели действие. Изготовленная из сухого дерева, и укрепленная в нужных местах металлом катапульта, натужно заскрипев, махнула своим ковшом, и отправила в полёт довольно крупный валун. Приготовленный для стен города, он встретился со своими старыми товарищами, заставив старую стену буквально застонать от удара, и осыпаться несколькими камнями сверху. По сути, Максим увидел, что достаточно ещё одного выстрела в то же самое место, чтобы стена обрушилась. Видимо это поняли и защитники стены, так как парочка из них вместе с камнями, до этого защищающими их, рухнули вниз, закричав от боли, а может быть даже кто-то из них и погиб. Максима такие нюансы не беспокоили.

Когда внимание защитников города было привлечено, он снова послал парламентера, выдвинув вперед пойманных ночью родственников барона. Среди этих разумных, были двое его детей, и супруга. Довольно молодая баронесса, которой всего было лет двадцать восемь – тридцать, испуганно прижимала к себе детей, которым было восемь и пять лет. Парламентёр, указав на семью дворянина, и используя рупор, который ему предоставил Максим, спросил у защитников, зачем они защищают того, кто их обманул? Ведь он, наверное, им сказал, что собирался защищать свой город до последней капли крови? Но зачем тогда он отправил прочь из города свою семью, со всеми ценностями? Судя по шуму, возникшему на стенах, Максим привлёк внимание защитников города подобной несправедливостью и хитростью местного дворянина. А значит, результат всё-таки был. Тот самый результат, который Максим мог использовать в своих личных целях. Парень напомнил о своём предупреждении, после чего сказал, что раз они не приняли его предложения в первый раз, то должны понимать, что их ждёт. Он дворянин, и слов на ветер не бросает. Как и следовало ожидать, после того, как жители города поняли уязвимость своих стен перед оружием чужаков, пришедших для того, чтобы их захватить, тут же появились и желающие провести диалог. Судя по крикам на стенах, нескольких разумных, являвшихся верными слугами барона Дирнаг просто обезвредили. Скорее всего, это именно они стреляли утром в парламентёра из лука. Хорошо еще, чтобы Максим заранее предусмотрел подобное развитие событий, и парламентёр был одет в хорошие доспехи, а также имел защитный щит. Теперь у него был шанс получить необходимое, и наказать жителей города за самоуправство. А что они хотели? Первое предложение не приняли? Так что теперь пусть не обижаются! Ведь воины, которыми руководил Максим, уже облизывались в предвкушении того, что он позволит пограбить город в волю. А значит, жители должны были понимать, что ему придется чем-то успокаивать эти аппетиты. Чем-то весьма значимым, наверное, чистым золотом?

Как рассчитывал Максим, после того как жители города потеряли доверие до своего дворянина, тут же в городе возник мятеж. Ведь эти разумные тоже понимали, что барон сам погибать не собирался. Самое смешное было в том, что рейнджеры, расположившиеся возле подземного выхода из города, буквально через час приволокли Максиму и самого барона Дирнаг. Который видимо понимая, что его предали, и местные жители уже готовы открыть ворота города захватчикам, пытался просто сбежать. Честно говоря, Максим не понимал того, на что тот рассчитывал? Неужели этот идиот думал, что после того как его семья перехвачена, этот подземный ход никому не известен? А может быть он надеялся на то, что перехватив его родственников и казну, воины Максима отвлеклись на золото и драгоценности, которые забрали у них, и теперь выпустят его на свободу? Глупость! Рейнджерами, которые там были расположены, командовали слуги самого Максима, давшие ему кровную клятву. Поэтому, ничего подобного не произошло. Так что с желающими мира в городе, Максим теперь мог разговаривать с ещё одним козырем.

Когда те увидели, что перед городом воины бросили их связанного барона, то поняли, что у них ситуация полностью проигрышная. Теперь они должны были открыть ворота. И без каких-либо условий. Ведь их господин в плену. И всё зависело от самого Максима, что его ждёт. Но играться с ними Максим не собирался. Выйдя вперед перед еще закрытыми воротами города, Максим заставил этого дворянина встать на колени, который явно этого не хотел, скрипя зубами от злости. Парень медленно, словно на показ вытащил свой меч, и плавно взмахнул своим клинком. Голова мятежного барона покатилась ему под ноги, а кровь выплеснулась на траву, которая окружала город.

– Так будет с каждым! – Окровавленным мечом Максим показал на обезглавленное тело, давая понять местным жителям, что шутить не умеет. – Ваш дворянин посмел сопротивляться, и таким образом сам подписал себе смертный приговор. Поэтому, я надеюсь, что больше никто из вас не будет шутить со мной подобным образом!

Ещё несколько минут он говорил, но главное о чём он переживал, чтобы дети этого дворянина не видели судьбы своего отца. Отдав этих детей в руки жрецов, Максим сразу разделил их с матерью. Они были еще малы, чтобы понять всё происходящее. А вот мать могла их потом этому научить. Научить ненависти и злобе в отношении самого Максимы. Ему этого было не нужно. Поэтому парню нужно было действовать. Действовать быстро и без компромиссов. Оставлять в живых этого барона, Максим не собирался. Рано или поздно кто-нибудь мог бы начать задавать лишние вопросы. И этот барон мог бы выяснить, что на самом деле всё обстояло не так, как бы хотелось показать самому землянину. Исходя из этого, он понимал, что жестокость в данном случае, один из главных факторов.

Когда медленно открылись ворота города, Максим приказал воинам никому не двигаться. Кто знает, что там их ждёт? В первую очередь, парень теперь ждал парламентеров, которые будут просить и умолять его не разорять город, и не убивать жителей за самоуправство. Ведь они выступили против того, кто теперь, по закону Вольных баронств, являлся их хозяином. Но наказать их за то, что они отказались принять его первое предложение, Максим был обязан. Самым неожиданным для него было то, что среди трех появившихся самых уважаемых жителей города, он неожиданно для себя увидел того самого разумного, который был для него известен как бывший агент барона Харник. Тот самый торговец, предавший своего хозяина, и работавший сейчас на Максима. Естественно, что этот старик тоже рассчитывала на какие-то поблажки. Ведь он поставлял ему информацию? Максим всё это понимал, и поэтому знал, что переговоры нужно было провести в отдельной палатке. Торговцы для него угрозы не представляли. Тем более, что рядом с ним сразу же встали на изготовку с со своими мечами его слуги. Максим понимал, что доведенные до отчаяния торговцы тоже могут попытаться что-нибудь натворить. Что-нибудь глупое. Но находящаяся рядом с ним воины, наверняка не дадут им возможности сделать этого. Поэтому, можно было провести переговоры именно так, как он того хотел.